"Фантастика 2023-147. Книги 1-28 (СИ)

– Теперь всё же перейдём к формальностям. – Джованни Морган раскрыл лежавшую на столе толстенную книгу, обтянутую чуть желтоватой кожей молодого эльфа, и обмакнул перо в чернильницу. – Попрошу назвать имена, титулы и направление магического искусства, которое вы намерены углублённо изучать.
– А если я сразу все хочу постичь? В смысле, постигнуть… – спросил норваец.
– Сразу все не получится. Есть дарованная Небесными Богами предрасположенность, и если у вас дар к погодной магии, то целителем вам никогда не стать. Истории известно только два случая одновременного владения несколькими видами магии, но ни к чему хорошему это не привело. Печально всё закончилось.
– Я стану третьим, – уверенно заявил Вова. – И у меня всё будет хорошо. Третьим всегда хорошо, особенно если на хвоста садишься.
Статс-секретарь не понял шутку про посадку на хвост, и опасливо оглядел норвайца с ног до головы, очень жалея, что нельзя посмотреть сзади. Вдруг у них и правда…
– И всё же продолжим, благородные господа. Прошу назвать имена и титулы. Если сомневаетесь в определении своего магического дара, то не переживайте – первый год обучения не подразумевает разделения на факультеты, и за это время опытнейшие преподаватели помогут вам распознать истинное назначение заложенного Небесными Богами…
Тут статс-секретарь окончательно запутался в построении столь длинного предложения, но сделал вид, что многозначительная недосказанность является нормой в разговоре образованных людей, и с вопросом посмотрел на виконта Оклендхайма. И ещё раз обмакнул перо в чернильницу.
Иван подумал немного и сообщил:
– Виконт Джонни Оклендхайм. Потенциальный маг-универсал.
– Кто, простите? – переспросил Морган, из трёх последних слов понявший только второе. – Как вы сказали?
– Универсал, это человек, одинаково способный ко всем видам магии.
– Таких не бывает!
– У вас не бывает? Ох уж мне эти провинциальные учебные заведения… милые, патриархальные, верные традициям и безнадёжно отстающие от веяний современной магической науки.
– Вы про Императорский Университет Лунгдума?
– Нет, я вообще. Просто к слову пришлось.
– Ну да, ну да… И всё равно я запишу ваши способности как неопределённые. А в течение первого курса всё выяснится окончательно. Хорошо?
– Да похрен, – непонятной фразой ответил виконт и пропустил вперёд супругу. – Дорогая, твоя очередь.
С ведьмой тоже вышла небольшая заминка. Она, как и муж, объявила себя универсалом, а статс-секретарь никак не соглашался заносить в соответствующую строчку даже отметку о неопределённых способностях. И мотивировал это тем обстоятельством, что науке неизвестны случаи, когда женщины имели предрасположенность к магии.
– Мне вообще непонятно, миледи, зачем вас направили на учёбу.
– Не твоё дело, любезный Джованни, – вместо ведьмы ответил норвайский рикс. – Ты отказываешься зачислять её в Университет? Если нет, то какого хрена резину тянешь?
– Он не резину тянет, – улыбнулась Ирка. – Он могилу себе копает. Милейший Джованни, вы сомневаетесь в мудрости своего Императора?
– Да я…
– Тогда пишите, как я сказала!
И столько убедительности со скрытой угрозой прозвучало в голосе рыжей леди, что Морган не стал спорить и всё-таки внёс требуемую запись. Ведь кто их знает, этих женщин… сегодня не напишешь пару слов, а завтра проснёшься с головой под кроватью и с заколкой для волос в печени. Или что там ещё способна придумать их злопамятная натура?
– Теперь вы, благородный рикс.
Норваец статс-секретаря удивил, хотя, казалось, удивляться больше некуда. Северный варвар сообщил:
– Я тут инкогнито. Так и запишите – норвайский рикс Вован прибыл в Университет инкогнито и не желает, чтобы попусту трепали его благородное имя. Хочу учиться трансмутации. Таланта к ней не имею, но испытываю острую потребность освоить.
– Такой магии не существует.
– Это ваши проблемы.
– Да, но…
– Я всё сказал.
Ну а риттер фон Тетюш не стал издеваться над Джованни Морганом и представился как подобает. Правда, напоследок сообщил, что с детства мечтает освоить минно-взрывное дело и желал бы получить образование с пиротехническим уклоном. И чтоб практики побольше.
 
У статс-секретаря начало подёргиваться левое веко, но он превозмог себя и сделал запись без малейших возражений. Лучше уж оставить разбирательство с талантами новых студентов деканам и ректору, чем нажить язву желудка и нервические припадки за один неполный день.
– А вы, господин… э-э-э?
– Полковник в отставке Карл Гржимек. Имею склонность к погодной магии.
Джованни облегчённо вздохнул. Хоть один нормальный человек попался в этой шайке сумасшедших, да покарают их Небесные Боги!
– Теперь, когда с формальностями покончено, я покажу вам ваши комнаты и ознакомлю с внутренним распорядком Университета. Прошу следовать за мной, благородные господа и прекрасная дама.
  
Глава 4
 
Тем же вечером в кабинете ректора Императорского Университета графа Артура фон Юрбаркаса вновь собрался совет, посвящённый обсуждению всё той же темы. Но на этот раз право первого голоса было предоставлено статс-секретарю Джованни Моргану, инициатору собрания и возможному козлу отпущения в случае неисполнения невысказанного пожелания Его Императорского Величества. Ну а кому ещё отвечать, если не ему? Тем более он единственный неблагородный, так что его не жалко.
И вообще, секретарь сэра Артура в последнее время забрал слишком много власти и покусился на самое святое – на распределение премий по итогам учебного года. А это, между прочим, весьма солидные суммы! Так пусть наглый выскочка отрабатывает оказанное доверие и украденные деньги. Или ещё лучше – пусть у него всё получится со студентами из Груманта и ухудшение отношений между королевством и империей обязательно вызовет недовольство Его Императорского Величества. Даже при показном недовольстве голова виновника слетит с плеч.
Джованни Морган занимал привычное место за конторкой, но для доклада о проделанной работе вышел к столу ректора:
– Экселенц… господа деканы… – глубокий поклон в сторону первого и лёгкий наклон головы для вторых. – Господа, результатом проделанных мной действий стало то, что обсуждаемые нами грумантские дворяне наконец-то появились в стенах нашего университета.
– Да-да, мы уже это почувствовали, – с сарказмом произнёс главный целитель. – Когда вы начали ломать стены в общежитии первого курса, на моих занятиях как раз составляли снадобье против облысения. Для него нужны абсолютные тишина и спокойствие! Вы это понимаете?
Статс-секретарь вздрогнул, представив последствия нарушения процесса, и осторожно поинтересовался:
– Надеюсь, никто не пострадал?
– Не в том дело, Джованни! – грозно проревел декан целительского факультета. – Повышенная волосатость десятка студентов со временем пройдёт сама собой, но кто возместит стоимость услуг брадобреев? Особенно если учесть, что бриться нужно каждые два часа!
– Я обычно сам бреюсь.
– Человек благородного происхождения не привык пользоваться бритвой самостоятельно, Джованни! Впрочем, тебе этого не понять.
Гросс-магистр попытался разрядить обстановку:
– Расходы на брадобреев будут возмещены из жалованья господина Моргана. И скажите нам, Джованни, зачем вы ломали эти стены?
Статс-секретарь, донельзя огорчённый сообщением о будущих вычетах, обиженным голосом пробормотал:
– Пробивали проход между комнатами виконта и виконтессы Оклендхайм.
– Для чего?
– Для прохода, экселенц.
– Какого прохода?
– Между комнатами виконта и виконтессы Оклендхайм, экселенц.
Сэр Артур набрался терпения и сформулировал вопрос более полно:
– Зачем понадобился проход между комнатами? Разве им недостаточно дверей, ведущих в общий коридор?
– Я об этом спрашивал, но виконт Оклендхайм сказал, что вуайеристов и эксгибиционистов нужно искать в другом колхозе и что он не намерен шляться по ночам чёрт знает где и чёрт знает куда.