И.С.Т. (СИ)

— Мы можем сделать только хуже, — выдохнул Дейм. — Мы не знаем, как они могут быть связаны. Нам нужен оракул или оператор, чтобы отследить их связи с планарами. Где старшие? Если это не их рук дело, то они могут помочь, без поддержки нам не вытянуть, а Марек другим занят.
Александр лихорадочно оглядывался, силясь в воцарившемся хаосе отыскать хоть кого-то. Если не Марека, то хотя бы Тимура. Или…
— Вот они!.. Анжей!.. Михновский!
— Господин Лемешев, — руки у поляка дрожали, но паники не было. Хотя ему было страшно. Очень страшно. Он обнимал Рому, пытаясь не подпускать к нему паникующего Симеона, который, на удивление, все еще был в своем уме и вроде как никуда проваливаться не собирался. — Вы не подскажете, что за хрень здесь происходит? Или может вы в курсе, господин Амфимиади?
— Отдай Рому Симе, — на удивление прохладно ответил Дейм. — Он его прикроет, а вы оба нам нужны. Ты и Айвен. Где остальные? — он ловко пристроил у стены еще одного первогодку. Остальные кураторы метались по залу, и под аккомпанемент гремящей музыки и всполохов света, который никто не выключил, смотрелось все это довольно безумно.
Анж только выгнул бровь, но все-таки передал свой «груз» мгновенно успокоившемуся Бехеровичу.
— Санада присматривал за малышом Аяном. С ним же был Матей. Они тоже нужны?
— С Аяном Фрей, а корректор — лучший из всех якорей. Нужны все. Надо экранироваться от планаров. Анж, ты оракул, возьми Айвена и гляньте, только очень осторожно, что с вероятностями. Где Тимур?
— Да здесь был, за британцем своим присматривал, мушкетер хренов! — фыркнул Анжей.
— Мушкетер, говоришь, — нехорошо прищурился Лемешев, выискивая в зале татарина и не находя его.
— Мы его сегодня видели, — кивнул Михновский, и откуда-то сбоку притянул поближе Ивана. — В общем, я понял, да. Ваня, давай-ка нырнем и глянем что там творится? Только осторожно. И не слишком глубоко. Чувствую, если потонем, так круче чем в Заводи.
— Не раньше, чем здесь будут остальные из вашей компании. Ромка в бессознанке, и вытаскивать вас будет некому, — почти рыкнул Дейм, на этот раз высматривая Арестова. А когда нашел, так и застыл, глядя на похожего на сгусток мрака мужчину. Тот сидел, словно не дыша, на стуле с высокой спинкой, сложив пальцы домиком и закрыв глаза. Спокойное лицо, разве только слишком бледное, и капельки пота на висках. — Тааак… Быстро, мальчики, очень быстро!
Анж вместо ответа зажмурился. Так легче чувствовать. Легче улавливать и звать. Даже невзирая на безумие, что воцарилось вокруг. Санада. Матей. Санада и Матей. Попугайчики-неразлучники. Их с Ванькой часть. Их команда. Они четверо — единое целое. Не разорвать. Никогда. Потому что они не четверо. Они — один.
Те оказались рядом почти мгновенно. Задрожала связывающая их нить и жалобно тренькнула, стоило только теплой ладони лечь на талию:
— Все, мы уже здесь. — Матей. Напряженный, явно на грани собственного срыва.
— Хорошо, — Анж кивнул со слабой улыбкой.
— Я слышал, можешь не повторять, — негромко произнес Санада.
— Тогда без предисловий и объяснений. Я захожу, а вы держите. Я представления не имею, что там будет, так что будьте готовы, ладно?
— Не самая здравая мысль, — напряженно обронил Лемешев. Но другого выхода все равно нет. — Надеюсь, Марек нам всем уши бантиком на жопах не завяжет.
Дейм еще раз оглянулся на Арестова, поджал губы и вернул свое внимание мальчишкам.
— Значит, так. Анжей, ты идешь первым, дальше первого планара не смей спускаться. Айвен, ты через секунду, ищи следы воздействия, но не вздумай касаться нитей. Вам нужно отследить наших бессознательных и как они связаны с планарами. Посмотреть, есть ли связь и можно ли ее разорвать. Возьмите вероятности тех, кого хорошо знаете. Рому, например. И еще кого-нибудь на всякий случай. И это нужно сделать быстро и аккуратно. Арестов, судя по всему, тоже там, не попадитесь ему под горячую руку.
— М-м-м… а вы меня потом поцелуете в качестве благодарности?.. — Анж с силой переплел пальцы с Ваней и Матеем и снова зажмурился. — Поехали!..
 
Впервые за три года планар был похож на Дантов ад. Перламутрово-радужные нити вероятностей стали мутными. И еще этот белесый туман, взвесь, не позволяющая нормально видеть и чувствовать. О… а вот и Арестов. Перепутать корректора с кем бы то ни было — невозможно. Он даже здесь дышит силой и властью. И визуализируется огромным огненным шаром, буквально пышущим жаром.
Зато остальные… их здесь, на крохотном, по мерке мира или миров, пятачке было множество. Первогодки, кое-кто из второкурсников. Разноцветные искорки больше не были яркими и пылающими жизнью. Они стали слабыми «болотными» огоньками, буквально опутанными… водорослями?! Нет, не может быть. Если бы Анжей мог прикоснуться и понять что это такое. Что это за глянцевые черные ниточки. Боже, отвратительно похоже на мерзких пиявок. От переполнившего его чувства гадливости Анжея там, в реальности, передернуло.
Он чувствовал чуть в стороне от себя Ромку. Чувствовал удерживавшего его в реальности Симу. Пацан молодец, клещом вцепился. И… о-о-о… вот оно что. Маленького оператора можно поздравить. Очень экстремальное запечатление. Но вот же ж…
А тем временем пиявки-паутинки медленно подступали к Силиверстову, и тот потянулся к единственному, с кем мог работать, к Тимуру. Финиш, господа, тушите свет!
— Бля… нет, только не Тим… — выдохнул Анжей. — Только не Тим… он же разнесет планар вдоль и пополам!..
Рывок. Наверное, Тим даже сопротивлялся. Наверное, даже до последнего, пока хватало сил. Вот только Тимур порядком измочален метатренингом. А Ромка… Ромка экстраординарно сильный оракул, способный выдернуть оператора откуда угодно. Странно, что он не потянул за собой Симу. Хотя до этой минуты его оператором был Ширинский.
Тимур провалился. Пошел на дно, будто ему кто на шею жернов мельничный прицепил. Анж видел, как вокруг Ширинского расходились круги. Слишком мощным было сопротивление. Даже ослабленной воли.
А потом — будто взрыв. Черные ниточки с Ромки смело, разметав в стороны. Вот только Анжею пришлось лихорадочно лавировать меж глянцевых ошметков, лишь бы только мерзкая дрянь не прилипла к нему.
Боже-боже-боже…
Зов накатил, оглушил, потянул и рванул. Сильный, яростный, знакомый. Тей и Сан. Словно почувствовали панику, страх или на что сейчас были похожи его эмоции. Айвен всполохом метнулся на краю зрения и рассыпался искорками, словно пытаясь закрыть его, Анжа.
«Уходи», — зашелестел в голове бесплотный голос.
И снова вспышка-взрыв. Планар точно перекосило. Искореженное пространство, обрывки нитей, и бьющийся янтарно-золотистый огонь. Тимур. Он все еще бился, все еще отчаянно рвался прочь, силясь вытолкнуть впереди себя слабеющий огонек. Ромку.
Анжей закричал. Будто это его там рвали на части. Закричал, рванулся и вынырнул, задыхаясь от напряжения и нехватки воздуха. Как же он устал.
— Что там?! — кажется, Дейм тоже кричал, но в сильных поддерживающих руках Матея было… почти спокойно. — Мы можем их экранировать?!
— Не стоит, — прохрипел Айвен совсем рядом. — Не отсюда — точно. И там Арестов… Не надо ему мешать. Что с Тимуром и Ромкой?
— Пиздец котенку, — выдохнул Анж. — Они все опутаны этой херней… это похоже на черную глянцевую паутину, только она будто пьет энергию из всех. Пьет, сука и глотает… Тим провалился за Ромкой. Ромка его потянул как оператора, и он там сейчас Армагеддон устраивает.
— Блядь, — на чистом русском выдохнул Дейм. Оглянулся и вдруг улыбнулся, глядя на то, как ловко и быстро пробирается через обезумевшую толпу Фрей, таща за собой Аяна. Подойдя к ним, он только выдохнул зло и опустился перед Ромой и Симой на колени. Почти силком отодвинул в сторону руки Симеона и вжал пальцы в виски Силиверстова, закрывая глаза. Несколько долгих секунд ничего не происходило, а потом Рома вдруг застонал, выгнулся, забился подобно запутавшейся в нитях марионетке. Фрей испуганно выдохнул, распахивая глаза.