Ад и Рай Евы (СИ)

Если бы знал, то не спрашивал. Но я не хотела сболтнуть лишнего, так что решила на всякий случай только отвечать на его вопросы, а не болтать самой. Он и так всё узнает, не думаю, что от него можно что-либо скрыть.
— Давай начнём с важного для тебя. Как пообщались с мамой?
— По-разному. Но, пока она будет уверена, что в конце месяца я уволюсь и перееду в общежитие, у нас будут неплохие отношения.
— То есть ты продолжаешь ей лгать. Почему?
Я повернулась к нему и долго смотрела на удивительно красивое лицо. Удивительно холодное и надменное. Он обижен на меня и будет колоть шипами, пока я не извинюсь. Интересно, что будет, если и я буду вести себя так же? Заметил ли он, что я изменилась? Пусть немного, но изменилась. И обратно не вернусь. Прими меня или отпусти, третьего не дано.
— Ложь во благо. Мне кажется, вам хорошо знакомо это понятие.
Колкий вопросительный взгляд. Но промолчал, только чуть вздёрнул подбородок. Чем больше он злится, тем красивее становится. Очаровательная способность!
— Мама подарила мне это кольцо. Удивительно, как хорошо она меня знает, — я погладила змеек и едва не потянулась к подвеске, висевшей на простом шнурке. Я ещё не придумала, как буду её носить, чтобы она не привлекала внимания.
— Не только она, — с усмешкой заметил Ян. — Что тебе подарил Макс?
— Вот, — я положила на приборную панель руку так, чтобы было хорошо видно запястье. Макс подарил мне браслет буквально перед самолётом, но он был слишком символичным: на тонкой полоске белого золота расположилась выложенная бриллиантами восьмёрка, она же знак бесконечности. Выглядело скромно, но цену я боялась прикидывать.
— Почему бесконечность? Или это просто цифра восемь?
— Я не спрашивала. Пусть будет восемь, очень подходит к сегодняшнему числу.
Яну мой довольный голос не понравился: он повернулся ко мне с таким строгим видом, будто собирался отчитывать.
— Что ещё интересного подарили?
— Есть кое-что, но я покажу это в безопасном месте. Не знаю, насколько это сильная вещь.
— Достаточно сильная, чтобы я почувствовал её, едва вы приземлились. Зачем ты взяла это? — буквально процедил сквозь стиснутые зубы Ян, снова не отрываясь от дороги.
— Без вас здесь кое-что произошло. Хотя, нет, не так. Всё началось в тот вечер, когда вы оставили меня в беседке. Не стоило этого делать. Тогда пришли они и позвали к себе, и я не могла устоять.
— И заставила Макса идти к ним.
— Он выдержал и не пострадал. Так что всё прошло хорошо.
— Что же такого они смогли тебе дать, чего не дал я?
Интересный вопрос, я его оценила. И ту решимость, с которой Ян его задал. Эта его поездка оказалась полезной для нас двоих.
— Ощущения очень похожи, но разница есть: приятно чувствовать себя значимой как личность, а не только как довесок к вам. Вы очень стараетесь возвысить меня, и я это ценю, но духи дали мне ощущение внутренней силы.
Мы застряли в неожиданной пробке, чем и воспользовался Ян, чтобы взглянуть на меня. Чем-то мне это напомнило наш первый зрительный контакт с Максом на вокзале: Ян так же пытался прочесть меня, и я не сопротивлялась, мне нечего было от него скрывать, потому что я уже приняла решение.
— Я вижу, ты уже всё решила. Передо мной совсем не та растерянная девчонка, что была в беседке.
— Стоит признать, дни без вас пошли мне на пользу.
— Ты готова ответить мне сейчас?
— Не самая романтичная обстановка, не находите? — я засмеялась, откидываясь на спинку кресла. Почему-то ему было важно услышать это именно сейчас. Что ж, не буду томить. — Мой ответ «да». И вы только что увидели это в моих глазах, так что могли бы и не спрашивать.
— Я бы тебя поцеловал, но нужно ехать, — сказал Ян с улыбкой, и мы действительно смогли поехать дальше. Но такой реакции мне было недостаточно.
— У меня вопрос: почему именно сейчас? Мой ответ бы на что-то повлиял?
— Скажем так, кое-что могло повлиять на твой ответ. И я хотел разобраться заранее.
— Мне даже страшно представить, что же это могло бы быть?
— Увидишь. Пока мы едем, я должен спросить, не хочешь ли ты чего-то особенного в честь Дня рождения? Проси всё, что хочешь.
 
— Я пока ничего не хочу. Но, если что-то изменится, я сообщу.
— Лучше попросить, а не сообщать, — сказал Ян строго, но это не имело для меня значения, я уже привыкла к его требованиям.
Было ещё слишком рано для пробок, так что мы удивительно быстро приехали в центр города, и Ян остановился возле старинного дома на узкой улочке. Среди множества маленьких аккуратных вывесок возле массивной деревянной двери я не смогла уловить подсказку — Ян слишком быстро провёл меня внутрь.
— Какая-то ты напряжённая. О чём переживаешь?
— Оказалось, я не люблю сюрпризы.
Это было правдой. Я шла за Яном по переплетению коридоров и внимательно читала все вывески. Дом в центре города ожидаемо превратили в офисный центр, так что кого только здесь не было. Но, когда мы остановились перед кабинетом с вывеской «Нотариус», я действительно испугалась.
— Эм… Вот теперь я точно переживаю, — сказала я, напряжённо смеясь.
— Считай, что это проверка на доверие. Ты же не думаешь, что у меня есть причины тебя обманывать?
Вопрос был с подвохом, потому что ничего не мешало ему меня обмануть, но явно не в финансовом вопросе. Так что, хоть и с нервной улыбочкой, я всё же зашла в кабинет. Нотариус оказался седым мужчиной с уставшим взглядом, но, едва увидев Яна, он с неожиданной прытью вскочил для рукопожатия. Позже я неоднократно сталкивалась с этим человеком — он был ручным нотариусом Яна, и поэтому примчался бы в любое время и в любое место по первому же требованию.
— Борис Яковлевич, вы знаете, зачем мы пришли. У нас очень мало времени.
— Все документы в порядке. От девушки требуется лишь несколько подписей.
«Девушка» была в шоке. Подписывать что-либо у нотариуса мне не хотелось.
— Могу я спросить, что именно я должна подписать?
Нотариус скромно опустил взгляд, показывая, что его это не касается, а Ян мягко, но настойчиво усадил меня в кресло за стол, на котором уже были разложены документы, причём так хитро, чтобы я не видела «шапку».
— Сегодня у тебя День рождения, и я подготовил подарок. Так что не порть сюрприз, просто поставь подписи в отмеченных местах.
Слишком мягкий тон заставил меня фальшиво улыбнуться, рука чуть дрожала, но подписать документы я смогла.
— Прости, что пришлось везти тебя сюда, но иначе сюрприз бы не получился, — довольно усмехнулся Ян, помогая мне спускаться по скользким, истертым временем ступенькам.
Сколько можно было это повторять? В то время мне уже ничего не хотелось, только свернуться клубочком и спать. Солнце поднималось быстро и, когда мы вышли, на улице уже было по-летнему тепло. Золотые лучи пробивались сквозь густую листву лип и скользили «зайчиками» по старому потрескавшемуся тротуару. Мне до безумия нравились такие старые кварталы, приятно было представлять, как сто лет назад люди так же спешили по своим делам, проходя этими же улочками.
Я задумалась и не заметила, что к Яну подошёл молодой человек, и они чем-то обменялись.
— Ева, вынужден оторвать тебя от мечтаний, — Ян действительно вырвал меня из оцепенения, взяв за руку. — Вот и подарок.
Я не сразу поняла, что именно оказалось на моей ладони. Что-то чёрное и пластиковое, вот и всё. Ян заметил моё недоумение и засмеялся. Ещё больше я удивилась, когда поняла, что машина, на которой мы приехали, уезжает.
— Тебе нужно поспать, — Ян откровенно смеялся над моим видом. — Подарок слишком большой, чтобы его не заметить. Я не хотел брать для тебя такую большую машину, но твоя любовь к поршу слишком явная, так что…
 
Машину? Маленькое и чёрное приобрело осмысленный образ ключа, осталось только найти машину. На узкой улочке стояли буквально несколько машин, которые я видела, пока мы парковались, но вот голубую громаду порша кайен я бы ни за что не пропустила. И именно такая машина стояла напротив дома с нотариусом. Нежно-голубой металлик, Макс не зря спрашивал о моём любимом цвете.