Кровавая Ведьма (СИ)

— Да как всегда, вас, идиотов, разнимать приехал, — складывая руки на груди, надежно пряча меня за своей широкой спиной, усмехнулся Ирбис. — О чем уже жалею, если честно. Поубивали бы друг друга — многие бы с облегчением вздохнули. Я так точно.
— О, да, — небрежно поставив на место снесенный в пылу драки диванчик, ухмыльнулся Лис. Сел на него, закинул ноги на перевернутый лакированный столик, и спросил, как ни в чем не бывало. — Как там говорится? Ах, да. Привык чужими руками жар загребать.
Удивительно, но теперь на его обвинения откликнулся Волк. Да не просто откликнулся, а для начала встал за моим креслом, на высокую спинку облокачиваясь:
— Уж кто бы говорил. Не ты ли сюда явился за легкой добычей?
— Это я-то добыча⁈ — задирая голову, возмутилась я. Совсем, что ли, разум помутился, или по голове-таки от братца своего чокнутого прилетело?
— Угомонись, душа моя, — вместо него цыкнул на меня Ирбис. — Он явно не это хотел сказать.
— Тебе-то откуда знать? — лениво вклинился Лис.
— Я-то побольше твоего знаю, — едва кивнул в его сторону Ирб. — И что ты здесь забыл, тоже догадываюсь. И мне всё это надоело.
Ага, а мне-то как!
Если б я еще что из происходящего понимала, было бы вообще чудесно.
— И что дальше? — выудив откуда-то из-за голенища сапога кинжал, очень уж знакомый, но только с набалдашником на рукояти в виде серебряной лисьей головы, маг принялся им поигрывать. — Опять Дрейку на меня пожалуешься?
— Нет, выпорю! — не сдержавшись, рявкнул белый Ирбис. И, должна сказать, при всём его виде у него это довольно-таки грозно получилось. Он не соврал мне тогда, даже во сне — не изменился его облик. Вот ни на сколечко! — Не посмотрю, что ты взрослый, и вообще имперский маг. Возьму и выпорю!
— А силенок-то хватит? — скептично вскинул брови Лис.
И тут уже не выдержала я:
— Да хватит вы, оба! Достали. Как кошка с собакой, ей-богу.
— Скорее уж как собака с лисой, — глумливо улыбнулся сереброголовый.
Я едва Волка за рукав придержать успела! Даже встать пришлось, чтобы этот дурень со злости дров опять не наломал:
— Оставь. Он нарочно тебя провоцирует.
— Провоцирую, — охотно согласился со мной Лис, чем допек изрядно. Нет, он и раньше сроду покладистым характером не отличался. А теперь и вовсе, как бесноватый стал! Что ни слово, так будто специально беду кличет. — Всё жду, когда наш ласковый и нежный зверь свою истинную натуру покажет. Предатели, Доминичка, сами себя не объявляют. Их вычислять надо.
Я, моргнув, ошалело на него уставилась. Что за бред он несёт⁈
— О предателях поговорить хочешь? — нехорошо прищурился Волк. — Изволь. Не хочешь рассказать, что ты тут забыл и с кем договоры заключать собрался?
— А есть разница? — почти изумился Серебряный Лис. — Или кто-то забыл, что нам приказано всех ведьм доставить в Калами к назначенному сроку, и цена не имеет значения? Так я напоминаю.
— До срока еще год почти, — в ответ напомнил ему Ирбис. — И Волк, как я понял, нашел Доминику раньше. Значит, ему и везти ее в столицу. Ищи остальных, в чем проблема?
— Проблема в том, что я не доверяю ни одному из вас, — голос Лиса так и сочился ядом. — И лично буду ее сопровождать.
— О доверии заговорил? — хрипло усмехнулся Волк, пока я вообще перестало понимать хоть что-то из этого бардака. Какие недомолвки? Да между ними кошка черная пробежала, будто на разлад проклял кто! — В таком случае, не хочешь рассказать, что здесь творится, и почему с твоего согласия и покровительства в империи процветает торговля людьми?
Я как встать пыталась, так в кресло опустилась, и даже не больная нога стала тому виной.
Так это что получается… тот самый таинственный покровитель из столицы — это сам Лис⁈
И самое страшное, тот даже отрицать не стал! Поморщился только:
— Ой, не лечи чуму из-за соплей. Усть-Речье стоит на неудобном месте, верхом не наездишься. А границу охранять дело хлопотное, неблагодарное. Леди Рогнеда охотно согласилась помогать — сообщать в столицу обо всех подозрительных, пытающихся сюда проникнуть. Взамен лишь попросила о небольшом снисхождении к ее развлечениям.
 
— Попросила? — я стала медленно, очень медленно подниматься в кресле, с силой, почти до боли в пальцах впиваясь в резные подлокотники. — Всего лишь? О снисхождении⁈ Да ты, воротник облезлый, в своем ли уме⁈ Ты видел, что здесь творится⁈
— Обожаю твои благородные порывы, Никаська, — смерив меня полным восхищения взглядом, выдал вдруг Лис. — Но не лепи трагедию. В мире случаются дела и похуже. Тебе ли этого не знать?
— Да ты… — у меня так сразу и слов не нашлось, чтобы описать всё, что чувствовала. Одно могла утверждать точно — ненависть именно к этому магу вспыхнула во сто крат сильнее, чем раньше! — Да это ведьма, она…
И тут я замолкла, принюхиваясь. Вроде как носа снова смрад знакомый коснулся, но так слабо, словно мимолетно. И я спохватилась, подскакивая:
— А ведьма-то где⁈
Волк, ругнувшись, перепрыгнул прямо через стол, а я подбежала следом. Но оба торопились, зря — за ним никого не было!
— Ушла, — мрачно констатировал брюнет. — Как?
— Глаза отвела, — обследуя пол, на котором так сразу и не разобрать, где чья ворожба следы оставила, скрипнула я зубами. — И путанку кинула. Если не поспешим, уйдет, как пить дать!
— Знаешь, где искать? — только и спросил он.
Я решительно поднялась, полная уверенности в своем праве. Я буду не я, если ее козням конец не положу!
— По следу ее пойдем, вонючему. Ирбис, будь другом, присмотри… — и тут мой взгляд наткнулся на до сих пор неподвижного Лучезара. И я передумала, кивая на Лиса, что наблюдал за нашими метаниями, едва выгнув бровь. — За этим присмотри, покуда нас не будет. Мы слишком много сил и времени положили, ведьму обхаживая. Ее злодейства надо прекратить!
Вот за что я любила Ирбиса, так за его умение слушать и доверять. Он только кивнул, еще ничего не понимая, но уже соглашаясь. А нам того и надо было — едва согласия получив, мы с Волком, не сговариваясь, на балкон бросились!
Правда, там заминка произошла, он-то сразу через перила сиганул, со второго этажа, да на подъездную аллею. Еще и встал спокойно, руки протягивая, как бы приглашая прыгать к нему.
Но на меня что-то сомнения нашли, не иначе как явление Лиса поспособствовало. И пришлось мне спускаться на землю, аккуратно левитируя, что очень уж было сложно без родимой метлы, да и вообще хоть какой-то опоры. Зато аккурат рядышком с магом на ноги и приземлилась!
— Обижаешь, — только и хмыкнул он в ответ на моё откровенное недоверие.
— Переживешь, — ответила тем же, еще немного на него злясь за добычу. — Да не стой ты столбом, потом все разговоры будут!
И мы рванули с места в карьер, в сторону селянских поселений. Куда могла сбежать проклятая ведьма, вариант всего один был. К старцу тому, что запретными травами баловался! Только у него Рогнеда защиты могла искать и укрытия, больше некуда.
Нет, еще один-то имелся, но он покамест, оказался в меньшинстве, да под надежным присмотром. Я даже не сомневалась — уж если кто его остановить сумеет, так только Ирбис.
Бежали мы быстро, заставляя встречных людей от нас шарахаться в стороны. На нас они глазели удивленно, но остановить не пытались. Так оно всегда бывает, если верность людей пытаешься страхом, аль приворотом обрести. Не шибко они становятся послушными и расторопными, а на расстоянии так особенно!
— Здесь, — когда до околицы оставалось всего-ничего, а моё сердце собиралось из груди выпрыгнуть, на дорогу, отчаянно блея, выбежал маленький черный козленок. Я его сразу заприметила, да прибавила шаг. — Таких обычно в жертву приносят. От следов пытается избавиться, гадина!
— Не успеет, — мрачно усмехнулся Волк.
Но подоспели мы не вовремя — когда свернули, куда нужно, из всех щелей вокруг окон хаты-мазанки уже шел черный дым!
— Проклятье! — выругавшись, мы рванули внутрь. Да только зазря — едва Волк вышиб дверь, как огонь, получив воздух, вспыхнул с новой силой, пожирая всё на своём пути!