Мастер карнавала

— Правда?
— Вернее, я тоже задействован. И если они найдут что-нибудь относящееся непосредственно к убийству, то обязательно поставят меня в известность. Но я не сомневаюсь в том, что дело там гораздо масштабнее. Судя по тому, что для расследования создали межведомственную группу БКА, речь идет о тандеме Молоков — Витренко.
— Я хорошо знаком с ним. Особенно с Василем Витренко. Наши пути пересекались.
— В самом деле? — Шольц удивленно вскинул брови. — Судя по разговорам, это далеко не безопасно.
Фабель мрачно улыбнулся. Он не знал, насколько Шольц был в курсе его противостояния с Витренко, и не хотел привлекать его внимание к Марии. Во всяком случае, пока.
— А та женщина, с которой разговаривала жертва… — Фабель снова сделал вид, что просто проявляет праздное любопытство. — Ну, та самая, виденная свидетелем за пару дней до убийства. Вы говорили, что она была похожа на представителя власти. Из полиции или иммиграционной службы. Удалось что-нибудь выяснить?
— В том-то и дело, что нет! Мы до сих пор не можем найти никаких следов. Видимо, она просто производила такое впечатление чисто внешне.
— Наверное… — протянул Фабель, отхлебывая пиво и наблюдая за выражением лица Шольца, пока тот раскладывал на столике папки с бумагами. — Вероятно, это просто совпадение…
— Ну, не знаю… Во всяком случае, оперативная группа БКА сбилась с ног, пытаясь разыскать ее. И просила меня помочь.
  
11
 
Доктор легко нашел вену на ее еще не остывшем после состязания теле. Затем сестра проводила ее до туалета и ждала около двери кабинки, пока та не вынесла ей мочу для анализа. Все это время Андреа старалась держаться как можно дружелюбнее, но искренности в этом было ничуть не больше, чем в широкой улыбке, не сходившей с ее лица, когда она выступала на подиуме. Она даже пошутила с суровой на вид маленькой медсестрой, хотя на самом деле чувствовала отвращение и ненависть при виде дряблой кожи ее лица и бесформенного тела.
Врач ей тоже не понравился. Он оказался заносчивым и неулыбчивым мужчинкой, сухо велевшим ей протянуть руку, явно демонстрируя нежелание общаться.
— А когда я получу результаты? — спросила Андреа с улыбкой, хотя ее единственным желанием было открутить ему голову.
— Никаких результатов вы не получите. Они будут направлены в оргкомитет, а тот уже проинформирует вас. Но я предоставлю в ваше распоряжение половину взятых на анализ образцов, если вы вдруг захотите провести независимую экспертизу и оспорить наше заключение.
Андреа с трудом удержалась, чтобы не заехать ему в личико кулачком.
— Оспаривать будет нечего.
Доктор встал и убрал в чемоданчик медицинские инструменты.
— Дорогая леди, я врач и делаю анализы для оргкомитетов самых разных спортивных организаций. И вот что я вам скажу. Абсолютным и непреложным медицинским фактом — заметьте, фактом, а не мнением — является то, что наличие мышечной гипертрофии указывает на весьма высокое содержание в организме мужских гормонов. Ваш пример в этом смысле особенно показателен. Женщины могут нарастить мышечную массу через тренировки под нагрузкой, но в гораздо меньшей степени, чем у вас. Только мужчины способны развить такую мускулатуру, не прибегая к запрещенным препаратам. Но даже и они в среднем возрасте теряют способность наращивать рельефную мышечную массу так, как могли в молодости. Почему? Да потому что уровень тестостерона начинает снижаться. Тестостерона, фрау Сэндоу, производимого в нужном количестве только организмами молодых мужчин. И у мужчин его уровень в десять раз выше, чем у женщин.
— Вы обвиняете меня в мошенничестве? — Улыбка сползла с ее лица, а скулы напряглись.
— Я никого ни в чем не обвиняю, а всего лишь констатирую медицинский факт. Вы не могли бы добиться такого телосложения без принятия значительного количества тестостерона. А наш анализ всего лишь покажет, каково его содержание в настоящий момент и достаточно ли его, чтобы тест был положительным. Но я не сомневаюсь, что вам это отлично известно и, готовясь к соревнованиям, вы это учли и приняли меры.
 
Андреа резко поднялась, чувствуя, что задыхается от гнева. Доктор невозмутимо поднялся и закрыл свой чемоданчик.
— Высокий уровень раздражительности и всплески ярости являются обычным побочным эффектом, фрау Сэндоу. — Он оглядел ее с ног до головы. — И должен отметить, что ваше здоровье оставляет желать много лучшего. Судя по запаху изо рта, перхоти и воспаленной оболочке глаз, ваш организм сильно обезвожен. Пожалуйста, послушайтесь совета врача: пейте как можно больше.
Андреа выпрямилась во весь рост, втянула живот и поиграла мышцами.
— И вы полагаете, что это признак нездоровья? — усмехнулась она.
— Если честно, то — да. Вы уже нанесли большой ущерб своим внутренним органам. Одному Богу известно, как пагубно на вашей печени и почках сказалось регулярное обезвоживание. Думаю, фрау Сэндоу, что вы принимали стероиды, содержащие тестостерон. Но, судя по выраженной васкулярности, — он показал на ее набухшие кровеносные сосуды на предплечьях и бицепсах, — вы, наверное, решили, что вас не поймают на использовании болденона. К сожалению, вынужден вас разочаровать: болденон полностью распадается только за шесть месяцев.
— Но вы не знаете одного, — криво усмехнулась Андреа. — Мои познания в физиологии человека намного превосходят ваши представления о них. Повторяю: ваши анализы ничего не покажут. А если я в прошлом и принимала стероиды, так что из этого? Это не запрещено! Это часть нашей подготовки, как диета с повышенным содержанием белка.
Врач и медсестра направились к выходу. У двери доктор Габриэль повернулся и печально покачал головой:
— Вы позорите имя своего однофамильца, фрау Сэндоу. И я искренне надеюсь, что выдающийся атлет Юджин Сэндоу не был вашим родственником. Он видел смысл этого спорта в возрождении духа классического атлетизма. В достижении гармонии и красоты. В рельефности, но не вычурности. А вы и вам подобные превратили великий вид спорта в шоу уродцев. Как я уже говорил, о результатах анализов вас проинформирует оргкомитет.
Андреа осталась наедине с Максин, обнявшей ее за мощные плечи.
— Дорогая, не обращай внимания, — сказала она по-английски. — С анализами наверняка все будет в порядке. Но я так и не поняла, что этот старикан хотел сказать.
— Ничего, — ответила Андреа и улыбнулась. — Не бери в голову. Давай-ка лучше отправимся в город и отпразднуем.
Но она чувствовала, как в ней продолжает бушевать ярость. Она подумала о невзрачном маленьком докторе и, главное, об этой жалкой безропотной медсестре, хранившей укоризненное молчание. Они были так уверены в себе, но не знали, что имеют дело не только с сильной, но и весьма сообразительной особой. Анализы ничего не покажут.
Сегодняшний вечер они проведут с Максин в городе. Но скоро, очень скоро она даст выход своему гневу.
  
12
 
Когда Шольц снова вышел на кухню, чтобы взять себе еще пива и приготовить своему гостю кофе, Фабель разложил на столике фотографии обеих жертв, сделанные до убийства и после.
— Перед отъездом я разговаривал с одним антропологом, — громко начал он, желая, чтобы его было слышно на кухне. — Он изучает, как изменялось понятие женской красоты на протяжении веков. Не то, что объективно является красивым, а то, что мы считаем красивым. Так вот: обе женщины полностью соответствуют канонам красоты определенного периода истории. Фигура слегка аморфовидной формы, хрупкая верхняя половина тела при полноватых бедрах и животе. Это считалось идеалом женской красоты накануне Первой мировой войны. Затем наступило время девиц, похожих на мальчиков, потом «песочных часов» с осиной талией и, наконец, худышек.
— И что? — Шольц вышел из кухни и передал Фабелю чашку с кофе.
— У этих женщин фигура не соответствовала современной моде. И они пытались что-то с этим поделать. — Фабель начал перелистывать папку с материалами.