Парень в шагающем саркофаге (СИ)

Вечером произошел еще один штурм французской колонии. Французы на этот раз отбились вполне успешно, потеряв одного и убив шестерых. Арабы поспешно ретировались к своим багги и укатили.
Но когда французы высунулись, чтобы осмотреть трупы, то обнаружили, что все это — белые мужчины европейской наружности. Одного узнали в лицо — итальянский химик, специалист по переработке материалов. Его проверили на предмет веры, то есть заглянули в штаны, и он оказался обрезанным. Всех остальных проверять не стали: и так ясно, что сдавшихся мужчин арабы обращают в ислам, а затем всех или часть отправляют доказывать верность новой вере на поле боя.
Как раз в этот момент по группе, которая осматривала трупы, открыла огонь пара снайперов, сидевших в засаде, и французы потеряли еще четверых. Итоговый результат стал совсем плачевным: пять французов за ноль арабов, поскольку вместо себя фанатики подставили пленников.
Рано утром состоялось еще одно совещание: стало понятно, что перспективы «натовского блока» чрезвычайно печальны и выиграть войну своими силами им не удастся. Французы в осаде и скоро начнут голодать, британцы и американцы тоже под ударом и уступают в мобильности, а отряд индонезийцев погоды не сделает, потому что они тоже инженеры и ученые.
Попытались уговорить индусов, но их лидер ответил просто:
— У нас недостаточно оружия. Мы не смогли взять много, и половину уже отдали индонезийцам. Сейчас работаем над созданием самозарядных дробовиков и патронов, ну и мин, и укрепляем нашу колонию. У нас нет возможности послать на помощь ни одного человека.
— Если мы проиграем войну в ближайшее время — вы не успеете сделать оружие и укрепиться, вас просто возьмут голыми руками.
Индус вздохнул.
— У нас расчет на то, что мы останемся последней незавоеванной колонией. Принять ислам не самый худший вариант, если на этом джихад закончится. Это первый вариант. Есть и второй. Мы расширяем производство еды, и если вы проиграете — сможете присоединиться к нам, принеся с собой в том числе и ваше оружие. Сейчас ваше слабое место — необходимость оборонять сразу четыре колонии, которые еще и удалены друг от друга. Собравшись вместе, вы станете сильнее. Рассмотрите вариант с оставлением двух колоний.
— Мы уже обсуждали это, — ответил британец. — Тоже не вариант, потому что ущерб будет слишком велик. В этом случае нас обгонят китайцы. Поймите, если европейский блок падет — всех остальных ждет либо ислам, либо китайский коммунизм. Причем китайцы хуже арабов: арабы признают вас своими, если вы примете ислам, а вот китайцами вам не стать, китайцы, вообще-то, не очень хорошо относятся к не-китайцам. Более того, китайцы могут выступить в любой момент, и тогда нам вовсе придется воевать на два фронта. Поймите: остаться в стороне от войны не выйдет. Здесь есть две силы, которые жаждут мирового господства — ислам и коммунизм. С ними не получится ни сосуществовать, ни договориться. Кто не хочет ни религиозного государства, ни коммунизма — должен вступить в борьбу чем раньше, тем лучше.
— Есть и иной вариант, — вступил в диалог японец, — правда, не у всех. Мы и германцы предвидели похожий сценарий и потому основали колонии в пока что неприступных местах. Нам, находясь высоко в горах, куда никто пока не сможет забраться, не резон отправлять наших людей на войну, в которой у них нет шансов. Пока вы будете воевать с китайцами и арабами, мы выиграем гонку вооружения и впоследствии сможем уничтожить и тех, и других. У нас уже есть договоренность с бразильцами, они готовятся при необходимости переселяться к нам. Вам, конечно, придется несладко, но планета, вообще-то, большая, есть где прятаться. Выживете как-нибудь. Другой вопрос, что потеряв колонии, вы станете никем. И это хорошо, пускай на Авроре все сложится как-то иначе, без американцев, бритов и французов как доминирующей силы.
— Циничный ты кусок…
— Ах, американцы такие американцы. Я не стану отвечать вам оскорблением на оскорбление. Поймите правильно, вам как отдельным людям мы очень сочувствуем, но умирать за вас в вашей войне не хотим. Мы проиграли две войны — с нас хватит. Настала пора и вам разок проиграть. Ну или выиграть, но страшной ценой. У вас все еще есть шансы. Во-первых, совершенно правильно сказано, что вы можете усилиться, если не будете распылять свои силы. Да, вы потеряете пару колоний и все, что там есть, бывает. Но вы не выбираете между большим ущербом и маленьким — вы выбираете между большим ущербом и полной катастрофой. Бросайте лишние колонии. И людей вы потеряете, иначе никак не получится. Печально, но лучше пусть умирают ваши люди, а не наши. Это ведь не мы стали причиной религиозного экстремизма. А если долго продержитесь — через пару месяцев мы начнем производить ударные дроны в большом количестве и сможем подсобить вам оружием. Не беспокойтесь, войну выиграем мы. Просто вы, американцы, впервые в истории станете победителями не задаром, а заплатив за это справедливую цену. В первой мировой вы выиграли, хотя потери понесли французы и русские. Во второй вы снова выиграли легко, тогда как море крови пролила вся Европа. А тут — простите, но не вечно же вам чужой кровью войны выигрывать. Можем, чтобы вам было легче, приютить на время ваших детей. Ну или индусам отдайте.
 
— Насчет дронов особо не обольщайтесь, — вмешался я. — У арабов есть привезенные с Земли средства РЭБ, и дроны против них не так эффективны, как хотелось бы.
— Все равно лучше дронами, чем если инженер будет в поле драться с элитным солдатом. Да, и еще, мы тут транспорт тоже готовим, через несколько дней пришлем вам, чтоб вам легче было силы перебрасывать. В общем, с нас толку больше будет на производстве, чем на войне.
И тут мне в голову поступило сообщение от искина.
«Замечено движение. Китайцы выдвигаются из ближней к индонезийцам колонии целой автоколонной».
Ну, началось.
* * *
Китайскую экспедицию дрон срисовал с близкого расстояния, меньше километра. Они проезжали аккуратвозле скалы, на которой мой «карлсон» сидел, так что я получил очень качественные разведданные.
Китайцы выдвинулись на пятнадцати машинах — все сплошь грузовики. Очень похожи на тот, первый, который я несколькими атаками не смог вывести из строя, но уже покруче немного. Впрочем, именно что немного: китайцы сделали ставку на количество, а не качество. Колеса у них цельнометаллические, судя по всему — с грунтозацепами. По асфальту на таких не порассекаешь, но на Авроре пока нет асфальтированных дорог, а по мягкому грунту, в который могут впиться грунтозацепы, в самый раз. Все машины с открытыми кузовами и одноместными водительскими кабинами, в кузовах по восемь-девять человек и немного припасов — по паре ящиков. Короче, собрались ребятушки в быстрый победоносный поход. Все сплошь мужчины, все сплошь вооружены. Получается сто сорок или сто пятьдесят мужчин, это больше, чем есть в одной колонии. Заранее перебросили силы, все понятно.
План атаки у меня есть: у китайцев только две дороги. Одна — через болотце, по которому порой бродят крупные звери, не бараноиды, а другие, чуть поменьше. Другая — через горное ущелье, узкое и извилистое. У меня и там и там есть разведчики и точка подзарядки, и оба места находятся в пределах радиуса полета дрономатки, если та вылетает от дозарядника.
Ну что ж, ждем.
Расстояние между колониями неблизкое — триста с чем-то километров, а грузовики ползут едва двадцать. То есть, ехать целые сутки, они тут двенадцать часов всего лишь, и еще часть ночи. Получится, что атака будет перед рассветом или сразу на рассвете.
И ущелье, и болото — в сотне с гаком километров от китайской колонии, чуть меньше полутора сотен. Это значит — время моей атаки будет тоже на рассвете, все отлично: ночью я бы не смог, так как сделанные мною дроны имеют очень примитивную оптику, видит ночью только разведчик, так как разведчики у меня с Земли.
Тем временем я разведал итальянскую колонию и обнаружил, что там хозяйничают арабы, а некоторые работы снаружи выполняют женщины под присмотром вооруженной охраны. Да, фанатики уже захватили одну колонию, ее оборудование и женщин. У них все плюс-минус по плану.