Пары из омелы (ЛП)

Мои солёные слёзы смешались с горячей струей душа, когда тяжесть свалилась с моих плеч, и я почувствовала облегчение.
К тому времени, как я вышла из душа, я была готова встретить этот день… и своего отца. Я быстро вытерлась и вышла из наполненной паром ванной, завернувшись в полотенце.
Стоя в спальне, я замерла. Что мне было надеть? Грязная одежда, в которой я была вчера вечером, всё ещё лежала внизу, и мне не хотелось расхаживать в полотенце перед стаей Эвергрин. Шарики для помадки, я даже не была уверена, что готова появиться в чем мать родила перед своими парами.
Я чуть не разрыдалась, когда заметила на кровати пару серых спортивных штанов и чёрную футболку. Ребята заранее предвидели мои потребности и приложили все усилия, чтобы найти мне что-нибудь чистое из одежды.
Натянув спортивные штаны, пахнущие Фростом, я туго завязала их и пару раз подвернула резинку, чтобы они не свисали с бёдер. Футболка была мне великовата, что неудивительно, поскольку запах подсказал мне, что она принадлежит Аспену. Я быстро завязала её узлом спереди, чтобы придать себе какое-то подобие фигуры, а не тролля, живущего под мостом.
Взглянув на своё отражение в зеркале, я не смогла сдержать улыбку. Я выглядела счастливой. Мои глаза сияли, а бледные щёки пылали. Длинные блестящие светлые волосы скрывали метку Коула. Я подняла руку, намереваясь откинуть волосы назад, чтобы показать отметину нашим гостям, но передумала. Возможно, было бы разумнее сначала подождать и посмотреть, как пройдёт встреча.
Я спустилась вниз и увидела, что Коул, Фрост и Аспен расслабленно сидят на огромном темном кожаном диване. Прямо напротив моих пар сидел бета Эвергрин, который сверлил меня свирепым взглядом… и мой отец.
Моё сердце заколотилось, и я чуть не оступилась на лестнице, когда мой взгляд упал на старейшину оборотней, спокойно сидевшего в кресле у окна.
Альфа редко обращался к старейшине, и ещё реже старейшина приезжал лично, чтобы уладить спор. Обычно старейшины требовали, чтобы все участники пришли к ним. Тот факт, что мой отец действительно пригласил старейшину, показал, насколько отчаянно он хотел вернуть меня. Но почему? Неужели он зайдёт так далеко только из-за своей уязвленной гордости?
Старец повернул ко мне голову, и его губы растянулись в улыбке.
Моя рука, державшаяся за полированные перила, дрожала, когда я преодолевала последние две ступеньки. Думаю, мы были близки к тому, чтобы это выяснить.
  
Глава 10
 
Кэнди
— А вот и она, — произнёс Коул с холодной официальностью, выражение его лица было скучающим. — Дорогая, у нас гости.
Меня пронзила грусть, и я поборола желание утащить Коула обратно в спальню, отчаянно желая увидеть, как тепло возвращается в его глаза.
Потянувшись, Коул поймал меня за руку и усадил к себе на колени. Его руки обвились вокруг моей талии, прижимая моё тело к своей груди. Коул положил подбородок мне на плечо и глубоко вдохнул, втягивая в лёгкие мой запах и не пытаясь его скрыть.
Одобрение, также известное как публичное проявление чувств, от альфы Бримстоун, было неожиданным… но, о, таким желанным. Повернувшись, я потёрлась щекой о его щёку, прежде чем расслабиться в его объятиях. Я удовлетворенно вздохнула, успокаивающее прикосновение моей пары быстро прогнало моё беспокойство.
— Серьёзно, Кэнди? Что на тебя нашло? Ты никогда не проявляла такого вопиющего неуважения, как сейчас.
В словах моего отца чувствовалось неодобрение.
— А кто ты такой, чтобы так с ней разговаривать? — требовательно спросил Аспен, наклоняясь вперёд с огнем в глазах.
Именно в этот момент я поняла, что забыла сообщить мужчинам одну очень важную деталь.
Я никогда не рассказывала им, кто был моим отцом.
— Эм, ребята… — начала я, но отец оборвал меня.
— Я её отец, и я буду говорить с ней, как мне заблагорассудится, — усмехнулся он Аспену.
Все трое мои пары уставились на меня, их глаза слегка расширились.
— Сюрприз? — пискнула я.
Фрост выглядел удивленным. Аспен казался смущённым. Лицо Коула утратило всякое выражение, не выдавая того, что он думал или чувствовал. Я надеялась, что Коул, возможно, уловил семейную связь через нашу новую мысленную связь, но, похоже, он не уловил этого пикантного момента. Что, если он подумает, что я обманом заставила его укусить меня? Возненавидит ли он меня после этого? Он, вероятно, пожалел, что пометил меня.
  
«Я не жалею, что отметил тебя. Я жалею только о том, что мне приходится развлекать гостей, вместо того чтобы провести день с тобой в постели. Мы поговорим об этом позже», — попытался успокоить меня Коул по мысленной связи.
Я не успела ответить, потому что Рэндольф вскочил с дивана.
— Кэнди, это неприемлемо. Я не собираюсь сидеть здесь и смотреть, как ты целуешься с волком-самцом, только чтобы вывести меня из себя. Посиди здесь, пока мы не будем готовы уходить, и, возможно, я прощу тебя за это.
Он указал на подушку рядом с собой, как будто я была непослушным щенком, которому нужно было показать, где сесть.
— Нет, Рэндольф. Я останусь здесь.
Было невероятно приятно сказать Рэндольфу «нет».
Я пережила годы, когда он игнорировал меня, затем издевался надо мной, а в последнее время обращался со мной так, словно я принадлежала ему. Все это время мой отец не обращал на это внимания и продолжал говорить мне, что Рэндольф — идеальная пара для меня.
Я села немного прямее. Никогда больше ни один из мужчин передо мной не заставит меня чувствовать себя хуже, чем сейчас.
«Это моя девочка», — похвалил Коул по мысленной связи. — «Ты сокровище, а они были слишком глупы, чтобы понять это».
Лицо Рэндольфа приобрело уродливый малиновый оттенок, и он открыл рот, но, прежде чем он успел заговорить, старейшина постучал тростью по полу. Всеобщее внимание обратилось к старшему волку.
— Что касается данного вопроса, — старейшина прочистил горло, — по закону, стая Эвергрин имеет право забрать Кэнди домой. Они пришли за ней через несколько часов после того, как она вторглась на территорию Бримстоун.
Волки Эвергрин ухмыльнулись, в то время как мои пары выразили протест.
Не обращая внимания на реакцию мужчин, старейшина продолжил.
— Альфа Коул, ты проявил к ней милосердие и не казнил её. Однако это автоматически не даёт вам права удерживать её здесь, особенно когда её стая прямо заявила о своём желании вернуть её.
— А как насчёт того, чего хочу я? Вы знаете, как я оказалась здесь? — спросила я, расстроенная тем, что старейшины одобряют архаичный метод моего отца — найти мне пару.
Старейшина бросил на моего отца взгляд, полный отвращения.
— Да, я в курсе ситуации.
Он повернулся ко мне, внимательно изучая моё лицо.
— Есть много старых законов, которые остро нуждаются в изменении. Возможно, когда-нибудь найдётся альфа, готовый бросить вызов этим несправедливым законам. К сожалению, я должен выносить свои суждения, основываясь на законах в том виде, в каком они написаны. Ты должна быть возвращена своему отцу и стае.
На лице старейшины отразились жалость и печаль.
— У меня связаны руки.
Пришло время разыграть козырь. Я вызывающе вздёрнула подбородок.
— Я не брошу свои пары.
— Да, она нас не бросит, — добавил Аспен.
Руки Коула незаметно сжались вокруг меня, и на его скулах заиграл желвак.
— Твои кто? — возмущенно взревел мой отец, вскакивая на ноги. — Лучше бы тебе не позволять одному из этих бримстоунских волков ставить свою грязную метку на твоей шее!
Лицо моего отца из кроваво-красного приобрело багрово-баклажанный оттенок, а вены на его шее вздулись. Он никогда не проявлял ко мне привязанности, так что это показалось мне чрезмерной реакцией. Я знала, что он терпеть не мог, когда его маленькую игру портили, но разве он не должен был почувствовать облегчение от того, что я больше не была его проблемой?