Убийство в приграничном замке
Фрин плакала почти беззвучно, так что волшебник различил негромкое поскрипывание снега под чьими-то сапогами. Но конечно, отталкивать девушку не стал, надеясь, что у того, кто приближается к ним, хватит такта удалиться.
Однако, увы, ожидания Ская не оправдались.
– О, я смотрю, вы тут заняты иссле-е-едованиями, – насмешливо протянул Рейнард. – Только, сдается мне, изучаете вы вовсе не гору!
Скай ушам своим не поверил: неужто этот наглец нарывается? Так ведь и до дуэли дошутиться можно. С другой стороны, не драться же взрослому волшебнику с лишенным дара мальчишкой? Надо постараться свести все к шутке, решил Скай. Пусть парень успокоится, а там, возможно, одумается и перестанет себя так вести.
– Тетушка, вы так увлечены занятиями, что и на племянника не посмотрите? – продолжал между тем юный Фортитус.
– Мы заняты! Давай поговорим потом. – Скай старался говорить спокойно, но непреклонно.
– Да уж вижу, вижу.
Скай даже сквозь зимнюю одежду ощутил, как напряженно застыла в его руках Фрин.
– Тебе не кажется, Рейнард, что ты ведешь себя опрометчиво? – нахмурившись, спросил волшебник.
– Просто у племянничка никакой личной жизни, – хрипловато сказала Фрин, не отрываясь от Ская. – Вот он и норовит хоть подглядеть!
За поворотом послышались торопливые шаги, и Рейнард не ответил, хотя по его прищуренным глазам и напряженному лицу было видно, что на языке у него вертится парочка грубостей для «дорогой тетушки».
Из-за склона выскочил запыхавшийся и чуть взъерошенный Ник.
– Господин волшебник… – выдохнул он, покосившись на Рейнарда.
Заскрипел снег, и за спиной Ника появился Медведь, мрачно взирающий на травника.
– Так, тут становится слишком людно! – заявил юный Фортитус, развернулся, взмахнув плащом, и зашагал обратно к лагерю.
Его телохранитель двинулся следом, наградив напоследок Ская многозначительным взглядом.
Фрин отстранилась от волшебника, потерла нос и почти спокойно сказала:
– Прости. Не думала, что мой племянник настолько дурак.
Выглядела девушка так же, как и говорила, – почти спокойно. Если не присматриваться, можно и не заметить чуть припухших век и слегка покрасневших глаз.
– Все в порядке? – осторожно спросил Ник.
– Да. А что случилось? Ты как будто убегал от Медведя, – полушутя сказал Скай.
Травник помотал головой:
– Нет. Я не убегал. Точнее – не убегал от Медведя. Я торопился к вам, господин волшебник.
В ответ на вопросительный взгляд Ник пояснил:
– Хотел сказать, что обед скоро будет готов, и узнать, будете ли вы вишневый пирог или яблочный? Их взяли не так много, так что каждому достанется по одному, а начинки разные.
Фрин фыркнула и сказала:
– Да ладно, меня-то можно и не стесняться.
Но помощник волшебника явно собирался и дальше придерживаться версии с обедом. Девушка еще раз фыркнула и ушла.
Скай подошел к Нику вплотную и тихо спросил:
– Так что случилось?
– Ничего не случилось, – ответил травник. – Просто Рейнард долго смотрел вам вслед, а потом пошел за вами, а меня тут же подозвал его телохранитель и стал расспрашивать о всякой ерунде. Я понял, что его господину зачем-то надо застать вас вдвоем с Фрин, и решил вмешаться. Вежливо уйти не получилось, и я убежал.
Ник пристально смотрел на волшебника и словно ждал чего-то.
Скай задумался: интересно, что на самом деле нужно было Рейнарду? Не напрашивался же он всерьез на дуэль. Вряд ли его по-настоящему волновала честь тети или моральный облик рода Фортитусов.
Волшебник кивнул другу и сказал:
– Ты молодец. Ты все сделал правильно.
Кажется, Ник вздохнул с облегчением. Во всяком случае, напряженная настороженность из его взгляда тут же пропала. Он даже почти улыбнулся, но тут же спохватился и строго уточнил:
– Да, так что про пироги-то? Вишня или яблоко?
Скай рассмеялся и нарочито деловито сказал:
– Пошли посмотрим на пироги. Я же исследователь! Так что выберу пирог только после тщательного осмотра, обнюхав и, возможно, покусав!
Ник все-таки улыбнулся.
Подготовка к обеду и правда шла вовсю: стоило обогнуть склон и выйти к лагерю, как Скай ощутил чудесные ароматы жарящегося мяса, чеснока, сливочного соуса, майорана и мяты. Слуги жарили цыплят и свинину, взятые с собой из замка. В отдельных горшочках кипели соусы: густой сливочный, пряный винный, незнакомый Скаю терпкий со сладковатой ноткой и грибной.
В желудке заурчало, как будто и не было совсем недавно наваристого мясного бульона с лапшой. Скай понимал, что на самом деле еще не голоден, но буйство запахов и дивный вид готовящегося мяса, гарниров из картофеля и мелких лапшинок с грибами, и ароматных соусов внятно говорили: ты хочешь есть! И волшебник не спорил.
Ник, не отвлекаясь на творящееся вокруг гастрономическое волшебство, поспешил к полной женщине в просторной вышитой одежде, слегка напоминающей яркий наряд Хахад.
Та, уперев руки в бока, заявила:
– Пирога всего два и осталось: яблочный да вишневый! Еле их у маленькой госпожи отвоевала!
Вокруг нее витали запахи сдобы, жженого сахара, корицы и печеных яблок. Глаза женщины смеялись, и Скай невольно улыбнулся в ответ, сказав:
– Наверняка это была славная битва! Спасибо, что не оставили без пирогов. Мы их заберем?
– После обеда! – весело, но непреклонно отозвалась женщина. – А пока вот, возьмите!
Она протянула Нику, стоящему ближе, сверток. Травник поблагодарил, и они со Скаем отошли в сторонку. В вышитом пестром полотенце обнаружились маленькие завитки из слоеного теста, густо посыпанные сахаром. Скай тут же сунул один завиток в рот – вкусно! Ник тоже попробовал и одобрительно кивнул.
Скай, продолжая дегустировать завитки, осмотрелся. Фрин и ее помощница беседовали с хмурым Беллом. То есть Фрин беседовала, а Нэгэл молча стояла рядом. Рорт о чем-то расспрашивал Розалинду. Рейнард с мрачным видом стоял рядом со своим тсарлаком, ни на кого не глядя. Медведя видно не было. Скаю очень захотелось пойти и проверить подпругу Одуванчика. Просто так, на всякий случай.
Розалинда покинула своего наставника и примчалась к гостям.
– А можно мне витушку? Пожа-а-алуйста! – Она посмотрела на Ская так умоляюще, будто не ела, по меньшей мере, пару дней.
Волшебник угостил ребенка. Девочка радостно захрустела выпечкой и пообещала Скаю часть своего пирога, когда она его получит. Потом спросила:
– А когда ты будешь делать свою науку, ты меня позовешь? У нас в замке никто науку не делает – мне интересно!
Скай развел руками:
– Я, конечно, могу тебя позвать, но тебе будет скучно.
Розалинда насупилась:
– Только для взрослых, да? – Она сложила руки на груди и нахмурилась, видимо, подражая кому-то из этих самых взрослых.
– Для скучных взрослых, – уточнил Скай.
– Но ты-то не скучный, – тут же заметила Розалинда. – Может быть, тебе тогда надо заниматься чем-нибудь другим? Не наукой? Она тебе не подходит!
– А что мне подходит? – с любопытством спросил волшебник.
– Приключения! Ездить в разные города и побеждать разных монстров! Вот таких! – Розалинда завыла и, размахивая руками, запрыгала на месте.
К ним подошел Рорт и спросил:
– Надеюсь, госпожа вам не мешает?
Девочка уже сорвалась с места и помчалась, продолжая изображать «монстра», пугать тетю. Та рассмеялась и сделала вид, что накладывает на монстра чары.
Наблюдая за их игрой, Скай отозвался:
– Нет. Она чудесный ребенок. Не то чтобы я много знал о детях, но Розалинда определенно милая девочка.
Рыцарь кивнул с важным видом. Наверняка он гордился юной госпожой, как собственным ребенком.
– С одной стороны, всем сердцем жду, когда малышка отправится в Академию: по возрасту, конечно, рановато, но она способная! Ты сам видел. А с другой – это самое сердце разрывается, когда представляю разлуку с ней. Она мне как родная. – Рорт словно прочитал мысли гостя.
– Уверен, она будет помнить о тебе в Академии. И будет признательна за то, что ты ее хорошо обучал.