"Фантастика 2023-147. Книги 1-28 (СИ)
Гросс-магистр нахмурился и потребовал уточнений:
– Что подразумевается под понятиями «вуайерист», «эксгибиционист», «колхоз» и кто такой этот всезнающий чёрт?
– Даже не представляю, экселенц, – развёл руками Джованни. – Но если судить по интонациям, то за неизвестными словами скрывается нечто неприличное.
– Ну а чёрт?
– Неизвестное современной имперской науке существо, предположительно владеющее абсолютным знанием. Примерно теми же качествами обладает его ближайший родственник «хрен», который тоже всё знает. Отличительной чертой чёрта, простите за невольный каламбур, является наличие бабушки. По косвенным признакам, это очень гостеприимная старушка, охотно принимающая посланных в пешее путешествие путников.
Собравшиеся на совет деканы факультетов помолчали, усваивая новую информацию, а потом фон Зальца задал вопрос:
– Хотелось бы знать о дальнейших ваших действиях, господин Морган. Не поделитесь планами? Насколько я понимаю, блестящая идея с дуэлями провалилась с треском из-за бездарного исполнения?
– Она только начала осуществляться, и по первым неудачам нельзя делать скоропалительные выводы о неудаче. Всё впереди, уважаемый магистр.
– Ах, это только начало? А вы знаете, господин статс-секретарь, что за прошедшую неделю грумантские дворяне заработали на продаже трофеев ни много ни мало, чтоб им провалиться, а целых восемнадцать с половиной марок? Или вашей целью является превращение провинциалов из захудалого королевства в богатейших людей известного мира? В таком случае я попрошу учесть интересы присутствующих здесь лиц и договориться о доле в прибыли. Деньги, знаете ли, лишними не бывают.
Гросс-магистр улыбнулся удачной шутке декана – род фон Зальца уже несколько веков владеет крупнейшими соляными шахтами империи и по праву входит в десятку обладателей самых крупных состояний, удерживая почётное седьмое место. Фон Юрбаркасы с их золотыми приисками и серебряными рудниками в этом списке всего лишь на девятой строчке. Ну и как же теперь станет оправдываться бедняга Джованни?
Но статс-секретаря не так-то просто смутить. Он посмеялся вместе со всеми и продолжил:
– Ну так вот… остальных новоиспечённых студентов я расселил так, чтобы они испытывали максимальные неудобства от соседства с самыми буйными жителями нашего общежития. Так, например, отставного полковника Гржимека получилось разместить через стену от вашего племянника.
Фон Зальца поморщился при упоминании родственника, но потом хихикнул и одобрительно кивнул:
– Малютка Ганс с юных лет любит напиваться по вечерам до потери человеческого облика, а потом всю ночь поёт песни. Небесные Боги, обычно милостивые к людям, обделили племянника слухом и голосом, оставив только громкость. Так что Гржимеку не позавидуешь! Остальным вы тоже приготовили похожие подарки? Только вот сомневаюсь насчёт северного варвара – его вряд ли проймут пьяные вопли.
– Для него есть более действенные способы, сэр.
– И какие же?
– Пусть это останется моим маленьким секретом. Но уверяю вас, господа, что результат приятно удивит всех, кроме самого норвайца. Вот как раз он удивится неприятно.
– Любопытно.
– Надеюсь, что в ближайшие дни ваше любопытство будет удовлетворено, сэр. Просто поверьте на слово.
Иоахим фон Зальца никому на слово не верил с самого раннего детства, поэтому от предложения статс-секретаря поморщился, как от зубной боли. И тут же вспомнил о важной проблеме, обратившись к главному целителю университета:
– Ваши бездельники, господин майор-магистр, ещё не придумали способ избавить человечество от больных зубов? Ладно, пусть не всё человечество, но меня одного можно вылечить?
Декан целительского факультета развёл руками:
– Увы, мой друг, но в этом случае магическое искусство бессильно. Если бы требовалось отрастить новую руку или ногу… или восстановить отбитые напрочь тестикулы, как недавно у вашего студента шевалье де ла Кошона. Кстати, что за лошадь его так лягнула?
– К сожалению, это не лошадь, – пояснил фон Зальца. – Мой лучший ученик и гордость всего факультета пострадал на дуэли с виконтом Оклендхаймом.
Взгляды участников Совета дружно скрестились на статс-секретаре, и тот, как автор идеи с поединками, почувствовал себя несколько неуютно.
– Позвольте вам объяснить, господа! – Джованни Морган нервно погладил лежащие на конторке листы бумаги. – Провинциалы из Груманта не соблюдают правил благородных дуэлей и пускают в ход любые подлые приёмы.
– А кто предложил отменить эти самые правила, Джованни? – уточнил гросс-магистр. – Ты думаешь, мне легко было убедить Его Императорское Величество пойти на такой шаг? Мы же не степные эльфы, в конце-то концов, и даже в смертельной схватке обязаны придерживаться определённых приличий. Нет уж, не сваливай на других собственную вину и не оправдывай её грубостью, подлостью и неотёсанностью грумантцев.
– Я приму меры, экселенц!
– И какие?
– Завтра вы всё увидите! Потерпите до завтра, экселенц!
* * *Когда-то давным-давно, ещё в раннем детстве, маленький мальчик Вова Бородулин отличался завидным терпением. Даже в младенчестве он не орал от голода, а молча дожидался установленного для кормления времени. Впрочем, кормили его часто и помногу, так что к трём годам Вова на голову превосходил своих сверстников в росте и почти на треть в весе.
Но уже к школе терпение потихоньку пропадало, и в пятом классе оно окончательно лопнуло – вместе с носами и губами одноклассников, опрометчиво полагавших, будто «орясина», «дылда» и «горилла» не обижается на дружеские подначки. Пострадавшие не стали жаловаться ни учителям, ни родителям, но привели на следующую разборку двух семиклассников. Вот те так легко не отделались, и стрелка завершилась печально для всех участников.
Больше всех досталось Вове, правда, исключительно морально. Приведённый под конвоем из учителя физкультуры и трудовика в кабинет директора, он в течение получаса выслушивал лекции о недопустимости избиения старшеклассников, об опасности привычки к силовым методам решения проблем и прочем, залетающем в одно ухо и тут же вылетающем из другого. Разумеется, выволочка дурно повлияла на характер малолетнего бойца, и директриса была послана лесом, болотами и в горы. Физкультурник, попытавшийся ухватить увлёкшегося Вову за ухо, получил удар по печени, сложился пополам и сразу же загорелся идеей воспитать в школе будущего чемпиона мира по боксу в супертяжёлом весе.
Увы, но образование пришлось продолжить в детско-юношеской спортивной школе. Вот там терпение начало понемногу восстанавливаться, и всё было бы нормально, если бы однажды будущих чемпионов не повели в театр на оперу «Борис Годунов». Буфет Вове понравился, но с тех пор появилось стойкое отвращение к оперному искусству и непреодолимое желание заткнуть мощным апперкотом любую громкую песню.
Вот и сейчас, когда в чуткий сон демона в человеческом обличье вторгся доносящийся из-за стены пьяный рёв, старые фобии вскипели, и образовавшийся пар праведного гнева настойчиво потребовал выхода наружу. Принятый Вовой облик норвайского рикса тоже не способствовал миролюбию, так что северный варвар почесал голое пузо, зевнул с подвыванием, сунул ноги в тапочки с меховыми помпончиками и отправился на поиски источника шума. Не только паровозы нужно давить чайниками – любое зло должно быть пресечено при зарождении, иначе оно окрепнет и охамеет от безнаказанности.
Собственно, поиски любителя ночных песен не затянулись – вопли раздавались за соседней дверью. Недолго думая, норваец саданул ногой в хлипкую на вид преграду и заорал во всю глотку:
– Сова, открывай, медведь пришёл! Вместе с песцом пришёл!
Бумц… сколоченная из тонких досок дверка мало того что устояла, так она ещё больно ударила обидчика самой настоящей молнией. Обычная молния ярко-оранжевого цвета долбанула Вову точно в лоб, вызвав временное косоглазие и звон в ушах.
Скорее всего, неизвестный ночной певец неоднократно сталкивался с непониманием окружающих и озаботился неприкосновенностью своего жилища. А то набежит толпа зоилов и критиков, ничего не понимающих в высоком искусстве, и нагадит в душу. Нельзя так с творческими людьми! Душа у них нежная и ранимая, даже если они числятся студентами факультета бытовой магии Императорского Университета.