Первая кровь
— Может, зря вы его отпустили, герр Сандлер? — произнес Вовка. — Сволочь он первостатейная!
— Пусть живет, — ответил Михаэль, — авось когда-нибудь и пригодится. К чему бездумно мертвяков плодить? Ладно еще когда по необходимости… А так…
— Можно же было его в управу, — не сдавался Путилов, не испытывавший к полицаям ничего, кроме ненависти.
— Тогда проще его было на месте пристрелить — меньше б мучился. В гестапо еще те коновалы работают! Пусть живет… Так, Незнанский, дуй в управу: объяснишь дежурному, что да как. Пусть телегу с собой захватят — трупы вывозить. И мухой давай — чего-то устал я сегодня…
* * *— Der Schule! Stillgestanden! — Роберт Кранц одобрительно пробежался по стройным рядам курсантов «Псарни», выстроенных на плацу. — Обергефрайтер Путилофф!
— Ich!
— Zu mir!
— Zu Befehl! — Вовка, чеканя шаг, вышел из строя и замер перед старшим мастером-наставником.
— За проявленные мужество и личный героизм! — четко и с расстановкой произнес Кранц. — За спасение от неминуемой гибели старшего по званию, офицера вермахта! За преданность интересам Рейха… — Старший мастер-наставник сделал небольшую паузу: — Обергефрайтер Вольф Путилофф награждается «Знаком за храбрость» второй степени с мечами! [72]
Подошедший к Вовке начальник школы оберстлёйтнант Нойман продемонстрировал мальчишке лежащую в коробочке восьмилучевую серебристую звезду. В центре медали располагался диск, украшенный растительным орнаментом и лежащий поверх двух перекрещивающихся мечей. К верхнему лучу звезды крепилось кольцо для темно-зеленой ленты. Нойман вытащил награду из шкатулки и торжественно закрепил ее на Вовкиной груди.
— Служи фатерлянду достойно, пес! — напыщенно произнес офицер. — Зиг хайль!
— Зиг хайль! — заученно вскинул руку мальчишка, не зная, гордиться или презирать себя за полученную награду.
Глава 9
07.10.1948
Рейхскомиссариат «Украина».
«Псарня» — первый детский военизированный интернат для неполноценных.
С наступлением первых холодов забот у мальчишек поприбавилось: в первых числах октября по соседству с «Псарней» расположился учебный танковый полигон. Руководство решило, что пришла пора приучать малолетних псов взаимодействовать с тяжелой боевой техникой. Так сказать, натаскивать на звук выстрелов, чтобы не пугались грозного вида бронированных зверей: устаревших «Тигров», «Рысей» и «Пантер», а также более современных «Львов» и «Медведей». Поначалу все казалось мальчишкам интересной игрой: ну кто в их возрасте не мечтал прокатиться на больших бронированных машинах, оснащенных пушками и пулеметами? Однако очарование могучей техникой быстро сошло на нет — начались тяжелые будни, заполненные непосильной работой. Танкисты быстро вкусили все прелести использования дармовой рабочей силы и принялись, с молчаливого одобрения начальства, нещадно эксплуатировать малолетних унтерменшей. Мальчишки таскали неподъемные детали находящихся в ремонте машин, отмывали от грязи и натирали едва ли не до зеркального блеска закопченные двигатели, стирали танкистам промасленные робы, чистили сапоги и ботинки. Помимо этого, они под неусыпным надзором мастеров-наставников рыли на полигоне окопы и строили противотанковые укрепления. Спасало одно — не успевшая как следует промерзнуть земля поддавалась заточенному металлу саперных лопаток. Примерно через месяц, к несказанному облегчению псов, «ознакомительно-подготовительный период», названный мальчишками «кроваво-мозольным», закончился. Курсанты с плохо скрываемой радостью вернулись к заброшенным занятиям. К обязательным дисциплинам добавился еще один курс — «Тактика взаимодействия танков и пехоты. Методы противодействия танкам противника». К большому разочарованию начальника школы Ноймана, в среде танкистов не нашлось никого, способного сносно изъясняться по-русски. Поэтому новую дисциплину было поручено вести мастерам-наставникам, бывшим ветеранам «Восточной кампании».
— Итак, что же такое — танк? — необычно начал занятие по новой дисциплине мастер-наставник Сандлер. — Вы достаточно долго ошивались на полигоне, чтобы прийти к какому-то мнению. Разрешаю отвечать с места, не вставая. Ну смелее!
— Пушка на колесах!
— Бронированная машина!
— Боевая самоходная единица! — наперебой выкрикивали курсанты.
— Ну что ж, неплохо! — улыбнулся Михаэль, взмахом руки прекращая гомон в классе. — С этим худо-бедно вы разобрались: танк — это передвижная бронированная огневая точка. Теперь давайте разберемся с основной задачей, которую должен выполнять танк, — предложил он. — Ну я внимательно слушаю ваши версии.
— Ездить!
— Стрелять!
— Ездить и стрелять! — вновь загомонили мальчишки.
— Мне все понятно! — Сандлер вновь властно взмахнул рукой — в учебном классе мгновенно воцарилась гробовая тишина. Сандлер за полгода прекрасно вышколил свой взвод — нарываться на неприятности никому не хотелось. — Ну-с, негусто! Придется мне… Записывайте и запоминайте: основной задачей танков в бою является уничтожение живой силы и огневых средств противника. Также одной из основных задач танка является поддержка пехоты. Мобильная и собственно огневая. Уяснили?
— Яволь, герр Сандлер! — заученно гаркнули курсанты.
— Хех, я рад это слышать, — ответил мастер-наставник. — На следующем занятии мы проверим, насколько хорошо вы это уяснили… — Он пробежался глазами по рядам псов, замечая, как мрачнеют некоторые лица. — Но вернемся к нашим баранам… То есть к танку, — заметив непонимающие взгляды мальчишек, пояснил он. — Исходя из общей философии наземного боя, какими качествами должен обладать танк? Ну есть у кого-нибудь дельные мысли?
Курсанты затихли: свои немногочисленные знания о бронированных машинах они уже успели озвучить.
— Ну? Смелее! Неужели всё? — безответно вопрошал Сандлер. — Тогда давайте подойдем к этому вопросу с другой стороны: какие слабые места вы можете назвать…
— У танка? — не сдержавшись, удивленно протянул курсант Печкин. — Какие у такой железной махины могут быть слабые места?
— У танка, Печкин, есть слабые места! И знание этих слабостей позволяет успешно бороться с танками противника. Ну что: никто ничего так мне и не скажет? Неужели это так сложно?
— Да не видно в нем ничего, — произнес Вовка, — я внутрь залезал… И как только в нем ездят?
— Вот, молодец, что заметил! — довольно воскликнул Михаэль. — Ограниченность обзора — слабость машины! Танк слеповат, и храбрый пехотинец всегда уловит момент, чтобы выстрелить по нему! Следовательно — танк должен быть неуязвим от огня оружия, имеющегося в распоряжении стрелков. Иначе это не танк: свою пехоту от потерь он прикрыть не сможет и для победы в бою ничего не даст. Вот для этого и необходима крепкая броня! Чем еще, кроме брони и пушки, должен быть оборудован танк?
— Пулеметом! — первым выпалил Печкин.
— Правильно! — согласился Сандлер. — Не зря Печкин на полигоне месяц куковал. Танк должен иметь оружие, с помощью которого удобно уничтожать пехотинцев противника. Это понятно, иначе он не сможет удержать стрелков противника от огня по своей пехоте. Такой танк тоже не исполнит своего предназначения, и тоже будет не нужен. Итак, худо-бедно, с танками разобрались — для начала хватит. Теперь давайте разберемся, как с ними бороться. Кто мне может сказать, что нужно сделать, чтобы вывести из строя танк и его экипаж?
— Вмазать по нему из пушки!
— Бомбу с самолета сбросить!
— Гранатой его, гранатой!
— Дорогу заминировать! — словно с цепи сорвались мальчишки.
— О, какие познания! — расхохотался Михаэль. — Подытожим: для того чтобы вывести из строя танк и его экипаж, нужно пробить его броню. Для этого существует два вида снарядов: первый вид — собственно бронебойные снаряды, которые, ударяясь снаружи о броню, пробивают её и сами влетают в заброневое пространство танка, ломая оборудование и убивая экипаж. Внутри танка бронебойные снаряды могут еще и разорваться, если в них помещен заряд взрывчатого вещества. Проломить таким образом броню — это очень сложно, поэтому бронебойный снаряд, подлетая к танку, должен иметь очень большую кинетическую энергию.