Сладкая булочка и одно желание (СИ)

Ведьмочка насупилась.
— Как бы ты не оттягивала неизбежное, я все равно узнаю, что было во флаконе, — Финист усмехнулся.
— Нормальное зелье было, нормальное! — огрызнулась Энжи.
— Я прошу прощения, но зелье ведь проверялось, — робко вклинился тролль.
— Допустим, и что с того? — заинтересовался Инспектор.
— Я просто предполагаю, вдруг повлияла формулировка желания Лукерьи? Я не имею ввиду, что Лукерья сделала что-то не так, но может быть… — продолжил Тэмми, сильно нервничая.
— Не продолжай, я понял. А ты, — мужчина повернулся к ведьме. — Продолжай. Сотрудники мне нужны живыми, здоровыми и желательно в человеческом облике.
— А что, редкий вид жаб не интересует? Могли бы французскую кухню бахнуть, — язвительно заметила Энжи.
— Ты-то бахнешь, не только кухне не повезет, — кивнул Инспектор, оглядываясь на Лукерью, которая вовсю успокаивала себя готовкой. Ей требовалось время, чтобы переосмыслить все, что с ней случилось. Жабы нервно квакнули, оглядываясь по сторонам, будто желали дать деру.
Инспектор подошел к девушке, глядя как она замешивает тесто. Лукерья всегда любила готовить и делала это с душой. Ее движения были точными и уверенными, каждое прикосновение рук к тесту показывало, что она не просто выполняет ритуальное действие, а вкладывает в это свою душу. Финист наблюдал за ней в тишине, его глаза скользили по каждому движению ее пальцев, по изящным линиям ее силуэта. Он не мог оторваться от этого зрелища, словно волшебного шоу, где девушка была ведущей.
Взаимодействуя с тестом, Лукерья переливала свои эмоции, свои мысли, свою любовь в каждый шарик, в каждую булочку. Это было удивительно, как она умела создавать кулинарное произведение и одновременно быть его частью.
Инспектор, не в силах держаться на расстоянии, приблизился к девушке, его лицо выражало восхищение и восхищение.
— Вы настоящая волшебница, графиня Лукерья, — сказал он, и голос его прозвучал нежно и искренне.
Девушка подняла на него взгляд, ее глаза были полны радости и удовлетворения.
— Благодарю, Инспектор, — ответила она, и в ее голосе чувствовалась гордость и счастье. Лукерья знала, что ее старания и ее душевное вложение были замечены и оценены.
Инспектор улыбнулся и положил руку на ее плечо.
— Продолжайте готовить с душой, моя дорогая, — сказал он, и в этот момент они стали командой. Душа девушки и душа Финиста слились вместе, создавая истинное произведение искусства на кухне.
— Удивительно, как легко я приняла свое прошлое. Я ведь действительно родилась в богатой семье, могла получить хорошее наследство…и вот, я на кухне, — девушка мило улыбнулась.
— Вы не жалеете? — Инспектор склонил голову набок.
— Не знаю. Я вспомнила свою жизнь и…богатство не приносило мне счастья. Скорее обязанность и ответственность. А брак с Горским запер меня в особняке. Мне нельзя было заниматься тем, что мне нравится. Со мной совершенно не считались, а потом… — она вздрогнула, вспомнив, что Князь хотел от нее избавиться. — Что же пошло не так?
— Охотно напомню, — Финист усмехнулся. — Я был против вашего брака и, как ни странно, мы проводили с вами много времени в приватных беседах. Вы часто рассказывали мне о своем желании распоряжаться собственным наследством, открыть булочную и быть ближе к простому народу. Однако, ваше положение в обществе не позволяло этого сделать. И я предложил вам бежать, — он замолчал, будто вспомнив нечто неприятное.
— Последовал отказ? — понимающе предположила Лукерья.
— Вы были слишком ответственны. Я не знаю, что конкретно толкнуло вас впоследствии передумать. Вы приехали ко мне ночью, в слезах и просили увезти. Мы договорились о времени и месте, однако утром за завтраком с Горским все поменялось. К тому времени, он планировал избавиться от нас обоих, отравив зельем одной знакомой ведьмы, — Инспектор усмехнулся, переведя взгляд на Энжи, которая все еще «химичила».
— И мы перенеслись?
— Именно. Я в Москву, где меня нашли. А вы, спустя временную петлю в Штрудельбург. Еще спустя некоторое время появилась и Энжи, которой просто аукнулась собственная магия. Так мы вновь и встретились.
 
— Как вы нашли Горского? — Лукерья вытерла руки о передник, отвлекаясь от готовки.
— Он попадал под подозрения нашего подразделения. И, как и вы, хватило одного взгляда, чтобы частично что-то вспомнить. Так я и начал искать все ниточки.
— И что дальше? Вы его… — она запнулась, боясь проговорить это страшное слово. Несомненно, Лукерье хотелось, чтобы Горский ответил за свои грехи, но смертная казнь была бы слишком, по мнению девушки.
— Самосуд или же передача Королю. Всего два варианта.
— Вы сторонник первого варианта, как я полагаю?
— Лукерья…когда вы выпили зелье исполняющее желание, что вы загадали? — вдруг сменил тему Инспектор, пристально глядя в глаза девушке.
— Я… — она запнулась.
— Я был честен с вами. И хочу в ответ услышать правду, — мягко напомнил мужчина.
Она вздохнула, глубоко в душе надеясь, что Финист не разочаруется в ее ответе.
***
Энжи вздохнула. Опять ничего не получилось. Теперь у огромных жаб выросли хвосты, а кожа покрылась странными чешуйками.
Энжи стояла перед большими медными котлами, наполненными таинственной смесью. Ее глаза были полны решимости, а руки — трепетали от предвкушения. Все эти месяцы она изучала древние заклинания и экспериментировала с различными ингредиентами, надеясь разыскать эффективный противоядие для жаб.
Она наблюдала, как хвосты этих маленьких существ постепенно вырастали, становясь все длиннее, а кожа покрывалась странными чешуйками, делая их облик еще более необычным. Энжи не могла оставить их в таком состоянии — она была убеждена, что это необходимо преодолеть и восстановить нормальное состояние этих животных — надежда на возвращение сотрудников к человеческому виду угасала с каждой минутой.
Ведьмочка огляделась по сторонам, убедившись, что никто не наблюдает за ее экспериментом и не будет болтать под руку. Энжи впустила немного своей магии в котел, а состав зашевелился.
Она прошептала очередное заклинание, быстро размешивая свои чарующие ингредиенты.
Жабы ощутили наступающие изменения внутри себя и замерли, словно ожидая всеми фибрами того самого момента, надеясь, что вскоре смогут встать на две ноги и выпить кофе с вкусными пирожными от Лукерьи.
Энжи закрыла глаза и сосредоточилась на своих волшебных способностях. Ее руки словно подчинялись заклинанию, и она начала изображать в воздухе мудрые символы и жесты, чтобы направить энергию в нужное русло. Она могла почувствовать, как ее магическая сила проникает в тела жаб, освобождая их от зловещей метаморфозы.
Мгновение, которое показалось вечностью, прошло, и Энжи наконец открыла глаза. Жабы спокойно сидели в котле, их хвосты пропали, а кожа стала гладкой и блестящей, словно она никогда не покрывалась чешуйками.
Энжи не могла поверить своим глазам — хотя бы один ее эксперимент удался! Сердце наполнилось радостью и гордостью. Она знала, что это только первая победа, а впереди еще много работы.
Ведьмочка закрыла глаза, сосредоточившись на том, как энергия проходит через ее тело и соединяется с энергией жабок. Она почувствовала поток волшебных сил, наполняющих ее, готовых устранить заклинание, которое превратило жабок в их текущую форму.
— Я свободна от страха и сомнений, — прошептала Энжи, входя в состояние гармонии. — Я привыкаю к своей магии и использую ее для добра, для помощи другим. Подчиняйтесь моей воле, жабки, и возвращайтесь к своему истинному облику.
Внезапно, котел начал наполняться магическим светом. Изумленно открыв глаза, Энжи увидела, как две маленькие жабки превращаются в двух Инспекторов. Они с удивлением ощупывали себя, будто не верили, что вернулись в человеческий облик.
Графонян бросился к зеркалу, стоящим в углу, чтобы лишний раз убедиться, что от жабы ничего не осталось.
Ястреб же тихо плакал, радуясь возвращению. Он теперь понимал, почему у Финиста такой скверный характер — одно столкновение с Энжи чего стоит.