"Фантастика 2025-105". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Так, — легко отмахнулась подруга, — появился тут у меня один воздыхатель. Ну, как? Сойдет? 
— Я не могу… — ошеломленно прошептала Соль. 
— Почему? Не нравится? — изогнув темную бровь, осведомилась Айрин. — Вроде ж ничего такое… 
— Оно слишком… — от переизбытка эмоций попыталась изобразить руками то, что чувствовала. 
— Да нормально, надевай, — отмахнулась девушка. 
  
Ну и выбора как такового не было. Киран ждал ее сегодня, и то, что он должен был сказать, вернувшись из отчего дома, было слишком важно, чтобы она просто не пришла. 
Ночи в Эйлирии всегда были жаркими, потому она и не думала надевать поверх легкого струящегося платья что-то еще. Но когда оказалась на берегу, то подумала, что, наверное, зря. Слишком откровенно одетой она себя ощущала в этом легком платье, с распущенными волосами, поднимаясь на продуваемый всеми ветрами утес. 
Первые звезды уже давно появились, украсив черный бархат неба, когда она оказалась на самом верху, чтобы увидеть множество чаш с огнем, которые были расставлены вокруг, словно очерчивая границы плато. Киран стоял у самого края обрыва, спиной к ней. Его кроваво-красные кудри, точно языки пламени, развевались на ветру. И только сейчас она заметила, что рубашка на нем напоминает по цвету ее платье. 
— Я же говорил, — тихо сказал он, — что жду тебя с первыми звездами, — повернулся он к ней лицом, тепло улыбаясь. 
— Девочки, друг, — то, что рядом с Кираном стоял еще Зорис, стало для Соль полнейшей неожиданностью, но из-за света, что исходил от чаш с огнем, она не заметила его сразу, — такие девочки, — усмехнулся парень, хлопнув друга по плечу. 
— Что… — она хотела спросить, что все это значит, но не успела, вдруг поняв, что стоит в кругу еще сорока четырех студентов Медицинской академии Эйлирии. 
— Что же, — вновь заговорил Зорис необычайно торжественным голосом, — сестра, подойди ближе и займи свое место по правую руку от нашего брата. 
— Идиот, — не выдержал Там-Там, выступив чуть вперед, — нельзя сегодня их так называть. 
— Почему? — нахмурился парень. 
— Как ты собираешься заставить их говорить все то, что навыдумывал сегодня, если будешь кликать их братом и сестрой! 
— Точно, — благодарно кивнул парень, — иди сюда, Соль, и встань по правую руку от Кирана. 
Если Соль и хотела спросить, что все это значит, то не успела, получив тычок в спину от Айрин. 
— Не тормози, — напутствовала подруга. 
Когда она оказалась там, куда попросил ее встать Зорис, парень вновь заговорил нарочито торжественным голосом. 
— Мы, дети Двуликого Бога, собрались сегодня под сводом его обители, — со смешинкой во взоре на мгновение посмотрел он на небо, — чтобы эти два сердца застучали друг для друга, — хитро прищурившись, улыбнулся он и прошептал для Соль: — Мы первые в своем роде, и я подумал, что нам нужны особые традиции. 
— О, Боже, начинается, — обреченно прошептал Там-Там где-то позади. 
— Хочу спросить вас… — тем временем посмотрел парень поочередно на Соль и Кирана. — Встанешь ли ты, Киран, за спиной этой женщины и сумеешь ли оставаться там несмотря ни на что? 
— Да, — совершенно серьезно ответил Киран, взглянув в глаза той, любовь к которой не вызывала у него ни страха, ни сомнений. Его сердце всегда дрожало рядом с ней. Он всегда видел в глазах этой женщины свою судьбу. 
— А, ты, Соль, сумеешь ли принять его как того, кто встанет за твоей спиной? 
— Да, — ответила она, не до конца понимая, что они тут устроили, но она всегда знала ответ на ритуальный вопрос их мира. И всегда мечтала дать его, хоть и не была уверена, что им с Кираном это позволят. 
— Отлично, — немного растягивая гласные, хищно улыбнувшись, сказал их самонареченный жрец. — Браслеты мне, — скомандовал он, хотя Катлин уже стояла рядом, держа украшения, которые бы свидетельствовали о том, что теперь Киран и Соль — нареченные. Тонкое плетение изящных, почти невесомых браслетов приятно холодило кожу, когда металл обнял ее предплечья. 
Когда такие же браслеты сомкнулись на запястьях Кирана, Зорис довольно сказал: 
— Ну, а теперь та часть, которая возможна только для таких, как мы. Я сам придумал, — «по секрету» громким шепотом сообщил он Соль. — Да коснется сила Двуликого двух сердец, что соединились здесь под сводом его обители, — в этот момент ладони Зориса засияли нежно-голубым и тончайшие нити потянулись к двум молодым людям. То же самое повторили и те, кого они уже очень давно считали своими братьями и сестрами. И, позволяя этому кокону из сияющих нитей оплести себя в нежные объятия, сплестись с их собственными, они чувствовали, что все сказанное не просто слова — они пронесут эти клятвы сквозь века, потому что поклялись перед теми, кто любил их, дорожил ими, чья сила ласково приветствовала их союз. 
Разве думала тогда Соль, что никто из ее братьев и сестер больше не заключит подобный союз? Разве могла себе представить, что освобожденный от телесной клетки дар устремится туда, где его однажды приняли? Разве задумывалась она тогда, что станет последним пристанищем для силы, сосуд которой вдруг оказался разбит? Нет, тогда, под звездным небом Эйлирии, среди друзей, она была счастлива, потому что тонула в любящих зеленых глазах. Потому что он обещал ей быть всегда за ее спиной, а она приняла его. Слова, которые в их мире говорились далеко не на каждой брачной церемонии. Слова, которыми боялись разбрасываться, а еще больше — нарушать данное обещание. Больше, чем клятва или обещание, — это слова о намеренье жить так, и никак иначе. Слова, сказанные перед Богом, данные не только своей избраннице, но и ему, — непреложны. 
Меня выбросило на самом краю империи, как и было задумано. Вот только то, что случилось перед этим, я никак не планировала. Потому, не тратя времени даром, превозмогая тошноту и общее недомогание, постаравшись сосредоточиться на том, что было вокруг, отыскала первый попавшийся камень и со всего маху обрушила его на телепорт, что вынес меня на границу с империей. Если нет кристалла, крошечного красного камешка в самом центре амулета, то отследить телепортацию очень сложно.
На востоке царила теплая южная ночь. Потому я не боялась, что меня заметят. Ведь, как бы там ни было, магические сети меня не чувствовали. Я была для них никем.
Некоторое время я просто лежала на теплой земле, всматриваясь в черное звездное небо. Когда-то давно небо было точно таким же. Точно так же сияли звезды, и мир казался таким большим. В день, когда Зорис взял с нас те клятвы, воображая, что мы как представители нового вида людей просто обязаны иметь свои традиции, эти же звезды были свидетелями наших клятв тогда…
— Не смей думать об этом, — тяжело прошептала я, борясь с подступившими слезами.
В моменты страшных потрясений я всегда испытывала усталость. Не знаю, почему я никогда не злилась, как многие люди. Не могла устроить скандал или истерику, а то и выместить свой гнев на ком-то. Гнева никогда и не было толком, от него я тоже уставала. Вот и сейчас мне казалось, что мое тело налилось свинцовой тяжестью. Казалось, что еще немного — и я увязну в земле, на которой лежала, — так тяжело мне было.
— Потом, ты обо всем подумаешь потом, — уговаривала я саму себя. — Ведь ты же понимаешь: что бы он ни сказал, тому должна была быть причина. Ты просто должна подумать об этом… должна, но не сейчас.
  
С трудом оперевшись на локти, я кое-как встала. Меня вынесло аккурат на задний двор форта, что недавно подвергся нападению. Сейчас восстановительные работы были закончены, и крепость, похоже, возобновила свою деятельность по охране рубежей Алании. Вот только свинарник, у которого меня выбросил телепорт, никто сторожить не желал. Оно и к лучшему.
Кое-как поднявшись на ноги, я, точно пьяная, потащилась в поросячий домик. Стоило переодеться, пока солнце не взошло. Как только было совершено проникновение в чужое жилище, его обитатели хором захрюкали и завозились.