Аэсолли (СИ)

Вступив в рукопашную, я утробно зарычал. Мои глаза горели багрянцем, я наносил удар за ударом, но врагов не становилось меньше. Тогда я торопливо обратил двоих из них в низших вампиров, испив их крови, и дал безмолвный приказ уничтожить остальных. Поняв, что их противники получили превосходство, охотники отступили, а новообращённые в своём безумии погнались за ними. Я откинул назад волосы и судорожно вздохнул: каждая последующая схватка даётся мне всё тяжелее.
Я приблизился к фигуре в белом. Как я и думал, это оказался не призрак, а девушка с молочно-белой кожей и длинными белоснежными волосами до пят – кудрявыми и пышными. Её прозрачные серебристо-серые глаза посверкивали в темноте. Стройный стан облепляло мокрое белое платье, открывающее потрясающий вид на пышные формы. Она хороша, определённо, но самой шикарной фигуре я предпочту хрупкое тело Иирис. Бесполезно искушать меня подобным образом.
Стряхнув с себя чары соблазнения, я сурово посмотрел на девушку:
– Не стоит и пытаться очаровать меня. Твоя магия бессильна против наследника Элуров. Ты не привлекаешь меня, чистокровная.
Она насупилась, глаза её гневно сверкнули. Девушка хотела уже что-то сказать, но подбежал запыхавшийся Розенкрейцер. Вовремя, как и всегда.
– Ах, Элур, стоило оставить тебя на минутку, как ты опять ввязался в драку! Какой ты беспокойный!
Я молча посмотрел на него, и он закрыл рот, вперив взгляд в землю.
– Я счастлива служить вам, мой повелитель! – Девушка плюхнулась передо мной на колени, разбрызгав грязь. Я брезгливо поморщился. – О, простите, я не хотела запятнать вас!
Чувствуя, что начинаю беситься, я процедил сквозь зубы:
– Встань и перестань валять дурака. Всех твоих сил недостаточно, чтобы запятнать меня – мои руки и так по локоть в крови. Кто ты такая?
Она сделала кокетливый реверанс. Я услышал отчётливый смешок, когда она склонила голову.
– Меня зовут Карейса эль Дагонис. Я одна осталась в живых из чистокровных, исключая вас, мой повелитель.
– Ты знаешь, где скрываются вампиры? – спросил я без обиняков.
Она усмехнулась. Я и без телепатии мог прочитать её мысли: она думала о своей исключительной ценности для меня, обоснованной тем, что у неё есть информация, крайне необходимая лично мне.
– Да, я могу отвести вас в нашу тихую обитель.
Её манерность определённо начинала приводить меня в бешенство.
– Долго мы будем стоять под дождём? Веди нас.
Ещё мгновение она стояла рядом с нами – и вот, пропала. Обратившись в волка, я принюхался к следу, который оставила моя новая знакомая, и определил направление.
Превратившись вновь в вампира, я обратился к Алану:
– Возьми меня за край плаща. Сейчас будем перемещаться.
Переместившись вслед за Карейсой, мы оказались в какой-то огромной пещере. С потолка свисали сталактиты, а из пола навстречу им вздымались сталагмиты. Интересно, где мы очутились?
Пещера ярко освещалась нещадно чадившими факелами. Воняло просмолёнными тряпками. Всё совсем так, как и в моё время. Вдоль стен сидели, стояли или лежали вампиры. Сейчас они были похожи на обычных беженцев, а не на высших существ – грозу ночи. Мы явно проигрываем охотникам, и это печально.
– Где ваш боевой дух? – Мой голос, усиленный эхом, прогремел под сводами пещеры, и все повернулись ко мне. – Вы унижены, оскорблены, брошены, как жалкие котята. Пришло время подняться с колен и отомстить! Я, ваш предводитель, поведу вас! Мы низвергнем охотников, и пусть они познают, что такое пучины отчаяния и пламя адской бездны!
Как ни странно, я смог их воодушевить – послышался приветственный рёв.
– Он к нам пришёл, к первым! Он предложил нам союз! – закричали вампиры из числа тех, кто прятались в ливневом стоке. Они явно стремились опередить аристократов.
Подошла Карейса, намеренно встав позади меня. По крайней мере, не придётся драться с ней за власть. Лидер должен быть один.
Послышались шепотки.
– Чистокровные объединились…
– Они возродят династию королей?
– Интересно, как быстро появится наследник?
 
Я нахмурился. Чувствуя ауру удовольствия, исходящую от Карейсы, я понял, что эти слухи играют ей на руку, и немедленно пресёк их на корню:
– Моя невеста похищена враждебными существами из иного мира. Мы спасём её.
Карейса зашипела, как гадюка, но ничего не сказала: она понимает, что я могу низвергнуть её одним взмахом руки.
Шепотки притихли. Чей-то осторожный голос из толпы спросил:
– А как вы планируете сделать это?
Я усмехнулся. Действие начиналось.
– Мы призовём наших союзников из иного мира и уничтожим Гильдию Охотников. У них есть то, что нужно мне. Собирайте свои силы в кулак – мы отомстим за наше падение.
  
Глава 24. Доступ запрещён
 
Access denied
Было бы нецелесообразно тащить с собой всех вампиров. Их временное прибежище казалось относительно безопасным, и потому я решил взять с собой только Розенкрейцера и Карейсу. Можно сказать, Карейса сама навязала своё присутствие, усердно делая вид, что я ей глубоко небезразличен. Мне надоело то, что она строит оскорблённую невинность каждый раз, как я упоминаю Иирис. Однажды я не выдержал и прямым текстом сказал ей, что Карейса не стоит и пальца Иирис, хотя бы как невесты наследника королевской фамилии. На что получил вполне ожидаемый ответ, что я – невоздержанный хулиган. Абсолютно индифферентно.
Сейчас, похоже, девушка вознамерилась показать мне, что она изнывает от палящего солнца пустыни. Я убеждал её надеть точно такой же костюм, какой надел сам, но она отказалась, сказав, что так будет выглядеть недостаточно утончённой. Теперь она тащилась за мной по пескам в испачканном, грязном платье, когда-то бывшим ослепительно белым. Длинные волосы спутались, кожа на лице обгорела, так как её высочество не соизволило надеть шляпку. Отталкивающее впечатление.
В пользу Карейсы говорило только то, что она не стонала и не жаловалась на жизнь. Она шла, стиснув зубы и с ненавистью глядя на солнце, найдя «истинного» виновника всех её бед. Иногда я думаю, что интеллект чистокровных имеет весьма специфическое направление, распространяясь только на интриги.
Розенкрейцер, одевшийся надлежащим образом, только посмеивался в кулак. Ничто не в состоянии поколебать его несокрушимый оптимизм, и это меня бесит.
Теперь я знал, где расположен вход в тоннели нефилимов, и привёл свою команду именно туда. Быстро войдя внутрь, чтобы вниз не свалилось ещё больше песка, а солнце не направило свои губительные лучи на наших потенциальных союзников, мы спустились по покатым ступеням в один из боковых тоннелей. Вокруг царил кромешный мрак, и Розенкрейцер сразу же схватился за мою руку, чтобы не потеряться. Я увидел, как глаза Карейсы засветились ярко-алым. Сейчас я и сам выглядел примерно так же.
– Я знаю, что ты стоишь за моей спиной, Феллина. Выходи!
Юркая тень скользнула перед моими глазами и замерла, ехидно ухмыляясь и скалясь.
– А мы тебя и не признали. Что-то изменилось с момента нашей последней встречи, – пропела она.
Вокруг, вне поля моего зрения, послышался злорадный смех.
Женщина-нефилим медленно обошла меня по кругу, изредка прикасаясь к краям одежды.
– Так и быть, – сказала она грозно. – Мы тебя не тронем, но взамен ты уйдёшь и навсегда забудешь сюда дорогу.
Сказать, что я был сильно удивлён, значит, ничего не сказать. Карейса покачала головой, её когти удлинились. Алан медленно попятился, попутно обшаривая обшлаг рукава. Я догадывался, что он припрятал несколько клинков в складках одежды – инстинкты охотника.
Плюхнувшись на пол, я сел в позу лотоса и вызывающе посмотрел на Феллину. Карейса оторопела, попыталась что-то сказать, но я просто отмахнулся от неё. Алан, уже не таясь, молниеносно выхватил из рукавов два серебряных стилета.
Я скорее почувствовал, чем увидел, что нефилимы подкрадываются всё ближе и ближе.