Дадли. Не сыграть ли нам в… (СИ)

— Тогда я еду с вами.
Я только и мог, что сделать жест рукалицо. Столько подготовки и близкого общения, но только стоило прозвучать имени директора, как Гарри бежит к нему, виляя хвостиком. Я попробовал его образумить, когда помогал ему собирать вещи, но уже по тону понял, что мне его не переубедить. Он надеялся узнать последние новости и быть на передовой событий. Я ему это еще припомню в школе, так как ему вряд ли что-то скажут, но сейчас мне нужно было отступить.
Дождавшись когда вернуться родители, кузен попрощался с ними. Мать была вся в слезах, не желая отпускать ребенка неизвестно куда, но проявить эмоции она позволила себе, только когда Люпин вышел на улицу. Слезы тоже не помогли в уговорах остаться и, не желая доводить дело до скандала, нам пришлось отпустить парня. По демаскирующему сигналу выпущенных искр, процессия двинулась в путь, а мы, проводив их взглядом, вернулись домой.
  
Глава 20
 
Я ясное дело не мог отпустить кузена одного, поэтому в этот раз, с родителями расположившись в гостиной, вывел на телевизор изображение с камеры.
— Мам, помнишь, на турнире были экраны, показывающие испытания чемпионов? Так вот одна такая камера сейчас следит за нашим Гарри.
Переключив спектр наблюдения, я показал скрытого до этого кузена, летящего на метле.
— Дорогой, тебе дали попользоваться этим изобретением за то, что хорошо руководил съемками?
— Хех, это я дам им посмотреть на мои камеры. Эта же модель намного лучше и другие ее не видят.
— Камера что, невидимая?
Спросил отец.
— Да, ее не видят, как обычные люди, так и волшебники.
— Дадличек, а ты с помощью камер, не подсматриваешь за девочками?
Хотел называется похвастаться, а мать сразу же подумала обо мне плохо, хорошо еще что отец не поднял большой палец в знак одобрения.
— Мам, ну я же знакомил тебя со своей девушкой. Зачем мне смотреть на других, когда она может стать кем угодно? К тому же мне больше никто и не нужен.
Если честно мне иногда хотелось подсмотреть за другими, но приходилось сдерживать самого себя. Вообще англичане со своей охотой на ведьм убили всех местных красавиц, а для подсматривания за девушками из-за границы нужно было приложить больше усилий. Лень, сдерживание себя и разрядка с девушками, не позволили мне до сих пор заняться вуаризмом и надеюсь не придется.
Я вскоре ушел к себе в комнату, а настроенная камера продолжала, как приклеенная лететь за кузеном. Родители все время путешествия просидели перед телевизором, и только убедившись, что Гарри благополучно добрался до нового дома, занялись своими делами. Взятый у снитча искусственный интеллект позволил моим камерам быть почти автономными. Они летали за выбранным объектом и при этом избегали контактов с препятствиями и людьми. Вот только программа сбивалась, если летающий глаз отдалиться от объекта наблюдения на большое расстояние и просто зависнет на месте.
Не имея доступа к дому Блэков, орден расположился в одном из домов бывшего члена ордена. Дом, рассчитанный на одну семью, хоть и находился на отшибе, но плохо подходил для больших собраний и поэтому рядом с ним расположились палатки, в которых должны были спать все приезжие гости. Кроме членов ордена, сюда переехало почти все семейство Уизли, чьи дети скрасили пребывание ребенка среди взрослых.
Среди присутствующих не было доброго крестного, поэтому о делах ордена никто не стал рассказывать Гарри. Люпин, как друг его отца, мог бы заступиться за парня и поделиться информацией, но в нем жил не гордый волк, а его подобие, поэтому он даже и не думал поднимать тему про просвещение молодежи. Раз Дамблдор сказал всем молчать, так и нужно делать.
Близнецы как промежуточное звено между взрослыми и детьми, хорошо встретили приезд кузена, а после снова закрылись у себя в купленной палатке. Обещанный ими месяц уже прошел, а результата так и не было. Поняв, что не успевают изготовить сладости, они вплотную засели за эксперименты и никакой воскресший темный лорд не мог им помещать выполнить заказ и получить больше денег.
 
Снейп еще не заслужил прощение и продолжал шпионить для нас, сливая в орден вроде бы случайно брошенные слова или увиденные им события. Чтобы никто не догадался, что все это спектакль, мы иногда напоминали через метку, что Северус еще находиться под присмотром и получает наказания за плохую информацию. Особенно сильно всех путало то, что некоторые пожиратели стали делать добрые дела или жертвовать деньги приютам.
Мне вот интересно, на какой день Гарри пожалел, что не остался дома, а уехал в гости и все это время занимался только уборкой. Вроде все там волшебники и посвятив час времени вместо собрания, они могли вычистить дом до блеска, но предпочли переложить это на чужие плечи и оставаться жить в грязи. К тому же такое ощущение, что гости наоборот приносили в дом больше грязи, чем успевало убираться за весь день.
За день до слушания, мне позвонил Люциус и сообщил, что время и место должны были измениться, но никому пока об этом не сообщили и только с Малфоем Фадж поделился этой информацией, во время спонсорского визита. Министр знал, что явный противник Дамблдора оценит его гениальный шаг и порадуется вместе с ним. Этот гениальный план записал один из моих волшебных глаз, находящихся в министерстве, и то, что они не собирались предупреждать об этом подсудимого.
Со времен турнира, это уже далеко не первый собранный мною компромат и с каждым днем министр и министерство вместе с ним, вырывали себе все более глубокую могилу. Уже сейчас у меня были компроматы для свержения Фаджа с поста, но время еще не наступило и может быть и не наступит, если они не будут трогать меня, а может быть все собранные материалы станут рычагом в переговорах.
Отец довез меня, по пути на работу, к входу в министерство. Я уже был здесь, когда получал разрешение на производство и продажу магических самокатов, поэтому дорога была мне знакома. Чтобы не подставлять Тонкс и Малфоя, я отказался от их сопровождения и спокойно один зашел в здание. Я обещал помочь Гарри на слушании и так же не собирался отдавать директору все лавры по снятию обвинения.
Бросив наудачу золотую монету в фонтан, я направился через толпу к лифтам. Добравшись до нижнего этажа и спустившись еще ниже, я нашел нужное помещение и, зайдя в него, устроился на одной из скамеек. Вскоре стали подходить другие люди и занимать свои места на возвышении. Некоторые замечали меня, сидящем в тени, но никто не стал придавать этому значения и выгонять меня. Раз я нахожусь здесь, значит, имею на это право.
К восьми часам все собрались и собирались начать слушание, но обвиняемого до сих пор не было на месте. Фадж прочистил горло и объявил, что раз Гарри не удосужился явиться на слушание, то можно начинать и без него. Амелия, посмотрев на министра, хотела что-то сказать, но ее опередил я.
— Я как представитель защиты, уполномочен представлять подсудимого, поэтому мы можем начинать слушание и первый мой вопрос, почему обвиняемый не был проинформирован об изменении времени и месте проведения слушания?
Быстро проговорил я, не давая опомниться остальным и перебить меня.
— Сова заблаговременно была выслана этим утром, так что вы должны были получить предупреждение об изменении.
Достав блокнот и ручку, я собрался записывать.
— Назовите, пожалуйста, точное время и ответственного человека за отправку письма.
— Зачем вам это?
— Хочу подать жалобу на задержку важного письма и мне интересно, когда оно дойдет до адресата, если вообще дойдет.
— Мы тут собрались по другому поводу, и я не разрешал вам задавать вопросы. И вообще представьтесь для начала.
— Раз вы не хотите отвечать, то жалоба будет направлена на все министерство.
Сделав демонстративно пометки в блокноте, только после этого я убрал его и представился.
— Я Дадли Дурсль, также являюсь свидетелем нападения на моего подзащитного.
— Не отвлекайте людей своими выдумками, и раз представитель присутствует, то мы можем начинать Дисциплинарное слушание от двенадцатого августа сего года, по обвинению в нарушении декрета о разумных ограничениях колдовства среди несовершеннолетних и Международного Статута Секретности Гарри Джеймса Поттера, проживающего по адресу: Суррей, Литтл Уингинг, Тисовая улица, дом номер четыре.