"Фантастика 2024-8". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Сухири… Люди с Купола… Остановить… Много… Очень много… Над Рекой, как по зем…
В горле у него захлюпало, изо рта пошла кровь. Глаза закатились так, что стали видны белки, и незнакомец умер. Дарина отняла от него руки.
— Кто-нибудь из вас знает этого человека? — спросил Хадар у присутствующих.
Все молчали, глядя на мертвеца с суеверным ужасом. Его слова… такие странные и непонятные грозили разрушить их устоявшийся мир.
— Что у вас тут п`гоисхоит? — раздался со стороны городской стены голос Майера.
Люди, как один, обернулись. Майер шёл к ним в сопровождении Бренна, положив руку ему на плечо. Мира посмотрела на них с удивлением: вот уж не думала, что между этими двумя такие дружеские отношения.
— Наконец-то, — проворчал Хадар при виде Бренна.
Секретарь сдержанно улыбнулся, обвёл глазами толпу, даже не задержался на утыканном стрелами покойнике и остановился на Мире. В его широко открытых голубых глазах было какое-то странное выражение: словно Бренна только что разбудили, и он пока не понял, кто все эти люди и для чего они здесь. Мира беззвучно поздоровалась. Разговаривать, после случившегося, не было никакого желания.
В отличие от Бренна, Майер очень заинтересовался покойником. Тихо сказав что-то секретарю, Майер оставил его и подошёл к погибшему. Внимательно осмотрел его.
— Знаешь его? — спросил Хадар.
— Да, это Мун. Мы с ним сидели в одной каме`ге в Башне. После победы в своём ту`гни`ге[1] он уплыл в Сухи`ги, и больше я ничего о нём не слышал.
— В Сухири, значит, — повторил Хадар. — А стрелы такие раньше видел?
Хадар взялся за древко, выдернул стрелу из тела мертвеца и покрутил в пальцах.
— Нет, — ответил Майер. — Кто здесь ст`гелами пользуется? `Газве что дика`ги-лесные.
Хадар продолжал в задумчивости вертеть между пальцами стрелу.
— Прежде чем умереть, он нам тут интересные вещи рассказывал, — произнёс он. — Про людей с Купола. Ты разберись с этим. Что ещё за люди с Купола?
— Угу, — промычал Майер без особого энтузиазма.
— Вернусь, отчёт спрошу, — строго сказал Хадар, затем подумал и дружески обнял Майера, похлопал по спине.
— Давайте тут, внимательнее, — сказал он заму. После чего махнул рукой своим людям: — Ладно, снимаемся. И без того задержались дольше положенного.
Началась посадка в лодки. Мира огляделась в поисках Бренна и с удивлением увидела, что он уже сидит в одной из лодок, с отстранённым выражением глядя на реку. Его профиль чётко обрисовывался на фоне серого Купола. Всё же, странный он сегодня. Но додумать мысль Мире не дали: Хадар приказал пошевеливаться и, подгоняя их с Дариной словно овечек, заставил сесть в лодку — не ту, где был Бренн. Ещё раз взглянув на секретаря, Мира заметила, что рядом с ним стоит лодочник с уродливым лицом. Он несильно толкнул Бренна в плечо; секретарь поднял голову. Лодочник жестами показал, чтобы Бренн пересел. Молодой человек послушался, и Мира вновь отметила, что в каждом движении Бренна ощущается некоторая заторможенность, как будто, он очень хотел спать. Лодочник проводил его угрюмым взглядом, сел на вёсла.
Отплыли.
Обернувшись к берегу, Мира охватила взглядом небольшую группку оставшихся на берегу стражей, Майера и лежащего на земле покойника.
Что ждёт их посольство впереди? Как встретят лесные? Как сработает заклинание замещения и удастся ли спасти Тиреда? От этих мыслей голова шла кругом, а тут ещё этот жуткий, истыканный стрелами покойник. Люди с Купола. Про кого он говорил? Неужели на Сухири напали сами боги Закуполья? Но почему с таким примитивным оружием? И почему на Сухири, ведь это беднейший город. Тогда уж надо было нападать на Элсар. Тьфу, тьфу, тьфу, не дай бог.
…
Время от времени Мира украдкой поглядывала на Хадара. Элсар давно скрылся из вида, и вокруг простиралась бескрайняя Река, а Старший агент по-прежнему сидел на корме, в мрачной задумчивости рассматривая стрелу. Между бровями залегла глубокая морщина, от длинных по-женски пушистых ресниц на лицо легли тени. Хотела бы Мира проникнуть в его мысли, узнать, о чём он думает.
 
— Плохой знак, — вновь сказала, сидящая рядом с ней, Дарина.
— Прекрати причитать, — резче, чем хотела, бросила Мира. — Мы сами творим свою судьбу.
Она слышала эту фразу в каком-то фильме и сейчас слова пришлись к месту.
Дарина обиженно насупилась, ничего не ответила. Мире стало стыдно за свою резкость.
— Извини, — тихо сказала она и легонько дотронулась до ледяных пальцев магини. — И… спасибо, что выручила с умирающим. Я не успела выучить нужное заклинание.
Дарина бросила на неё косой взгляд, осторожно спросила:
— Как можно быть магиней, не зная заклинаний?
Понятно — думает, её обманывают. Бедная девочка привыкла только к одной магии и не представляет, что бывает какая-то другая. Стараясь, чтобы голос звучал убедительно, Мира сказала:
— Я приказываю вещам делать то, что мне нужно, и они делают. Но не надо спрашивать, как именно, иначе я, как та сороконожка, у которой спросили, почему она не запутывается в ногах, задумаюсь и упаду.
Дарина улыбнулась.
— Как это выглядит? — спросила она. — Можете показать?
Мира поморщилась:
— Не сейчас. Нужно…
Она увидела, как Бренн поднялся в полный рост. С его лица по-прежнему не сходило выражение какой-то потусторонней отстранённости.
— … соответствующее настроение, — закончила Мира свою мысль.
Лодки плыли друг за другом; та, в которой Бренн — следовала за ними. Встав на нос, Бренн неожиданно прыгнул в их лодку, прямо на сидящего на корме Хадара. В его руке тускло блеснул нож. Реакция Хадара была мгновенной: он увернулся от ножа, вскочил и воткнул стрелу в горло Бренну. Сам же перепрыгнул через сундуки с подарками, со свистом вытащил кинжал из ножен и приготовился к бою.
На стрелу Бренн обратил внимания не больше, чем на укус комара. Сломав торчащее с двух сторон шеи древко, он вновь бросился на Хадара.
«У него нет крови!» — подумала Мира, глядя на шею Бренна. Обломанное древко стрелы выглядывало из неё, словно из куска пластилина.
От ужаса у Миры отнялись ноги, и она была не в состоянии встать с лавки. Рядом, прижав руки к груди, на одной ноте визжала Дарина.
Наперерез Бренну кинулись двое стражей, попытались схватить его за руки. Первому он взмахом ножа рассёк горло и ударом ноги выбросил из лодки, как досадную помеху. Второго обхватил за голову, прижал к себе, будто родного; затем одним движением с сухим хрустом раздавил стражу голову. Каша из крови, костей и мозгов разлетелась в разные стороны. Бренн выпустил убитого, вытер окровавленные руки о штанины, переступил через дёргающееся в агонии тело и направился к Хадару. Лицо секретаря по-прежнему не покидало выражение безмятежности.
Лодочники побросали вёсла и выпрыгнули за борт, решив, что в Реке спокойнее. Тесная лодка раскачивалась, черпая бортами воду и грозясь опрокинуться. Стражи из охраны Хадара сгрудились на носу вместе с ним. Стража из второй лодки медлила, боясь, то если поспешат на выручку, то наверняка перевернут лодку.
Путь к Хадару загораживали большие сундуки. Бренн стал поднимать их одной рукой и, словно пушинки, выбрасывать из лодки прямо на людей в воде. Река наполнилась криками раненых.
Хадар бросил короткий взгляд на девушек и приказал:
— Держитесь за мной.
Его голос привёл Миру в чувство. Она поняла, что тоже должна сражаться. Обхватив взглядом один из сундуков, подняла его в воздух и швырнула в Бренна. Тот отбил сундук локтём, и он улетел в реку, будто игрушечный.
— Рубите ему голову! Иначе его не убить! — неожиданно крикнул изуродованный лодочник голосом Гая.
Он перепрыгнул в их лодку, обхватил Бренна сзади и всадил нож ему в спину. Кукр покосился на лодочника через плечо, как на досадливое недоразумение. Сделал попытку стряхнуть с себя, но лодочник вцепился в его шею мёртвой хваткой. Бренн протянул руку, взял лодочника за нижнюю челюсть, потянул. Неожиданно покрытая уродливыми шрамами кожа слезла с лица лодочника, и в руках кукра осталась маска. Это в самом деле оказался Гай.