Ад и Рай Евы (СИ)

— Зачем тебе это?
Голос прозвучал в голове, такой же, как и всегда, но интонации были чужими.
— Ты знаешь ответ.
— Тебе стоит ещё раз хорошенько подумать, прежде чем делать следующий шаг. Это будет опасно.
— Я знала, на что иду.
— Нет, не знала.
У этого голоса появились злые нотки, будто меня требовалось наказать за своеволие. Что ж, я ничего не могла поделать.
— Нет, ты всегда можешь отказаться. Шаг назад — и ты выйдешь из этого мира. Зачем тебе грехи этого мерзавца?
— Он теперь мой. И его грехи — теперь мои тоже.
— Какая же ты глупая девчонка! — на этот раз голос не скрывал презрения. Что ж, раз так, нам пока не о чем говорить, пора идти дальше.
Дно под ногами было неожиданно твёрдым, хоть и уклонным, так что мне не было страшно пробираться всё глубже. Странно, но после всех этих неудобных нарядов, было до безумия приятно просто оказаться голой, с распущенными волосами, без макияжа, без лака на ногтях. Я настолько расслабилась, что откинулась и легла на воду.
— Но ведь не на воду, и ты это знаешь, — ехидно хихикнул голос в голове.
— Ты хочешь меня этим смутить?
— Бойся своих желаний. Твоя сестра была красива, и в ней горело желание. Но и она не смогла утолить его голод. Думаешь, ты сможешь?
Я об этом не думала, я вообще тогда не могла думать: меня держала не вода, а несчётное количество сильных рук. И они постоянно шевелились, поглаживая меня, лаская, и потихоньку утягивая ко дну. Правда, тогда я этого не замечала, было слишком хорошо. Насколько я не любила тактильный контакт в жизни, настолько же я теперь наслаждалась прикосновениями.
— Кристина умерла, и ты заняла её место, незаслуженно. Вспомни, насколько она была красива. Вспомни её тело, ты ведь и сама любовалась им.
— Тебе не нравится моё тело? — в тон голосу, ехидно уточнила я, медленно соскальзывая с рук и нащупывая ступнями дно. — Так не смотри на него, оно не для тебя.
— Кристина, — на этот раз имя раздалось эхом, окружая меня. — Похоже, ты не просто украла её парня, заняла её место, но и напилась её молодости и красоты. Вспомни ваш первый день вместе. Вспомни, как ты на неё смотрела.
Голос явно хотел вызвать у меня застарелое чувство зависти и недовольства собой. Недостаточно хороша для того, чтобы меня любили, мной восхищались, чтобы такой мужчина, как Ян, мог обратить на меня внимание… Что ж, это была успешная тактика. Тело стало тяжелее, я неожиданно ощутила свой вес и то, как всё глубже ухожу в воду.
— Но теперь её нет. Может, ты была рада, когда наконец-то исчезла эта проблема? Больше никаких истерик, никаких сцен ревности и, самое главное, больше нет конкурентки, — подло нашёптывал голос.
— Если не она, то другие, — мягко ответила я, ступая на твёрдое дно. Было достаточно глубоко — вода плескалась возле подбородка, и мне следовало быть осторожней.
— Сможешь ли ты постоянно конкурировать? Всё время быть в напряжении, думать, не появится ли новая девушка…
— Я и не собираюсь об этом думать. Это не мои проблемы.
Ещё неделю назад я с удовольствием бы сбежала из этой квартиры, из-под заботливого, но тяжёлого крыла Яна. И была бы рада, если бы он переключился на кого-то другого. Или всё-таки не рада? Кукольное личико Алисы буквально вспыхнуло перед глазами и ослепило меня. Темнота вокруг после этого показалась мне ещё гуще и опаснее. Но хуже всего было не это: я как-то неловко дёрнулась и поскользнулась, окунувшись с головой в неприятно липкую жидкость, которую уже с трудом можно было назвать водой.
— Ну и кому мы врём? — довольно хихикнул голос. — В этом плане вы с Яном друг друга стоите: оба невероятные ревнивцы. Только вот он относится к тебе, как к слишком дорогой игрушке, а ты к нему — как к источнику твоей самооценки. Если найдётся другая — ты же этого не переживёшь.
В голосе прозвучало слишком много злорадства. Что ж, это было прямое попадание. Дух озера, а я уже не обманывала себя тем, что это могло быть моё второе Я, очень точно уловил мою слабость и сразу же воспользовался этим. Дно под ногами стало слишком скользким, противным, вязким, хотелось убрать ноги и никогда его больше не касаться, но и жидкость вокруг оказалась не приятнее. И чем больше я барахталась, тем глубже меня затягивало, и легко удерживаться на поверхности больше не получалось.
 
— Ты ведь и тогда ревновала. Уже догадалась, что Ян не просто так всё это для тебя устраивает, и злилась, что при этом он спит с Кристиной? Неужели ты не хотела его тогда?
И вот тут впервые я захлебнулась. Дно пропало из-под ног так резко, что я вскрикнула, попыталась удержаться на плаву, но ухнула с головой и от испуга хлебнула воды. Всё-таки на вкус это была вода, отвратительная, но всё-таки вода.
Я не особо понимала, что мне делать. Оправдываться? А есть ли смысл? Я и сама тогда, месяц назад, не до конца понимала, что происходит. Всё было так странно, события сменялись с изматывающей скоростью, я не успевала ни осознать их, ни принять. Неужели все они догнали меня теперь, здесь, в этом ужасном озере? И при этом Ян убеждал меня, что это испытание мне не нужно. Ну да, конечно.
Признаюсь, это я уже сейчас могу формулировать мысли во что-то более-менее внятное, тогда же я не думала, рациональная часть меня отказала слишком быстро, в чёрной воде барахтался маленький испуганный зверёк, пытавшийся выжить, не более. О духовном очищении и речи не шло, только бы выбраться, только бы нормально вздохнуть, только бы это поскорее закончилось!
Рыдать я начала сразу же, после первого глотка чёрной, тухлой воды. Время от времени меня выталкивало наверх, и я не просто откашливалась, но и мучительно рвала этой водой. И рыдала взахлёб. Боль, страх, отчаяние и бесконечное отвращение к себе и происходящему в моей жизни — вот что выходило из меня в тот момент вместе с водой и слезами. И оставляло после себя странное ощущение пустоты, почему-то приятной, будто я освобождала место для чего-то нового. Хорошего или плохого — пока неизвестно, главное, что нового.
Я даже сейчас не могу понять, сколько это длилось, просто в какой-то момент меня перестало полоскать и выбросило на поверхность. Измученная, опустошённая я лежала, не шевелясь, на спокойной воде. Голос был доволен.
— Какая же ты глупая девочка, мне даже немного тебя жаль. Он возьмёт от тебя всё и уничтожит. И ты сама это знаешь. Вот только откуда у тебя мысль, что это и есть твоё предназначение?
Я распахнула глаза, впервые увидела над собой небо, не просто чёрный купол, а ночное южное небо, правда, затянутое облаками. С одной стороны, мне сразу же стало спокойнее, но с другой, голос кольнул очень странным вопросом, и я задумалась.
— Я не знаю своего предназначения. Никто не знает.
— Не стоит быть столь категоричной. Ты же веришь в судьбу, веришь, что всё в этой жизни происходит не просто так. Так зачем ты встретилась с Яном? Он сам говорил, что искал тебя, не просто такую, как ты, а тебя. И он знает, зачем ты ему. А ты знаешь? Готова ли ты стать инструментом в его руках?
— У меня есть выбор?
На этот раз я поразила себя сама, без помощи Голоса. Странное ощущение, что всё уже решено, и ничего не изменить, оказалось таким тяжёлым, таким болезненным, разрывающим душу, будто там поселился ком ядовитых дерущихся змей. Я больше не могла лежать спокойно, повернулась, сгруппировалась, чтобы коснуться дна ногами, но вместо этого ухнула вниз настолько быстро, что ударилась копчиком. Воздух выбило из лёгких облачком пузыриков, но я не хотела подниматься. Мне всё это надоело. Хотелось, чтобы всё быстрее закончилось, хотелось вновь оказаться на набережной в Венеции, и будь что будет. Я ничего не могла изменить.
 
— И это всё? Бороться мы уже не будем? Ты же ещё не готова к… к тому, чего хочешь.
Снова издевательский тон, снова хлёсткие удары волн, непонятно откуда взявшихся в этом озере. Я не сразу поняла, что поранила ногу, когда меня очередной раз протащило потоком воды по дну. Боль пришла позже, когда чуть отступила паника, и я перестала захлёбываться. Теперь во мне клокотала ярость, и боль, пульсирующая в ноге, только подстёгивала её.