Кровавая Ведьма (СИ)
Мы итак слишком много времени потеряли, погрязнув в склоках, интригах и тайнах. И больше ни минуты упускать не хотелось! Да и не собирались мы оба заходить слишком далеко.
Вот так и сидели оба, едва ли час от силы, наслаждаясь обществом друг друга, да природой двух лесов, пока трава по ту сторону границы не стала странно дрожать.
Я невольно прислушалась. Показалось или нет?
— Ник? — спросил Волк, когда я отняла голову от его груди, всматриваясь и вслушиваясь в окружающее пространство. — Что не так?
— Т-ш, — шикнула на него, указывая вперед, аккурат на то место, где до сих по до удивления четко ощущался след от его недавнего перемещения. — Не чуешь ничего?
— Не уверен, — подозрительно замер Волк. И тут же царапнул антрацитово-черными когтями шелковую траву. — Хотя…
Ба-а-а-ба-а-ах.
По ту сторону границы с громким кудахтаньем рухнула из ниоткуда золотистая избушка!
Огромные птичьи лапы тут же пришли в движение. Золотые когти, по три штуки на каждой, вспороли порядком истоптанную траву, острые колени согнулись, и перед нами резко опустился знакомый терем. Ровненький и ладненький, бревнышко к бревнышку, покрытый оранжевыми и алыми узорами, да такими яркими, что казалось, сейчас загорится и спалит весь лес в округе. Изящные наличники блеснули червонным золотом, резные ставни сверкнули медной чеканкой, а на гладкое мозаичное крылечко вылетела взлохмаченная рыжеволосая ведьма с метлой наперевес, грозно крича:
— Доминика!!
Я малодушно попыталась скрыться за спиной у имперского мага.
Уж не знаю, чего там подруге наплел Бронзовый Дракон…
Но Яга сюда явно не для разговора прибыла!
Глава 30
Так не разберешь: где тут правда, а где ложь
— А это еще что? — оглядев два разных леса вокруг себя, ведьма гневно тряхнула рыжими кудрями. Заметила Волка, иронично вскинувшего бровь, да уперла руку в бок, треснув по земле метелкой. — А ты еще кто, а? И где моя Доминичка? Отвечай, живо!
Примерно представляя, чего такого маг в ответ ей озвучить может, и как она на это отзовется, глубоко вздохнув, я всё ж вышла из-за надежной мужской спины:
— Да тут я, Яга. Не ори, как оглашенная, всю живность распугаешь!
— Доминичка! — ведьма в мгновение ока оказалась рядом, отбросила верную метелку, вцепилась в мои плечи и с тревогой принялась всматриваться в моё лицо. И то, что она увидела, ей, конечно, не понравилось. — А это еще что такое⁈ Кто тебя так посмел обидеть? Звери твои проклятые, да⁈
— Да нет же, — попыталась я оправдаться. Но куда там? Эта сумасшедшая еще и трясти меня начала, как куклу какую! Моей любимой Лили так не доставалось даже в ее худшие годы.
— Нет, ты мне правду всю скажи! Покалечили, да, ироды? Я ж вижу, след когтистый, да на щеке твоей бархатной! Ух, ну щас я ему задам!
И как швырнет шаровую молнию в ничего не подозревающего Волка!
Благо, хоть тот отклониться успел, и заклятье ведьминское в дерево врезалось. Но в какое? Аккурат то самое, кряжистое, из соседнего леса. Только щепки во все стороны полетели!
— Яга! — не на шутку взбесилась я, резко дергая подругу за плечо. — Нам от лешего из-за тебя достанется! Веди себя прилично, мы тут гости!
И, не мешкая, побежала пострадавшую сосну лечить, ту самую, старую и ужасающую. А как иначе? Я и слово дала, да и дерево жалко. А над ним вон, уж и дымок виться начал. Как бы нас не выгнали отсюда после такого!
Пришлось исправлять. А минуты через две, долгих и молчаливых, и сама Яга, хмуря брови, беспардонно пихнула меня бедром, буркнув:
— Двинься. Вдвоем сподручнее будет.
В четыре руки дело пошло быстрее. Заодно и старые раны подлечили, и сил дереву прибавили — оно даже одобрительно ветками скрипнуло напоследок. А после в его широких корнях, торчащих то тут, то там из-под земли, мы и расположились для разговора.
Даже не сразу заметили, как на поляне объявился Дрейк, сейчас негромко о чем-то переговаривающийся с Волком в стороночке. Нам, значится, мешать не хотели.
И не зря. Разговор предстоял долгий!
— Ну, — усевшись поудобнее, ведьма натянула на коленки расписной сарафан и, невольно покосившись в сторону магов, спросила: — Что приключилось у тебя, расскажешь? Этот вон, ничего толком не пояснил, только жути нагнал, мол, ты в беду попала и помощь моя нужна. Ну, я и бросилась вместе с избушкой на выручку, даже косу не доплела.
— Чего только не приключилось, — с тяжелым вздохом признала я, присаживаясь рядышком. — Рассказывать долго, да и страшно всё это, Ягусь. Я с родней своей повстречалась. Домовых своих повидала. И…
— Погодь, — хмурясь, перебила меня нетерпеливая подруга. — Как это, с родней? Неужто, правдивы слухи оказались, которые ты насобирала по империям? На реке Марэ действительно твоя родня живет?
— Да. Бабушкина родная сестра. Младшая, — с неохотой подтвердила я. — Только там такая родня, что б лучше никакой вовсе не было. Завистливая и злая.
— Так это она?.. — глядя на свежие рубцы на моей щеке, охнула Ядвига. — Да как же это⁈
— Да то не, — отмахнулась я. — Не она сама, а служка ее, в ловушку загнал на старое кладбище. А там — гримм. Представляешь?
— Да иди ты! — тут же не поверила подруга, но на всякий случай себя охранным знаком осенила. — Неужто она взаправду существуют? И какой он? Правду говорили, что страшный, аж жуть? И правда, что магия его никакая не берет?
— Яга, — невольно закатила я глаза. — Долго рассказывать! Я тебе его потом нарисую и всё подробно опишу, сможешь даже в библиотеку Школы добавить, коль бабушка твоя добро даст. Но…
— Но? — подозрительно сощурилась ведьма.
— Но бабушка твоя нам как раз и нужна для разговора, — тихо обронила я, старательно избегая ее удивленного взгляда. — Похоже, время пришло.
Подруга молчала недолго. Задумалась, принимаясь плести косу, чтобы как-то занять руки, глядела только перед собой, а уж потом тихо протянула:
— Я позову, если надо. Ты же знаешь, тебе отказать не могу. Но сначала узнать хочу, Доминика: в чем там у них соль была? Ты же знаешь, она ж меня сразу прогонит, как увидит. Не даст со всеми разговоры говорить.
— Даже не удивлюсь, — кисло улыбнулась я. Уж что-что, а нелегкий характер Купавы Ратиборовны мне был известен! — Но и рассказывать особо нечего. Мы ошибались, Яга. С моей бабушкой они были подругами еще с Имперской Школы. Добрыми и верными, как мы с тобой. Души не чаяли, да на крови поклялись, что детей друг друга оберегать будут, случись чего. Потому и явила меня родовая магия тогда к вам.
— О, как, — цокнула языком ведьма, даже не удивившись. — И что ж потом с дружбой этой стало? Что развело их по сторонам? Не проклятие ли?
— Хуже, — невольно хмыкнула я, невольно обнимая коленки и пристраивая на них подбородок. — Мужчина.
— Мужчина? — задумалась ведьма, перебирая, наверняка, в голове варианты. И вдруг охнула, остановившись на единственно-верном. — Да иди ты!
— Ансельм, император Ансгара, — подтвердила я. — Что-то случилось у них. Не поделили его, или еще чего — я точно не знаю. Оттого и хочу с твоей бабушкой поговорить. Дальше скрывать прошлое она не может: мы точно знаем, что Амелисса Артиас наложила проклятье на две империи. Из-за Ансельма и того самого ритуала… проклятье!
— Ник⁈ — моментально встрепенулась ведьма. — Что такое?
— Не могу больше говорить, — прошипела сквозь зубы, хватаясь на пылающие огнем руки. Руны клятвы, данной когда-то в столице, снова жгли неимоверно. — Не тебе.
— Всё, больше ни слова, — моментально подскочила подруга на ноги. — Сейчас я амулет связи принесу и вызову бабушку. Положим конец всем тайнам раз и навсегда!
И метнулась в сторону притихшей птицы-избушки. Выглядела она при этом грозно, шаг чеканила, и только проходя мимо Бронзового Дракона, в ответ на его извиняющуюся улыбку, сердито отбросила косу за спину, хлестнув мужчину поперек груди.
Несмотря на боль, я тихонько фыркнула.