Лысый... шиноби? (СИ)

«Змеиные выкормыши», — мысленно констатировал он, окидывая пренебрежительным взором шиноби Звука.
— А вот и они, — осклабился Кабуто.
— Бля… к нам в помощь дали каких-то соплежуев? Чё за херня, очкарик? — склонил голову набок Хидан.
— Думаю, вы поладите, — расплылся в хитрой улыбке Кабуто. — Это Четвёрка Звука — телохранители Орочимару-самы. Они довольно сильны. Так что будут отличным подспорьем в вашей миссии в Стране Огня… Ну, а мне пора уходить. Предстоит сделать немало за относительно короткий срок… — и Якуши исчез в шуншине из листьев, оставив молодых ниндзя Звука против двух S-ранговых нукенинов.
Какузу в раздражении цыкнул зубом. На них наглым образом спихнули детский сад, что не добавляло хорошего настроения. Этим личинкам шиноби на вид было лет по пятнадцать.
— Надеюсь, вы не будете путаться под ногами, — сухо прохрипел он.
— А-ха-хах… ебать, Какузу, ты видишь их? Чё это за цирк уродцев? — рассмеялся Хидан. — Один — жирдяй с рожей, как будто он вот-вот родит… второй — с шестью руками… погоди, с шестью руками? — переспросил Хидан прищурившись. — Пацан, нахуя тебе столько? Чтобы надрачивать сокомандникам?..
— Слышь, ебальник закрой, пидор! — прервал излияния культиста женский голос.
Какузу и Хидан замерли. Ибо голос принадлежал симпатичной красноволосой девушке с чёрным шлемом, перевязанным бинтами, — единственной представительнице прекрасного пола из Четвёрки Звука.
— Э… чё? — раскрыл рот Хидан. Стоит заметить, что застыли не только Хидан с Какузу, но и звуковики. Да чего уж там, даже дождь в один момент стал меньше лить и теперь лишь едва накрапывал.
— Хуй через плечо, бля… — продолжила напор барышня.
Дальше шёл поток таких грязных и отборных ругательств, что и самому Хидану впору было брать блокнот и записывать некоторые обороты. В целом, девчушка описывала жесткие сексуальные отношения жреца с его косой, с Какузу, записала их в лица нетрадиционной ориентации из-за крашеных ногтей, а также подробно рассказала о её личном отношении к Акацуки и присутствующим здесь наёмникам.
— Таюя… — жалобно проблеял жирдяй, когда куноичи взяла паузу, чтобы перевести дух. — Ты же девушка. Зачем так выражаешься, тем более с нашими союзниками?..
— Тебя ебёт, как я выражаюсь, жиробасина тупая? — сложила руки на груди Таюя.
Хидан сделал пару шагов назад к Какузу. Лицо его выражало шок и неверие… затем отчего-то выступила глупая улыбка.
Он склонился к уху охотника за головами, дрожащим голосом прошептав:
— Какузу-чан… ты веришь в любовь с первого взгляда?
— Чего?
Какузу подумал, что не расслышал.
— Это… кажется, я влюбился…
Дождь совсем прекратился, а лучики солнца начали проглядывать из-за облаков. Где-то за лесом сформировалась радуга.
— Ты чего, совсем сбрендил? — рыкнул Какузу.
Хидан прочистил горло, расправил плечи и пригладил и без того идеально лежащие пепельные волосы:
— Как я выгляжу?
— Как дебил! — прошипел Какузу. — У нас задание вообще-то…
Хидан проигнорировал старого наёмника, подойдя почти вплотную к красноволосой девушке:
 
— Эй, крошка… не хочешь, эм… вступить в секту великого Джашина-самы? Ах, да… мы… это… как бы… можем сначала обговорить условия твоего вступления за чашечкой зелёного чая… или чего покрепче. Так что скажешь? — такой милой улыбки Хидан, пожалуй, не показывал никому за всю свою жизнь.
— Пошёл нахуй! Мне четырнадцать! — было ему ответом.
— Кха! — Хидану будто дали чем-то тяжёлым по горбу.
Впрочем, он быстро взял себя в руки:
— Ты, мля, это… подумай, в общем. Возраст — дело наживное. Да и если станешь жречкой… кхем… жречихой? Короче, если выберешь Джашина — получишь бессмертие и вечную молодость. Для дамы — охуенное предложение, как мне кажется…
— Это, блять, самый странный подкат, который я слышала, — покачала головой Таюя.
— Угу… и единственный, — не преминул поддеть девушку шестирукий звуковик.
— Ой, захлопнись, Кидомару!
Вперёд вышел парень с серо-голубыми волосами и зелёными губами. Потеребив карминовые бусы на шее, он высокомерно протянул:
— Я — Сакон — лидер…
— Погоди, — перебил Хидан. — У тебя там чё, вторая башка сзади?
— Да, — подтвердил Кидомару. — Сзади — его брат Укон.
Вторая голова недовольно зыркнула на шестирукого, затем повернулась к наёмникам:
— Да, я — Укон — старший брат этого…
— Ебать-копать! — хлопнул себя по лбу Хидан. — А жрёте вы тоже в два рыла, или как?..
— Заткнись, Хидан! — рыкнул Какузу, полыхнув яки.
Заткнулись все. Даже Сакон отступил на шаг и напрягся.
Удовлетворённо кивнув, Какузу продолжил:
— Ну что ж, детишки. Перед тем, как мы начнём нашу миссию — предлагаю познакомиться поближе, — он снял плащ, оголяя покрытый швами торс с масками на спине. — А лучший способ знакомства это… бой! Джионгу!
Нитевые монстры вырвались из тела Какузу. Хидан, оскалившись, достал из-за спины косу и облизал лезвие кончиком языка:
— Потанцуем, бля… но если кого-то случайно прирежу, то я не виноват!
Четвёрка Звука отступила назад. По их телам зазмеились чёрные татуировки. Сакон проговорил:
— Ну, дружеский спарринг никогда не бывает лишним. Спору нет…
— Ты не понял, сопляк, — прорычал Какузу. Его нитевые монстры начали готовить убойные площадные техники, от мощи которых у звуковиков прошёл озноб. — Никаких спаррингов. Если вы окажетесь слабаками, то просто сдохнете…
 Глава 49 
Глава 49
 Башня Хокаге
Солнце нехотя скрылось за горизонтом, погружая помещение в зыбкий полумрак.
Напротив Хирузена застыли пятеро шиноби и… собака.
— Паккун, — пыхнул трубкой Сарутоби. — Где Какаши?
Мелкий мопс в синем жилете забавно повёл носом и хриплым басистым голосом произнёс: