Приятные вещи (СИ)

— У нас, конечно, не было ни времени, ни желания разбираться, что к чему, — сказал я, махнув рукой в сторону огромной горы документов, папок, тетрадей и учётных книг, — но Ксандаш всё наскоро пролистал и сказал, что вас это заинтересует. Ещё есть книги из дворцовой библиотеки, но на их осмотр требуется время. Вон та куча — это что-то типа небольшого архива, ну, по крайней мере оно выглядело таковым, когда попалось нам в руки.
— И нам всем очень повезло, что грабители бросили эти бумаги как ненужные, — широко улыбнулся Жагжар. — И вдвойне повезло, что с вами был Ксандаш, который смог опознать ценность найденного! И втройне повезло вам, Улириш, что вы смогли заполучить в своё распоряжение одного из наших лучших офицеров.
Он наблюдения за тем, как Ришад Жагжар полностью игнорирует все логические связи, придумывает любые самые абсурдные причины, почему грабителями является кто-то другой, а не самые очевидные кандидаты, мои волосы снова встали дыбом. И ничуть не утешало, что подобное искажение реальности шло на пользу именно нам. Ведь кто знает, как оно обернётся в будущем, не случится ли так, что из-за ещё одного благословления Керуват точно такой же бред сумасшедшего буду нести и я?
— Правда? — невпопад переспросил я, пытаясь прийти в себя.
— Ещё какая, — с энтузиазмом дал ненужный ответ Жагжар. — Декурион на второй год службы в армии, прорыв-мастер через пять лет в штурмовиках, а как диверсант — тень-лидер через четыре года. Я не знаю, какой контракт вас связывает, но мы готовы принять Ксандаша обратно в любой момент. Даже с сохранением пенсии!
— Спасибо, Ришад, — слабо улыбнулся Санд, — но с Улиришем интересно, так что вряд ли.
— Ну, не предложить я не мог, — ничуть не удивился Жагжар.
— Ещё кое-что, — напомнил я. — Оружие.
— Ах, да, точно! Грабители бросили и его. Видать, нести такую кучу денег было тяжеловато!
Жагжар весело засмеялся, мы издали пару смешков из вежливости. Кенира извлекла «Толстушку Берту» и поставила в угол.
— Я написал инструкцию, — сообщил я ему, протягивая небольшую книжечку. — Тут формулы и примеры расчётов для наведения, способы управления и подачи элир.
— Вы не только священник, но ещё и хороший маг, — уважительно кивнул Жагжар. — Обычно, чтобы разобраться с неизвестными артефактами такого типа нашим исследователям требуется не один месяц. Ну что же, я считаю, что ваша сторона сделки полностью выполнена. Вы, конечно, освятили только одну казарму, но мы и так получили больше, чем ожидали. Так что если вы захотите на этом остановиться…
— Не беспокойтесь, Ришад, — улыбнулся я. — Я не собираюсь ни от чего отказываться. Просто на данный момент передо мною стоит сложная и важная задача, и пока её не решу, не готов отдаляться от дома и университета дальше, чем на час езды.
— И что же за задача, если не секрет? — поинтересовался Жагжар.
— Исцеление Мирены Валсар, — не стал скрывать я. — Возникли неожиданные осложнения, но, кажется, я придумал как их решить.
Пусть я ничего не скрывал от Кениры, но волна тепла, любви и надежды, хлынувшая от неё, едва не сбила меня с ног.
Мы сердечно распрощались, и Жагжар, узнав, что мы пришли пешком, был столь любезен, что предложил развести нас по домам на служебном омни, отдав распоряжения по раковине. А когда мы с Кенирой, наконец, добрались домой, то, едва добравшись до кровати, рухнули на неё и заснули крепким сном, сжимая друг друга в объятиях.
* * *
— Диршада, если уж говорить о теологии, то о том, что перешла в веру Ирулин, я не пожалела ни на секунду, — сказала Лексна, любуясь на лучи Эритаада, преломляющиеся в бокале с красным вином. — И дело даже не в контроле или фактическом иммунитете к выгоранию.
— Неужели? — переспросила Диршада Мульчарн, но по тону было понятно, что это не дань вежливости, а ей действительно интересно. — Я нахожу вашу богиню весьма интересной, а силы, которые ей подвластны — чрезвычайно полезными, но всё же она, как бы сказать…
— Неизвестный божок с жалкой горсткой последователей? — подсказал я.
 
— Я бы выразилась гораздо мягче, но да, — согласилась Диршада. — Если выбирать столь важную часть жизни, как религия, то есть немало прекрасных вариантов из основных пантеонов. А лучше — кого-то из Всемогущих Владык. И для целителя кажется вполне естественным выбрать Мирувала.
Я горько усмехнулся, покачав головой.
— Для меня вопрос выбора не стоял. Отдать самого себя той, что позволила тебе хоть на мгновение вновь стать собой, получив обратно собственные разум и душу… Нет ничего проще и естественней. Подробностей рассказывать не могу, но поверьте, это было хуже смерти.
Лексна сделала маленький глоток вина и отставила бокал на столик. Откинувшись в садовом кресле, она мечтательно уставилась в пространство расфокусированным взглядом, не глядя ни на красивый ухоженный сад, ни на роскошный особняк, ни на величественно текущий Тириш и белые облака, плывущие над ним.
— Да, конечно, присягая другим богам, человек получает многое, — согласилась она. — Но Ирулин… Ирулин даёт такое, что не подарит никто из Владык. Время. Время и уединение.
— Время? Уединение? — фыркнула Диршада. — Ну, допустим. Дополнительные два-три часа в сутки — серьёзный довод. Но прихожанин Мирувала, особенно если он не пренебрегает развитием личной силы, живёт очень долго. И время у него появляется само по себе. Я думала, что ты, Лексна, скажешь что-то о реализации фантазий, которые можно ощутить во снах.
Лексна звонко засмеялась, бросила на меня быстрый взгляд и засмеялась ещё задорней.
— О да, фантазии — это, безусловно, тоже то, за что можно полюбить госпожу. Но и они не главное. Самое важное, как я и сказала — время и уединение. Не по отдельности, а как единое целое. Время уединения. Время на уединение. Время, которое можно посвятить только себе.
— Пока что звучит не слишком заманчиво, — возразила Диршада. — Времени для уединения можно сколько угодно организовать и так. Понятно, это может встретить некоторые затруднения, но в остальном — ничего сложного.
— На первый взгляд — да, — лукаво улыбнулась Лексна. — Но сколько времени на самом деле мы можем выделить самим себе? Чтобы не беспокоили домашние заботы, друзья, семья, пациенты? Чтобы не нужно было идти на какую-то встречу или приём, объяснять присматривать за дочкой и помогать ей с уроками, обедать или даже ходить в туалет. Просто с удобством развалиться на кровати с книгой, отгородившись от всего мира. Понятно, многое можно переложить на других, скажем, слуг. С твоим влиянием и богатством это, конечно, само собой разумеющееся, но…
— Лексна, я хочу напомнить, — перебил её я, — что у тебя теперь имеется как богатство, так и влияние! И перебраться в Рассветный Квартал, да хоть по соседству к Диршаде, я вам с Ксандашем уже предлагал.
— Это очень мило с твоей стороны, Ули, — хихикнула Лексна, — но я привыкла к своему дому, так что когда-нибудь потом. Лет через десять. Или сто. Или через неделю, не знаю.
— Вы с мужем что, внезапно разбогатели? — заинтересованно спросила Диршада.
— Ксандаш работает на Улириша и принял участие в очень рискованной миссии, — пояснила Лексна. — По условиям контракта он должен был получить обычную оплату, но Ули был столь мил, что решил завалить нас деньгами. Достаточно, чтобы мы могли выкопать бассейн и нырять в чёрных курзо, как этот его дядюшка… Драгоберш?
— Дагоберт, — мягко поправил её я. — Персонаж из детских книг моей родины.
— Да, точно! Ну а так как работа связана с правительственными делами, то… Ксандаш и так имел немалые связи, а уж теперь, с новыми полномочиями, и подавно. На заседание Коллегии Восьми он, понятно, дверь ногами не открывает, но очень близок к тому. Но я отвлеклась. О чём я говорила?
— О времени и слугах, — напомнил я.
— Да, точно. Часть времени можно высвободить, переложив дела на наёмный персонал. Но это работает до определённого предела. А иногда и не работает вовсе. Улириш, ха-ха, вон разок попытался.