Крик в полном молчании. Наизнанку (СИ)

— Никак. Просто поверь или не верь… Это уже тебе решать. А мне пора ехать по делам.
Она оплатила счёт, встала изо стола и выжидающе посмотрела на меня.
— Я посижу ещё.
Женщина кивнула и направилась прочь.
— Как тебя зовут хоть?
Она снова заулыбалась и на мгновение задумалась:
— Думаю, ты ещё узнаешь это, хотя ладно, раз спрашиваешь — Валерия.
Я пересмотрела много уроков по дизайну, стала посещать курсы, вчера съехала от Норы. Теперь я очень счастлива. Валерия, которую я больше и не видела в этом месяце, действительно ничего не сказала главному, за что спасибо ей.
А Лев Аркадьевич, и без того, цепляется ко мне по любому поводу.
В данный момент появилась ещё одна проблема…
Завтра меня должны официально устроить в штат, но мне нет даже восемнадцати и об этом никто не знает.
Думаю, можно что-то придумать.
«Может, паспорт подделать, или сказать, что я его потеряла, но, чёрт, от вранья тошнит уже».
С Катей мы очень сдружились. Она забавная, но дотошная слегка. Дима остался на уровне хорошего коллеги; просто так вышло, что я нравлюсь ему. А мне, отношения не нужны, тем более серьёзные и особенно на работе.
Мама не звонит, не пишет. Братья тоже, но адрес я им сбросила, вдруг захотят приехать в гости.
— Утро доброе, Вандал!
Это Катя. Ей я рассказала о своём возрасте, и вообще о том, как я всё сумела тут приукрасить.
— Привет, и мне не смешно! Скажи лучше, чего мне делать?
— А что тебе делать? Ты сидишь уже в приёмной. Лев щас будет тебя убивать, а я ему помогу спрятать тело. Он, к тому же, сегодня дёргался весь, после того как его посетила Строгач.
— Это ещё кто?
— Она основатель этого бизнеса и заправляет даже Лёвушкой…
— Она? Это женщина что-ли? — хотела бы я на неё взглянуть.
— Да.
— Ты её видела? Пожилая, строгая бабуля с металлической плёткой?
— Ну не особо. Ей вроде сорок три года. И нет, я её не видела. Её никто не видит, только те, кого к ней вызывают за серьёзные нарушения.
«Надеюсь, это не буду я… Ну вот, подбодрила подруга ещё одним тираном».
— Ванда! Заходи с документами.
Лев Аркадьевич, как всегда, сидел за своим столом и смотрел на меня сквозь очки.
— Давай документы.
Протягиваю трясущимися руками то, что у меня есть, и густо краснею.
Лев Аркадьевич долго смотрит мой паспорт, аттестат, который не нужно было брать по идее, и мечет в меня молнии.
— Ты несовершеннолетняя? Ты понимаешь, что ты сделала? — не скрывает своей улыбки.
— Уволила себя?
Мужчина похлопал в ладоши и соскочил со своего места:
— Соображаешь ты быстро, надо сказать. Пойдём-ка, прогуляемся.
— К Строгач?
«Ну, естественно, блин, есть ещё варианты казни?!»
— Я вижу, ты уже осведомлена и наслышана, — небрежно сгребает мои документы в охапку и хватает меня за руку, больно сдавливая запястье.
Катя, которая ждала меня возле его кабинета, только проводила нас взглядом, с офигевшим лицом.
Он стучит в кабинет «Строгач В.С.», и как только мы слышим тихое «войдите», Лев Аркадьевич буквально кидает меня в её кабинет и вваливается сам. Я смотрю в пол и продолжаю стоять на пороге.
— Валерия Сергеевна, смотрите, что я принёс. Вам стоит взглянуть сюда сейчас же.
«Валерия… Это шутка?»
Я поднимаю голову и вижу ту, кого я хотела бы видеть где угодно, но не здесь и не сейчас.
Пока она пытается посмотреть всё, чем тычет ей в лицо Лев Аркадьевич, я стою и вспоминаю, как я себя с ней вела, и думаю, что это отвратительно.
«Господи, прости, за что ты так со мной?!»
Конечно же, я не слышала и не слушала, о чём они говорили, но сейчас мне дико неуютно. Лев Аркадьевич уходит, а я остаюсь на беседу с ней.
«Боюсь, это не будет приятным диалогом двух коллег. Это будет загнанная в угол мышь и хищная кошка».
— Присаживайся, Ванда, очевидно, нам есть о чём поговорить.
На её лице нет эмоций.
«Лучше бы она злилась или сказала: «Не беда, разберёмся», но нет же, блин…»
Я села напротив её стола и молчу. Внутренняя дрожь. Она тоже молчит.
«Вероятно, мне слово?»
 
— Простите … — это всё, на что хватает моего сиплого голоса.
— А вот и субординация, я думала, ты с этим понятием не знакома вообще, — медленно листает она мои документы. — Сколько тебе?
— Восемнадцать через месяц.
Присвистнула и продолжает смотреть то в паспорт, то на меня.
— Совсем взрослая. Умудрилась обвести вокруг пальца нескольких человек сразу. Что чувствуешь при этом?
Молчу.
«Ничего не чувствую. Страх только от неё и всё».
— Ванда?
— Простите меня за всё. Я не знала…
— О чём? О последствиях лжи? — голос её заметно стал твёрже.
— Я не знала кто вы… — начинаю плакать. Непроизвольно швыркаю носом и краснею.
— И не узнала бы, если бы не попала в мой кабинет. Ванда, выходя из моего кабинета, люди забирают свои вещи и идут домой. Как правило, с плохими воспоминаниями и настроением. Тебе вообще нужна работа?
— Да, очень нужна! Просите всё, что угодно, я всё сделаю, только не увольняйте меня, пожалуйста.
Плачу навзрыд, а Валерия Сергеевна даже не дёрнула бровью. Она только оценивала меня, рассматривала, старалась уловить каждую деталь.
— Тогда я предлагаю тебе три варианта. Подумай на досуге.
— Какие?
Я дрожу, а у неё даже тон голоса такой же твёрдый и с нажимом.
— Либо ты платишь штраф в размере двадцати тысяч долларов, как вариант, бесплатно работаешь, пока не погасишь штраф. Либо ты пишешь заявление по собственному желанию, и я даю тебе хорошие рекомендации в дальнейшем. И третий вариант — это просто секс, о котором нужно будет сразу же забыть. Думаю, первые два варианта очень даже ничего и достаточно лояльны. Что скажешь?
Я поперхнулась воздухом.
«Мне же не послышалось это?»
— С кем?
Исподлобья смотрю, как она улыбается.
— Ты здесь кого-то ещё видишь?
— С вами? Вы мне предлагаете переспать с вами? Мне же нет восемнадцати лет, и я девушка! — разозлилась я.
«Это просто жесть. Как она может… Я для неё ребёнок ещё, и мы обе женщины. Это недопустимо».
— Зато тебе есть шестнадцать, и вообще, почему ты так завелась? Это не единственный выход.
Я уставилась в одну точку…
— На этом всё, Ванда, можешь идти домой, — будто насмехается она надо мной.
— Я же работаю сегодня.
— Считай это отгулом, тоже в качестве наказания. Когда придёшь на работу, сообщи о варианте, который тебе ближе…
Выйдя из кабинета Строгач, я на ватных ногах поплелась домой. Даже про Катю забыла, которая ждала меня возле кабинета Льва.
У меня два дня на раздумия.
«Как я буду платить за квартиру, если буду бесплатно работать, судя по сумме не один месяц… К Норе не вернусь, домой тем более.
Увольняться я тоже не могу и не хочу, только нашла работу. И она такими трудами мне досталась. А секс с ней — это вообще капец! Я что, проститутка какая-то? Спать с начальством, тем более с женщиной, ради карьеры. Да я целоваться не умею, какой секс к чёрту? Что мне делать? Как вариант, она просто блефует и запугивает меня, но рискнуть и взять её на понт — тоже рискованно. Попробовать попроситься пожить к Кате и работать бесплатно?! На сколько меня хватит?.. А что, если Катя спросит, где все мои деньги, я же не могу сесть ей на шею? Мы не так близки. Твою мать!!! Я грёбаный неудачник и снова должна лгать? Почему? Как это всё распутать, раз и навсегда?..»
Пролетело два дня. Вариант с увольнением я отбросила сразу и склонялась к тому, чтобы платить штраф… Гнетёт, что даже посоветоваться не могу ни с кем.
«Сама эту кашу заварила, сама и расхлёбываю теперь».
Строгач не подавала признаков жизни весь день, и по окончанию рабочего дня я сочла нужным зайти в её кабинет и сообщить о решении.
— Здравствуйте! — заглядываю в кабинет.