Трюк (ЛП)

— У меня голова раскалывается.
— От сотрясения?
— От тебя.
— Ох. Ну, в таком случае, не стоит благодарности. Да ладно, я все исправлю.
Дэймон прищуривается.
— Что именно ты натворил?
Я не собираюсь рассказывать Дэймону о девственности Мэтта. Не такой уж я мудак.
— Предложил переспать.
— Ты невероятен.
— Спасибо.
— Это не комплимент.
— Насколько я понимаю, мы застряли друг с другом на ближайшие несколько месяцев. Можно и воспользоваться ситуацией.
— И ты мне еще говоришь, что он тебе не нравится, — усмехается Дэймон.
— Он нравится моему члену.
— Ну да, все знают, что твой член не отличается избирательностью.
— О, так, значит, ты можешь шутить надо мной, но когда это делаю я, это «самоуничижительно»?
— Ага. Точное определение. Может, тебе словарь купить? Я думал, ты колледж окончил.
Мы сканируем на контрольно-пропускном пункте ключ-карты от наших номеров, по которым можно отследить, кто покидает корабль по прибытии в порт.
— Где будут проходить съемки? — спрашиваю я.
— В полумиле дальше по берегу. Журнал арендовал там частную резиденцию.
Мы идем по пирсу и спускаемся на песчаный пляж. В этой части света солнце жарче, и я весь покрываюсь потом. Да и влажность жизнь не облегчает.
Рубашка сразу прилипает к спине, поэтому я снимаю ее и затыкаю за пояс.
— И как ты целых тридцать секунд продержался в проклятой рубашке? — ворчит Дэймон.
— Должен же я сделать этим людям хоть какой-то подарок. — Я указываю на свой пресс.
— На их месте я бы потребовал вернуть деньги.
Я толкаю Дэймона.
— Здесь печет, как в аду.
При виде семей и парочек на пляже, мне хочется, чтобы Мэтт тоже насладился солнцем, а не мучился на интервью.
— Они бы ушли без тебя? — спрашиваю я Дэймона. — Может, Мэтт сбежал.
— Я скинул Мэддоксу адрес и попросил по возможности доставить туда Мэтта.
— А что, телефоны здесь ловят?
Мой все еще выключен, валяется где-то в каюте. Прости, папа, но я пока никак не могу тебе перезвонить.
— Угу.
Словно по сигналу у Дэймона жужжит сообщение: «Предупреждаю: папарацци окружили резиденцию».
Я трясу головой.
— Это переходит все границы. Они что, последовали за ним на Бермуды?
Мы поворачиваем за угол и видим журналистов, столпившихся у ворот бунгало.
— Вообще-то, думаю, они здесь из-за тебя, — говорит Дэймон. — Наверное, нам следовало учесть политическую позицию твоего отца, когда сводили тебя с Мэттом.
Я и учел.
— Ага. Наверное.
Ухмылка Дэймона — отражение моей собственной.
— Ты ведь согласился, чтобы позлить старика, верно?
— Я? — я притворно ахаю. — Никогда бы так не поступил.
— Ври больше. Ну вот, пожалуйста. Получай свой звездный час.
Сейчас, когда я вот-вот испытаю то, к чему стремился, почему-то ожидаемого подъема не ощущаю. Чувствую себя дешевле, чем мальчик по вызову из убогого ночного клуба, где застукали Мэтта. Мои показушные эскапады, направленные против отца, кажутся ребячеством по сравнению с тем, что переживает Мэтт.
— Ты как? Выглядишь каким-то дерганым, но ведь это невозможно. Ты ведь сам Ноа Хантингтон, мать его, Третий!
— Я в порядке. Просто не ожидал, что эти журналюги и здесь появятся. Не представлял, на что они готовы, чтобы превратить жизнь Мэтта в ад.
Дэймон снова принимает самодовольный вид.
— Заткнись, — ворчу я и ускоряю шаг.
— Я ничего не говорил, — отвечает он, легко поспевая за мной. Еще бы, с такими длинными «экс-бейсболистскими» ногами. — И уж точно ничего о том, что ты втрескался в Мэтта.
Убейте меня.
Мы проходим через толпу, и я настораживаюсь, услышав среди выкриков имя Дэймона. Эти ребята хорошо подготовились. Когда-то Дэймон был довольно популярен — до того, как повредил плечо.
Оказавшись на безопасной территории, я поворачиваюсь к другу.
— Они явно в отчаянии, если разнюхивали про твою потрепанную пенсионерскую задницу.
— А вот и мой любимый Ноа, которого я ненавижу! Или ненавистный, которого люблю? Без разницы. Мне тебя не хватало целую минуту, пока ты там сох по Мэтту.
 
— Иди в жопу.
— Для этого у меня есть Мэддокс. Но спасибо за предложение.
Дэймон стучит в боковую дверь, и одна из ассистенток впускает нас внутрь.
— А, отлично, вот и второй, — бросает она и убегает.
— Иди, найди Мэтта и вымоли прощение на коленях, — велит Дэймон.
Я уже делаю шаг, когда он вдруг тянет меня назад.
— И не предлагай отсос в качестве извинения. Именно поэтому он на тебя и злится.
Не совсем, но Дэймон может верить, во что хочет.
— И, — он останавливает меня снова, — не буду напоминать, что это ваше первое испытание. Если вы его провалите, нам вообще ни о чем больше не придется беспокоиться. — Его голос становится тише: — Все должны поверить, что вы пара.
— Не дави.
Ассистентка вновь появляется, дерганая и взволнованная.
— Вот. — Она протягивает мне купальные шорты, больше похожие на трусы. — Гардеробная там.
Миниатюрная женщина тянет меня в сторону, и я шепчу Дэймону одними губами: «С тебя причитается».
В ответ он поднимает вверх большие пальцы. И почему я с ним вообще дружу? Ах, да, он один из очень немногих, кто мирится с моими заскоками.
Мэтт не смотрит на меня. Он стоит посреди спальни, широко расставив ноги и руки, пока какая-то женщина натирает его маслом. Как бы я ни старался не пожирать глазами его круглую задницу в узких микроскопических плавках, мне это не удается. По крайней мере, не я один вынужден носить эти идиотские трусы, однако удержать в них член будет той еще задачкой.
Мэтт по-прежнему избегает моего взгляда.
— Вы не оставите нас на минутку? — прошу я ассистенток.
Они смотрят друг на друга, потом на Мэтта, потом на меня и нехотя выходят за дверь.
— Мэтт…
— Не здесь, Ноа. — Он смотрит мне за спину — туда, где исчезли девушки.
Наверное, любой может нас подслушать. Я подхожу ближе и прижимаюсь к его спине.
— Прости.
— Ладно.
— Я серьезно. Мне правда жаль. Если ты еще не понял, мой язык работает быстрее мозга.
— Давай просто с этим покончим.
— Мир? — спрашиваю я.
В отражении зеркала я вижу, как Мэтт бросает взгляд на дверь, затем — на меня.
— Все в порядке. Детка. — Откинувшись назад, он целует меня в щеку, и на мгновение я теряюсь — слишком занят тем, что наслаждаюсь теплыми губами и ощущением бороды, царапающей мою кожу, но затем понимаю, что в дверях кто-то стоит.
Видимо, в надежде раздобыть сенсацию.
Я отступаю и даю девушке знак войти.
— Можете продолжать.
Спустя двадцать минут нас, натертых маслом и практически голых, выводят из дома. Деревянный настил окаймляет тропический бассейн с каменным водопадом и бамбуковыми шезлонгами.
Невысокая блондинка со стервозным выражением лица сверлит нас взглядом.
— Так приятно познакомиться с вами обоими. Мы надеялись сделать съемки на пляже, но вы, ребята, вызвали такой ажиотаж! Поэтому придется использовать бассейн.
Наверно, женщина переборщила с ботоксом, потому что мимика у нее практически отсутствует. Ее слова звучат дружелюбно, но лицо похоже на застывшую маску.
— Я Келли, буду брать у вас интервью, пока Ларс снимает.
Ларс, такой горячий ботаник, стоит за камерой, проверяя настройки, и коротко машет нам свободной рукой.
— Надеюсь, все в порядке? — интересуется Келли. — Одна из ассистенток сказала, что вы ссорились и приехали раздельно.
Мэтт оглядывается по сторонам в поисках Дэймона. По идее, агент должен вмешаться, если задают неудобные вопросы. Келли не объявляла, что интервью уже началось, но для большинства писак это не имеет значения. В их мире, если не предупредить о запрещенных темах, можно с уверенностью ожидать, что ваши слова могут и будут использованы против вас. Вряд ли она знает о нашем притворстве, ей просто хочется пустить сплетни по всему интернету.