Шаги Пришествия (СИ)

Тэйн отступил назад, оглядываясь в поисках какой-нибудь палки, чтобы с ее помощью сбросить камни с Круга; не найдя, принялся со страхом наблюдать, что произойдет дальше. Прямо на его глазах Круг Власти полыхнул огненным столбом высотою в два человеческих роста, а затем пламя опало так же неожиданно, как и появилось. Ройг опасливо приблизился. Оба камня лежали на краю Круга в целости и сохранности. Он протянул руку и неожиданно обнаружил, что они почти остыли. Тогда он снял их с поверхности, потрогал гладкий, чуть теплый круг, отнес артефакты подальше и снова поднялся на глыбу.
Опасаясь, что Круг окончательно потерял свои свойства, он закрыл глаза, но возрождающий силы приток энергии нахлынул в точности, как и раньше, и он спрыгнул на землю, чувствуя себя заново рожденным — обычное ощущение после Круга. Постояв рядом, вернулся и принес артефакты, решив повторить эксперимент. Положил сначала один, затем второй камешек, подождал реакции, но ни артефакты, ни Круг и не думали меняться. Он стоял долго, насколько хватило терпения, потом взял их в руки, поднялся на край глыбы, готовый бросить их и отскочить, как только они начнут нагреваться, но так ничего и не дождался. Разочарованный, он вздохнул, сунул камни в другой карман и, собираясь возвращаться в харран, оглянулся на Круг. И только тут заметил едва различимую перемену. Серой поволоки на Круге больше не было — он снова стал чист и прозрачен, как и раньше, гладкая поверхность заблестела, отражая плывущие по небу мелкие облака-перышки.
Вот оно как, сказал Ройг сам себе, вытащил камни и уставился на них с восторженным изумлением. А островитяне-то не врали. Эти вещички действительно имеют ценность. И какую…
В голове сразу же вспыхнул целый рой предположений и вопросов, и, обдумывая их, он отправился обратно в харран, чтобы переодеться — не ходить же с дырой в штанах… Сразу после обеда он собирался наведаться в местное святилище девяти богов.
С точки зрения столичного иллара местное святилище казалось крохотным. С трех сторон к нему были пристроены кихты — здешние хижины, сложенные из крупных, неправильной формы валунов, крыши которых были выложены разноцветными глиняными черепками. Кихты стояли здесь еще с древнейших времен, Тэйн сразу понял это по кладке и раствору, соединявшему камни. Секрет этого темно-зеленого вещества был давно утерян; стены Риан Ал Джара держались на этой же сверхпрочной смеси, расколоть которую не смогло ни время, ни многочисленные осады.
Харраны на добрых две трети состояли из старых кихтов, и еще множество каменных каркасов без крыш и дверей в стороне от поселений пустовали. В каждом из них имелись высокие, до потолка, столбы хэльда Тепло и хэльд Очаг на кухне — три матово-черных круга, которые нагревались, когда на них что-нибудь ставили. К сожалению, старые дома-кихты в Риалларе почти не сохранились, и только в самых дальних илломайнских деревнях еще можно было найти жилища, целиком зависящие от древней магии. Глядя, как хозяин кихта, в котором обитали они с Реком, заботливо полирует светильники кусочком кожи, Тэйн подумал с завистью, что с удовольствием поселился бы в таком доме. Все под рукой, и ходить никуда не надо.
В одном из кихтов рядом со святилищем была устроена конюшня для арритов. Там он и нашел местного иллара, который, похоже, только что вернулся с прогулки. По рассказам местных, тот регулярно объезжал окресные кихты, чтобы узнать, не требуется ли где-нибудь его помощь.
Иллара он застал за весьма прозаической работой — чисткой аррита. На парне — а он был едва старше Ройга — были только домотканая жилетка с кистями понизу да брюки, и Тэйн, по привычке отыскивая на руке клеймо, поначалу решил, что ошибся. Спросив, как найти иллара, он получил ответ, что видит оного перед собой, и едва удержался от взволновавшего его вопроса — а где же традиционное для всех илларов клеймо? Руки парня были чисты, ни татуировок, ни вживленных под кожу камней… Вкратце объяснив, как он оказался в Ард Элларе, Тэйн попросил разрешения воспользоваться хэльдом Окно. Молодой иллар смутился и, проводив гостя в другой кихт, где он предложил ему присесть и перекусить, заговорил:
 
— К сожалению, некоторые хэльды у нас почему-то отказали… В том числе и этот. Вам придется добраться до другого святилища, там хэльд Окно пока что работает. Я могу дать вам аррита…
Тэйн кивнул.
— Это беда всего Наземного мира, а не только ваша. Видели бы вы, что творится в Майре, — ответил он.
— Слышал, — кивнул молодой иллар. — До меня дошли обрывки рассказа вашего спутника, — улыбнулся он. Потом заметил, что Ройг все еще пытается отыскать глазами клеймо и ответил. — У меня его нет. Я учился не на Острове.
— Не на Острове? — изумился Тэйн. — Где же тогда?
— Здесь, в Ард Элларе. В Очаге Солнца сохранились некоторые книги Кэлленара, и у нас существует своя собственная школа кэн-ли. Поэтому у нас нет клейм — ни один из наших илларов никогда не покидает пределов Ард Эллара.
Потрясенный Ройг молчал. Потом, глядя на коллегу слегка безумными от волнения глазами, пробормотал:
— Почему же никто на Телларе об этом не знает? Почему вы молчите? Это же… выход. Своя школа… Да будь у нас своя школа, искусство бы сейчас не умирало… и Остров был бы не нужен!
Парень покачал головой.
— Островные колдуны бы нас уничтожили. Зачем им конкуренция? Мы делаем все, чтобы скрыть нашу школу даже от остального мира. Вообще-то я обязан сообщить в Очаг Солнца, что вы узнали нашу тайну… Обычно они находят чужаков и делают с ними то же самое, что делают островитяне со всеми, кто возвращается на Теллар — запирают воспоминания. Или убивают.
Тэйн вспомнил рассказы Кимра об Ард Элларе, и медленно кивнул. Замкнутое, консервативно-традиционное общество, жестко закрытое от остальных, весьма ревностно охраняющее свои границы и свои тайны. Неудивительно…
— Значит, вы говорите, хэльд Окно не действует, — вернулся он к тому, что привело его сюда. — Можно взглянуть?
Молодой иллар повел его в святилище, показал галерею хэльдов и сам остановился в дверях, ожидая, что Ройг, разочаровавшись, вернется и продолжит разговор. Тэйн подошел к хэльду Окно, нарисовал перед его лазурной поверхностью урд-знак и стал ждать реакции. Если хэльд отказал, поверхность так и останется неподвижно-голубой, если же нет…
Каменный овал хэльда мигнул, слабо засветился и отразил расплывчатую фигуру иллара, стоящего у дверей.
Тэйн улыбнулся.
— Работает.
— Вчера еще молчал, — пробормотал иллар недоуменно. — Ничего не понимаю, — он стал оглядывать хэльды так, будто ожидал от них подвоха. — Как отказал с самого начала сезона Ветров, так ведь и стоял… — он направился к другому хэльду, почти в самом конце галереи. — Хэльд Погода тоже молчал.
Они оба приблизились к матово-белому каменному цветку, в чашечке которого стояла вода. Иллар протянул к нему руки, Тэйн услышал и увидел длинную цепочку урда, полыхнувшую зеленым; сам бы он ограничился всего двумя урд-знаками, воспроизводимыми мысленно и одним инициирующим жестом. Он взглянул на воду еще до того, как парень закончил. Гладкая поверхность воды подернулась рябью, потом рябь прошла, появилось ясное чистое небо, яркое солнце, по поверхности снова заплескались волны, а края цветочной чаши стали на ощупь холодными, как лед. Холодно, солнечно, ветрено — вот что означали картинки в чаше. Иллар заглянул туда, погладил края цветка и, покачивая головой, отошел назад.
— Совсем ничего не понимаю, — буркнул он. — Этот не работал еще с Пробуждения. — Надо будет связаться со школой.
Он поспешно вышел, оставив Ройга наедине с хэльдом Окно. Тэйн представил Джерхейна и инициировал хэльд. Матовая голубая поверхность ожила быстрее, чем обычно, словно давно ожидала команды. Ройг увидел скромную деревянную кровать, на которой лежал его друг, укрытый одеялом до подбородка. Глаза его были закрыты, грудь медленно поднималась и опускалась. Он спал, даже похрапывал немного. Признаков болезни Ройг не заметил.