(Не)Холостяк (СИ)

— Врёшь! Не надо меня обманывать. Ты же знаешь, что я всё могу узнать одним пальцем,— стягивает перчатку. 
— Не надо,— останавливаю её. 
Есть ещё одна проблема в виде Дарины, которая до сих пор мозг выносит. Вот о ней Алисе знать, точно не стоит. 
— За мной журналисты следили. Я не мог их сюда привести,— признаюсь. 
— Только и всего? Позвонить и объяснить было нельзя? 
Да, блядь! Знаю, что накосячил. И глубоко раскаялся. 
— Ты, смотрю, здесь всё равно не скучаешь. Со Стасиком в салочки играешь,— лучшая защита — нападение. 
— Чего?! Совсем крыша того,— повернула пальцем у виска.— Ты сам ему сказал за нами приглядывать. Засунь свою ревность себе в одно место!— хмыкает и уходит. 
— Ник!— хватает за ноги подбежавший Илюха. 
— Привет, бандит!— подхватываю мелкого на руки.
— Я не бандит, я пилат!— звонко смеётся.— Мы вчела были на площадке и иглали в пилатов. Стас был капитан Клюк. 
Опять Стас... 
Остаток дня провёл с сыном, а после того, как он заснул, сам упал на кровать и отрубился мертвецким сном.
* * *
Утро в полном разгаре. Я проспал. Последние напряженные дни сказались. Опять сбой в биоритмах. 
— Все уже позавтракали?— вхожу на кухню и сразу наливаю себе добрую порцию кофе. 
— Давно,— жрёт меня глазами Вера. 
Не стал заморачиваться — надел майку и шорты, а для неё это прям как липучка для мухи. Увольнять её нахер надо, в понедельник обязательно позвоню в агентство для подбора персонала. 
— И где все?
— Илья с Кларой Валентиновной играют на площадке, Алиса на пробежке,— пожимает плечами. 
— Пробежке? С каких пор она бегает? 
— С недавних. Обычно они это со Стасом делают, но сегодня у него выходной. 
Стас...
Меня это начинает бесить. 
А этой сучке Вере, похоже, нравится моя реакция. Лыбится нагленько. 
А может, ничего нет? Я себя накручиваю? И она специально? 
— Никита Сергеевич, к вам гостья,— входит охранник. 
— Гостья?— здесь? 
Какого хрена сюда кто-то припёрся!
— Кто?
— Она представилась как Дарина. 
Трындец! 
Каким образом она узнала адрес? 
— Проводи её в гостиную. 
Он кивает и уходит. 
— Что тебе надо?— вхожу в комнату, где у камина стоит Дарина и рассматривает антикварные часы. 
Надо избавиться от неё побыстрее, пока Алиса не вернулась. 
— Я соскучилась,— подходит ко мне, виляя бедрами, обнимает за шею и тянется поцеловать. Отворачиваюсь.
— Я, кажется, ясно сказал, что между нами всё кончено,— отрываю её руки от себя. 
— Ну, зая... Нам же было так хорошо вместе,— дует губы и прогуливается пальчиками по моему бицепсу. 
Твою мать, за что мне это, а?!
— Говори за себя. Я тебе ничего не обещал. И вообще — откуда у тебя этот адрес?— прибью того, кто его дал. 
— Аврора. 
Сука! Не угомонится тоже зараза. До сих пор меня пилит за сорванные концерты. 
— Зая, ну обними свою рыбку,— опять меня обнимает. 
— Звездец! Меня сейчас стошнит от этого зоопарка,— раздаётся голос Алисы. 
Она стоит в дверном проёме, привалившись к косяку плечом. 
Моё сердце срывается с места и падает вниз. Отталкиваю Дарину.
На каком моменте она пришла? Мы словно в дешёвой мыльной опере. Меня поймали на «измене».
— Зая, почему она здесь?— смотрит на меня во все глаза Дарина. 
— Это её дом,— пересыхает в горле. 
— То есть? Аврора сказала, что ты его купил,— повышенный претензионный тон. 
Что ответить? Я купил дом для нашего с ней сына? Она же пойдёт и разнесёт всем. 
— Чё молчишь, ушастый?— наезжает Алиса.— Сорри. Зая,— издевательски.— Понятно теперь с кем ты эти дни провёл.
— Это не так, Алиса,— слабая попытка оправдаться.— Мы давно разбежались. Но она,— киваю на Дарину.— Никак не оставит меня в покое. 
— Слабо. Пруфы где? 
Протягиваю ей руку:
— Смотри. 
— Неа. Не хочу. А то загляну в ваш разврат и поплохеет. И так подташнивает,— надевает наушники, уходит напевая. 
" Ты не делай из меня ду-ду-ду-дуру... Ну, зачем ты променял меня на эту шкуру... По ночам крутил любовь с ней без перекура... Я любила за глаза, а она за купюры... "
 
— Уходи!— показываю на дверь.— И отвали от меня. Я давно тебе сказал — больше ничего не будет! 
Дарина задирает нос к верху и горделиво проходит к выходу. 
— Ты ещё пожалеешь!— бросает перед тем, как уйти. 
Ни разу! 
Бегу за Алисой. Она у себя в спальне собирается пойти в душ. 
— Алиса, не было у меня ничего с ней последние два месяца,— скольжу по ней взглядом. 
Обтягивающий костюм. Потная... Брр... Мозг холодеет...
— Охотно верю. Хотя...— задумывается.— Нет. 
— Проверь,— подхожу к ней и беру за руку. Отдергивает. 
— Дело не в том, что ты с ней спишь. А в том, что ты притащил её сюда. Где ты её нашёл? На "рынке шкур"? На ней клейма негде ставить. Мне даже прикасаться не надо, чтобы это увидеть. А ещё меня в чём-то обвиняешь...
— Я обвинил, потому что приревновал. 
— К Стасу? Мля... Если нормально с кем-то общаешься, то все — чпокаетесь? Он мальчишка ещё. 
— Ему двадцать пять. 
— Всё равно он для меня — пацан. Просто хороший парень. 
— Алис, прости...— хочу её обнять. 
— Отвали, Гас! Вали к своей рыбке,— толкает в грудь.— Червяка она хорошо заглатывает?
— И это я ревнивый? На себя посмотри! 
— Проваливай! Чтобы я тебя не видела!— указывает на дверь. 
Сейчас лучше уйти. Пусть остынет. 
Но днём разговор не клеится, а она дуется. 
Вечером, уложив Илью спать, выцепляю Алису в коридоре и затаскиваю в кабинет. 
— Руки убрал!— дерётся, отбивая мои попытки обнять. 
Обхватываю руками в кольцо и плотно сжимаю. Она сопротивляется. Трётся своей задницей об меня. 
Ммм... Как хочу... 
— Давай поговорим,— сжимаю её ещё сильнее, не давая трепыхаться, и шепчу на ухо. 
— О чём? Снова о том же? Я уже сказала, что похрен с кем ты спишь,— рычит сквозь зубы. 
— Ни с кем я не сплю. Уже давно...— тут осекаюсь.— Мне никто кроме тебя не нужен. 
— А мне ты не нужен!— шипит от злости. 
Не верю. Было бы похрен — так бы не бесилась. Просто равнодушно, как раньше, пропустила мимо. А тут обида. 
Рывком к себе лицом. Смотри в глаза. Отворачивается. Хватаю за подбородок и поворачиваю снова. 
— Скажи мне это в глаза,— требую. 
Вся сжимается. Сейчас что-нибудь лопнет от напряжения. Ноздри раздуваются от нервных глубоких вдохов. Глаза гуляют по моему лицу. Мы близко до безобразия. Один наклон и я врежусь в неё губами. 
Я наклоняюсь. Целую эти манящие алые прелести. Влажные и пухлые. Они пульсируют и отдают импульс мне. 
Хочу прямо здесь. Разложить на этом письменном столе. 
Подсаживаю её, скинув со стола на пол что-то и не отрываясь от поцелуев. 
Мои руки скользят по её телу. Пробираются под рубашку, ищут грудь. Она упругая от имплантов. 
Ааа... Меня словно в горячий костёр бросили. Всё тело горит от желания. 
Бах! Удар в голову. 
Ммм... Отступаю.
— Ты что творишь?— смотрю на неё, сидящую на столе с пресс-папье в руке. 
— Тот же вопрос,— бросает.— Теперь вижу, что у тебя недотрах. Про траур слышал что-нибудь, идиот?— спрыгивает.— Ещё раз руки распустишь — я тебя чем-нибудь потяжелее огрею. 
— Ты же сама...
— Не переводи стрелки...
Хлопает дверью.
В голове звенит. Хорошо не пробила, как обычно. Надо лёд приложить. 
  
Глава 64
 
Вот мудак! 
Галопом в свою комнату. 
Когда-нибудь я его убью ударом в голову. Не рассчитаю и убью. 
Просто у кого-то борзометр зашкаливает и руки в карманах держать не умеет. И член свой заодно на привязи. 
Подпираю спиной дверь и стекаю по ней вниз. 
В теле гул, как от электрического напряжения. Грудь и так ныла перед " женскими праздниками", а теперь ещё больше. Чувствую пальцы Ника на ней.