Роза в хрустале (СИ)

— Ведите.
Те двое, что только и остались с ним, кроме родича с мрачным взглядом, подхватили мага.
— Пришло твоё время Фолганд. Но будь доволен тем, что от твоей смерти будет польза мне, а значит и всему Хриллингуру.
— Ворон видит всё, Эльсвер, — громко ответил Стефан, отворачиваясь от ниши, где спрятался агент.
— Древо видит всё, нелюдь. И скоро ты в этом убедишься.
Стефана повели по галерее, он закрыл глаза на пару мгновений, чтобы погрузиться в сеть, выстроенную ментальной магией, запустил механизм, который покажет всему Хриллингуру, что пора действовать.
Не так далеко они и ушли, свернули в сторону противоположную той, куда водили мага для пыток. Эльсвер открыл очередную решётку, а потом, начал медленно опускаться. Они все опускались вниз вместе с частью пола.
«Ясно», — отметил Стефан. — «Подземелье в подземелье».
Когда он работал с моделью здания в собственном сознании, то не заметил такой особенности. Опускающийся пол обманул мага. А вход оказался совсем рядом, потому и слышны были ночью голоса и стенания.
— Удивлён, Фолганд? — попытка улыбнуться вызвала у Эльсвера гримасу боли.
— А где вы держите магов?
— Догадался? Скоро увидишь.
Несколько метров вперёд, и Стефан замедлил шаг. По двум сторонам тянулись камеры, забитые людьми.
— Все от решётки! От решётки! — орали охранники.
Другая охрана встретила их в конце живого коридора. А у мага заныло сердце от увиденного — серые измождённые лица с лихорадочными запавшими глазами. Во многих взглядах он прочёл безразличие — дух пленников умирал. Они все были изгнанными магами. А маг с заблокированными стихиями умирает дважды. Эльсвер уничтожал не только физическую оболочку. Все они умирали задолго до настоящей смерти. Стефан мысленно перебрал защитные ментальные схемы, но пока он не знал, какой способ казни готов применить Ринн. Незаметно маг дышал особым способом, чтобы ушли волнение и все лишние эмоции. Сейчас понадобятся всё его внимание и все силы.
Они миновали камеры с магами, а Эльсвер даже не взглянул в сторону заключённых, точно и не существовало их. Шествовал по-хозяйски вальяжно и гордо.
— Вытащите одного-двух и ведите в зал.
Стоило Стефану подумать о Ринне, как тотчас он проявил себя. Готовилось что-то нехорошее, это Фолганд чуял кожей. Поворот налево привёл их к тупику. Странному тупику, потому что в стене на уровне глаз находилась решётка. Остальное пространство состояло из тяжёлой каменной плиты.
— Открывай! — крикнул Эльсвер через прутья.
В стене заскрипело, зашуршало и плита начала медленно разворачиваться. Остановилась она, когда встала поперёк проёма, образовав два входа. До Стефана донеслось знакомое бормотание. Одним взглядом маг сразу охватил всю картину, представшую перед ним.
  
69
 
Агент лорда Аспера дождался, когда Фолганда увели и быстрым шагом поднялся в верхнюю часть дома. Разыскав госпожу Ридену, он передал ей, что атака должна быть начата, а глава клана Риннов находится в подземелье вместе с кузеном и лордом-магом. Свою роль вдова Грант знала хорошо, поэтому сразу же собрала тех, кто должен был блокировать дома Кадегеров связанных с Эльсвером. Позже, они будут разбираться, кто, какие преступления совершал и какого наказания достоин.
Агенту лорда предстояло обойти несколько адресов и встретиться с другими соглядатаями. Идя по улице, он то и дело поднимал голову и смотрел на небо, как сказал Фолганд. Маг почему-то не захотел говорить, что должно произойти, но улыбался и обещал незабываемое зрелище, как сигнал для общей атаки.
— Летит! — закричал кто-то неподалёку. — Смотрите!
Крики людей слышались чаще и чаще, разрастаясь по всему городу. Огромная тень накрыла Хриллингур. Неровная, меняющая очертания, но невероятно большая черная тень.
Задрав голову, агент лорда Аспера пытался понять, на что указывают рядом стоящие люди. А какой-то старик сел прямо на мостовую, повторяя:
— Скайгард Фолганд. Лорд-маг вернулся судить нас по делам нашим и править своими землями.
 
Не сразу в очертаниях огромного тела различались перепончатые крылья, длинная шея с приплюснутой вытянутой головой. Мощными движениями дракон рассекал воздух, но пролетая прямо над улицей, где стоял соглядатай, не поднял за собой ни песчинки. От взмахов огромных крыльев не появилось и ветерка, а брюхо с толстыми пластинами показалось агенту полупрозрачным. И тогда он понял — дракон, которого южане приняли за Скайгарда Фолганда, древнего лорда-мага, всего лишь иллюзия. Фантом, заставивший горожан вспомнить древние легенды о первом Фолганде, что мог оборачиваться драконом и летал над своими владениями.
С улыбкой агент покачал головой и торопливо направился дальше. Стефан Фолганд очень ждал поддержки объединённых сил севера и юга.
Не просто так Ринн назвал это место залой. Большое квадратное помещение давило пустотой и размерами. У дальней стены, за столом, сидели двое стражей. Судя по горке монет и игральным костям, они не скучали. Отдельно от них, в углу, на полу сидел старик в грязном рубище. Длинные седые волосы давно спутались и приобрели грязно-серый цвет. Морщинистое лицо терялось среди отросшей бороды — не угадать ни черт лица, ни его выражения. Глаз мага Фолганд пока рассмотреть не мог. У старика была лежанка, стол зелейника и отвратительный тёмный закуток для разных надобностей.
Когда в залу вошли Эльсвер и его кузен, старик беспокойно заёрзал, поднялся, направляясь ко входу. Длинная толстая цепь потянулась следом. Он не смог дойти до них, остановленный этой цепью. Как-то удивлённо задёргался, точно сам не знал, что прикован. Убедившись, что дальше ему не пройти, рассеянно огляделся и вернулся на своё место.
Стефан так неприятно поразился магу, что не сразу увидел самое главное, что находилось в зале. В самом дальнем углу стояла огромная деревянная кадка с землёй. Витой ствол жгутами поднимался вверх, расщепляясь на отдельные черве-нити, создавая крону Древа высотой чуть выше человеческого роста. И только из-за кадки оно казалось выше и значительнее.
Крона Древа активно двигалась, скручивалась отростками щупалец, оставаясь почти прозрачной, неясной иллюзией. На ветвях висели фиолетовые плоды, более яркие и плотные.
— Как тебе моё Древо, Фолганд? — Эльсвер так и не смог улыбнуться, кожа на части лица подсыхала коркой.
Только сейчас Стефан задумался, какие же маги так подпалили Ринна. Зная, что дети на свободе, было приятно думать об этом.
— Фолганд!? — старик, напоминающий скорее беспокойное животное, чем человека, вскочил на ноги, заметался, бормоча что-то.
— Дед невыносим, — пожаловался один из стражи. — Ноет и ноет. Бормочет что-то. Страшно рядом находиться.
Смерив их презрительным взглядом, Эльсвер жёстко ответил:
— Вам хорошо платят. Не нравится, я найду замену. Только и наверх вы больше не подниметесь.
Стражники втянули головы в плечи и отошли от хозяина. Следом ввели двух заключённых — безучастных, с опущенными головами.
— Так, что скажешь? — повторил вопрос Эльсвер, подошёл к Древу и срезал кинжалом один из плодов.
С жадностью голодного человека он вцепился зубами в фиолетовую мякоть, тёмный сок потёк по губам и подбородку. Стефана передёрнуло от отвращения. А глава клана доел всё до самого маленького кусочка и облизал пальцы. Седые пряди на его голове почернели, кожа разгладилась. И только ожог не исчез. Половина лица Эльсвера так и осталась обезображена. И он это понял по взгляду родича и Стефана, по собственным ощущениям. Удивлённо и недовольно коснулся пальцами подсохшей корки из старой сморщенной кожи, и от лёгкого касания кусочек отпал сам, обнажая голое мясо.
— Что это, брат Ринн?
Мрачный Ринн пожал плечами и отвернулся. Для него не существовало ни друзей, ни братьев.
— Древо надо покормить! — глаза Эльсвера вспыхнули догадкой. — Подведите еду сюда. Смотри, Фолганд, как насыщается моё Древо.