И.С.Т. (СИ)
Санада с неожиданной силой сжал пальцы Матея, переплетая их со своими.
— Мы это переживем. И не сорвемся. Мы сильные. Мы самые сильные среди третьего курса. А по контролю не уступаем даже Тимуру. Так что все будет хорошо.
— Если быть до конца честным… — Анжей закусил руку и со вздохом стащил с глаза повязку. — То я поддерживаю Ваню. Что-то растет. И вряд ли это «что-то» будет по зубам помощникам Арестова.
— Арестов не зря просил нас присматривать за малышами, — Матей прикрыл глаза. — Сан, твой — Аян?
— Если не возражаешь, — японец нежно коснулся его скулы губами.
— Тим присмотрит за своим мальчиком, если у него крышу не сорвет, естественно, — тоненько пропел Анж, выразительно глядя на подошедшего Ширинского.
— Я присмотрю за Чедом, — авторитетно подтвердил бедуинский принц. А потом вдруг прибавил: — Первый раз за три года здесь чувствую такое напряжение. Кажется, если я хоть на секундочку ослаблю контроль — меня накроет.
— Ты не один такой, — выдохнул Матей. — Держись, нельзя срываться. Только не сейчас. Анж, кого возьмешь ты?
— Силиверстова, — по-птичьи передернул плечами «Сиель». — Мы с ним вроде как ладим. И меня он послушается.
— Не сомневался. Право первой ночи накладывает отпечаток, да, Анж? — криво улыбнулся Матей. — Жаль, что Ягодка корректор, я бы за ним проследил.
— Возьми Серафима, — Айвен покосился на него почти угрюмо. — Уступлю.
— Нет уж, оператор оператору глаз не выклюет. Я буду на подхвате. Или смотреть за всеми сразу. Черт, а вечер только начался. Может, подойдем поближе?
— Мы переспали один раз, — вот чего за Анжем никогда не водилось, так это оправданий. И, о чудное дело, Анж внезапно именно оправдывался. — Ты долго дуться будешь?
— Всегда, — отозвался Санада. — Пора бы привыкнуть. Мы все собственники, даже ты. Только ты позволяешь себе больше.
— Бука…
— Этот мальчик тебя зацепил. Чем-то. Ответственностью за него, которую ты теперь чувствуешь. И на самом деле это хорошо. Здорово заставляет набираться серьезности, — Матей, пользуясь полумраком, мягко поцеловал поляка и тут же вернулся поближе к любимому японцу. — Ну так что, сегодня мы не веселимся?
— Я боюсь потерять контроль, — честно сознался Айвен. — Поэтому не в этот раз.
— Значит, будем серьезны и собраны, — одними уголками губ обозначит улыбку Анж. — Ладно, наблюдаем, — он взял за руку Айвена и потянул туда, где видел две светлые макушки.
Матей проводил их тяжелым взглядом и закусил губу. Накрывало, ему очень нужен был Санада рядом, но он сам хотел подойти поближе. К тому же что-то творилось и с самим Саном. На невозмутимом лице японца этого было не прочитать, но алая нить, связавшая их, вибрировала и натягивалась.
— Сан, как ты, любимый?
— Все еще почти в норме, — чуть более бледный, чем обычно, господин Кунимицу усиленно кутался в оранжевый комбинезон, родом из популярной анимешки «Наруто». — Хотя, если подумать, остановил бы время. Ты знаешь, что я не люблю такие массовые развлечения.
— Не надо, мой хороший, не провоцируй силу на неконтролируемый всплеск, — Матей погладил его по щеке и с чувством поцеловал. — Нам только пережить этот день, завтра будет уже все по-другому.
— Ну вот и кто назвал тебя Казановой? — Санада обнял его обеими руками за талию и улыбнулся. — Не похож ты на Казанову. Ты самое прекрасное что есть у меня, Тей. И самое дорогое.
— Ты помнишь первый курс? — Матей улыбнулся, счастливо жмурясь. — У меня тогда нехило ехала крыша, и Тим мне отказал. И я очень много делал себе и всему миру назло. Самым простым способом оказалось строить глазки и совращать невинных сокурсников. Но с тех пор много воды утекло. И я нашел тебя. Но прозвище осталось. Но хватит обо мне, — он потерся щекой о плечо Санады и вздохнул. — Последуем примеру Вани с Анжем и подойдем или останемся здесь?
— Стой!.. — Сан, кинул взгляд за плечо Матея, рванулся вперед и перехватил бегущего второгодку, буквально заталкивая его между собой и Теем. — Патрик… отстань от пацана.
— Япошка, да вы меня с вашей блядью заебали просто!.. — взвился идущий следом за парнем ирландец. Судя по его дурным глазам, метатренинг накрыл его окончательно.
— Угомонись, Педди… — угрожающе бросил Сан. — Не вынуждай меня принимать решительные меры. Ты знаешь, как я этого не люблю!
— Пат, — Матей скользнул вперед, аккуратно, тщательно дозируя силу, сковал его невидимым щитом. — Правда, угомонись. Иначе до утра будешь спать где-нибудь за ширмой.
Патрик дышал тяжело, точно выброшенная на берег рыба. Его огромные лепреконьи глаза были широко распахнуты, но разума в них… почти совсем не наблюдалось. Хроника-второкурсника ощутимо потряхивало.
— Будь паинькой, — настойчиво, очень тихо повторил Сан.
— Когда-нибудь рядом с тобой не будет твоей… тени, — прошипел ирландец. — Тогда и поговорим.
— Зря надеешься, — прошипел Матей. — Его тень всегда будет с ним. Вали, — небольшое усилие, и Патрик отлетел назад, отшвырнутый импульсом. Матей рисковал: Патрик тоже был материалистом, пусть и гораздо слабее, но пойти против ему вполне могло хватить дурости и наглости.
— Пойдем, — Матей стиснул запястье Санады, оглядываясь по сторонам и замечая, как изменилось за последние несколько минут происходящее. Спонтанные всплески проявлялись почти каждую секунду, третьекурсников вело все больше, контроль ослабевал все сильнее. Кто-то из первоклашек слабо трепыхался в углу, зажатый здоровым парнем, но к нему уже спешили на выручку.
— Зачем это развлечение? Ведь все старшие знают насколько это все на самом деле опасно, — выдохнул Санада, наконец, замечая парочку в коже. — В предыдущие годы было проще, но в этом могли бы и отложить вечеринку. До более спокойных дней.
— Я верю старшим. У всего этого должен быть смысл, — Матей слабо охнул и прислонился спиной к плечу Санады, мотая головой. Поплыло вдруг пространство перед глазами, задрожало. Звуки на секунду отступили на задний план. Изображение пропало и вернулось, но что-то уже было совсем другим. Матей зажмурился, сжался и вскинулся, когда в стороне кто-то слабо вскрикнул. Анжей? Преодолевая разливающуюся по телу тяжесть, он оглянулся, и ощутимо вздрогнул, еще успев заметить оседающего на пол Рому и ловящего его Айвена.
— Что за хрень? — Александр осторожно усадил на стул в уголке бессознательного первогодку-оператора и поймал за руку скользнувшего мимо Дейма.
Тот только скрипнул зубами и метнулся в сторону, ловя еще одного потерявшего сознание. Вскинул на руки, огляделся и зашипел, выхватывая взглядом то тут, то там потерявших сознание первоклашек. И планары словно сошли с ума. Он чувствовал это, даже находясь в своей реальности.
— Где Арестов?!
— Где-то здесь, — Лемешев оглянулся. Второй курс держался. Третий… хреново. Кое-кого не по-детски так колбасило. Базовый планар пошел рябью, смешиваясь со слоем реальности. То и дело местами прорывались в реальность словно блестящие нити мишуры. Вероятности? — Черт… что происходит?
Чуть в стороне обнаружился Гейр. Занятый Гейр. Обеими руками поддерживающий студентов. Третьекурсника-француза и первоклашку-немца. Очаровательная картинка.
— Планары… — выдохнул Дейм, пытаясь понять, что происходит. — Посмотри сам, их словно затягивает. Они словно и там и здесь одновременно.
— Да какого ж черта?! — Александр и сам краешком заглянул на первый уровень и с чертыханием вынырнул. — Блядство!!! — Если бы преподаватель мог себе позволить сесть и расплакаться, господин Лемешев Александр Владимирович именно так бы и поступил. Вот только подобное поведение никак не вязалось ни с моральным, ни с волевым обликом преподавателя ИСТ.
Так, Саша-Сашенька… нехуй раскисать, бери себя в руки, маленькая находчивая задница… Давай же… Думай, мать твою!..
— Дейм, нам надо собрать всех еще не обморочных и экранировать их. Нахер отрезать от планаров. Мы это можем, мы это учили когда-то. Ты мне поможешь? Я сам не потяну. Пуп развяжется. А с тобой мы сделаем кластер стабильности. Арестову все меньше работы…