Тонущая женщина

Несмотря на сумбур в голове, я сознаю, что на берегу я уязвима, видна как на ладони, и спешу укрыться в подлеске. В укромном уголке, где я спала много ночей, должно быть безопасно. Если только… если только меня не ищут. Я карабкаюсь по тропинке и углубляюсь в лес, напрягая слух: вдруг услышу что-то, предвещающее опасность. Продираясь сквозь кустарники, пытаюсь осмыслить кровавое зрелище, что недавно предстало моему взору. Почему мой бойфренд оказался в том доме? Я сообщила ему про свой план. Он пришел, чтобы защитить меня? Перехватить? Джесси зарезал Бенджамин Лаваль или один из его прихвостней?
Или… Джесси был знаком с Хейзел? Муж держал ее на коротком поводке, разрешал только ходить на пробежки и посещать фитнес-клуб. Но вряд ли тот, где работал Джесси. Сиэтл – город большой, здесь сотни тренажерных залов. Какова вероятность, что они познакомились и между ними завязались отношения? Отношения, которые довели его до гибели.
Укрывшись в лесной чаще, я прижимаю к глазам ладони. «Не плачь, – урезониваю себя. – Не расклеивайся. До сих пор тебе удавалось выживать в одиночку». Но горло сжимается от тоски, сердце мечется в груди. Джесси погиб. Его грудь исколота ножом, лицо превратилось в гротескную маску смерти. А он был моим возлюбленным. Моим утешением. Моей надежной гаванью. И кто-то зверски убил его. В красивом доме Хейзел.
В голове замельтешили пугающие мысли: скорбь скорбью, но от подозрений не отмахнуться. Неужели чувства к Джесси ослепили меня настолько, что я не заметила признаков опасности? Он жил в убогой квартире, но ездил на дорогом автомобиле. Не давал мне свой номер телефона, заставляя дни напролет ждать его и теряться в догадках. Была ли у Джесси какая-то своя жизнь, в которой мне не нашлось места? Была ли у него другая женщина? Хейзел?
Я жалела ее, пыталась помочь ей вырваться из плена извращенца-мужа. Но теперь заподозрила, что она завлекала меня в ловушку. Обманывала. Возможно, все это время она встречалась с моим парнем. Но если так, почему он мертв? И почему, черт возьми, она хотела, чтобы я обнаружила его бездыханное тело?
Сумка. У меня достало ума прихватить ее, когда я убегала из дома Хейзел, но что в ней? Хейзел обещала оставить мне куртку и шляпу, чтобы я могла изменить внешность. Я открываю кожаную сумку, ищу одежду. Ничего. Кто бы сомневался! Теперь я уверена, что план Хейзел был просто уловкой. Пальцы случайно касаются толстого конверта, и я его вытаскиваю. Как же я обрадовалась, когда первый раз увидела его. Мысль о новом паспорте, о деньгах, которые позволят мне стать нормальным членом общества, наполняли меня оптимизмом. Но конверт наверняка набит ненужными бумажками – очередной жестокий трюк. Пальцы не гнутся от холода, а изуродованный еще и дергается, но мне удается вскрыть конверт.
Сверху лежит записка от руки. Я достаю ее, читаю:
Ли,
уезжай. Начни все сначала. Строй новую жизнь. Джесси не тот, за кого себя выдает.
Прости. Ты всегда была мне доброй подругой.
Х.
Из горла вырывается судорожный всхлип, и я кулаком зажимаю рот. Что сделала Хейзел? Со мной и с Джесси?
Я вытряхиваю на колени содержимое конверта. Что еще Хейзел оставила мне? Деньги. Много денег. Пачки сотенных купюр, перетянутые резинками, – как будто украденные. Я силюсь сосчитать сумму: должно быть, здесь пятьдесят штук, как и обещала Хейзел. Есть и паспорт. Открываю. С фото на меня смотрит мое лицо – бледное и серьезное.
Келли Джейн Уилкокс
Новая дата рождения. Место рождения: Портленд, штат Орегон. Но это я. На вид документ абсолютно подлинный.
Под купюрами – еще один конверт: небольшой, синий, с белым логотипом неизвестного туристического агентства. Внутри – авиабилет. В один конец. С открытой датой. Выписан на имя Келли Уилкокс. Я могу улететь когда захочу. Только вот пункт назначения выбрали за меня.
  
Панама-Сити.
План Хейзел стал моим. Она хочет избавиться от меня. Но если думает, что я исчезну, не выяснив, почему убили Джесси, значит, она плохо меня знает. Снова убрав в сумку деньги, документы и авиабилет, я углубляюсь в лес.
  
Глава 38
 
Я иду по лесу быстрым шагом. В выходные на этой тропинке полно собачников и любителей бега трусцой, но сегодня – почти никого. Мне встречается женщина с черным лабрадором, и мы с ней обмениваемся приветствиями. Она как будто не замечает, что я мокрая, бледная, вся дрожу. Что гуляю по лесу с дорогой кожаной сумкой. Дай бог, чтобы я не столкнулась с кем-то более наблюдательным.
Дойдя до развилки, я поворачиваю налево. Эта тропинка уведет меня от побережья к коттеджным поселкам и торговым центрам, к автостраде I-5. Мне нужно пробраться в квартиру Джесси, но еще важнее – убраться подальше от дома Хейзел. От места убийства. Убийства Джесси.
Наконец я выхожу из леса в один из недавно построенных коттеджных поселков. Быстро иду мимо одинаковых игрушечных домиков и припаркованных перед ними минивэнов и внедорожников. Леггинсы на мне почти высохли. Я приглаживаю волосы, замедляю шаг. Со стороны кажется, что я обычная женщина, вышедшая на прогулку, но никак не беглянка с полной сумкой денег и фальшивых документов, только что обнаружившая труп своего любовника. И я молюсь, чтобы меня никто не искал.
Я приближаюсь к торговому району, где поток машин на дороге плотнее и пешеходов на тротуарах больше. Здесь я чувствую себя в относительной безопасности, менее заметной, но знаю, что мне лучше не светиться на улицах. Остановившись близ автобусной остановки, я роюсь в сумке и нахожу свой мобильник. У женщины, сидящей на скамейке, я спрашиваю, не знает ли она телефон какой-нибудь службы такси. Та называет номер, и я вбиваю его в телефон. На такси я хочу доехать до дома Джесси. Не исключено, что полиция уже там, хотя вряд ли. Для этого нужно, чтобы кто-то – возможно, Хейзел – пришел домой, обнаружил тело Джесси и позвонил в полицию. Возможно, она будет утверждать, что это злоумышленник, вторгшийся в ее дом. Полиции придется устанавливать личность жертвы.
Я держу у уха телефон, жду, когда мне ответят, а сама осматриваю местность, ищу какой-нибудь ориентир, который нужно назвать диспетчеру. Через дорогу стоит «Трейдер Джоуз». Предполагалось, что на автостоянке этого магазина Хейзел оставит мою «Тойоту». Разумеется, своей машины я там не найду. Хейзел не хочет, чтобы я укатила в закат. Ей надо, чтобы я села в самолет и исчезла. Не выяснив, кем был Джесси и почему его убили.
И вдруг вижу знакомый автомобиль. В глубине стоянки, далеко от входа в магазин. Это моя машина.
– Что за черт, Хейзел? – бормочу я. Неужели это ловушка? Только в телефоне раздается голос диспетчера, я сбрасываю вызов. Осторожно, но быстро перехожу улицу и оказываюсь на парковке. Озираюсь по сторонам, высматривая копов, охранников, Бенджамина Лаваля, но ни за мной, ни за моей машиной никто не следит. Никто не наблюдает.
Ключи, как и говорила Хейзел, на задней шине. Я торопливо открываю багажник. Все на месте. На первый взгляд. Или… так, стоп… Футболка с надписью «Нирвана», в которую я завернула нэцкэ, скомкана и брошена на ворох одежды. Я роюсь в рюкзаке, но вырезанную из кости гладкую змею найти не могу. Должно быть, Хейзел забрала. Но зачем? Чтобы помочь мне? Или подставить меня?
Захлопнув багажник, я сажусь за руль и лезу рукой под сиденье, пытаясь нащупать нож. Его там нет. Я наклоняюсь, осматриваю пол перед пассажирским креслом. Перегнувшись назад через проем между креслами, шарю на заднем сиденье. Мое оружие исчезло. Вне сомнения, его взяла Хейзел. Неужели Джесси убит моим ножом? А убийцей выставят меня?
В столб врезается магазинная тележка, и я вздрагиваю, сердце едва не выпрыгивает из груди. Надо убираться отсюда. Возможно, прямо сейчас кто-то меня ищет. Выпрямившись за рулем, я поворачиваю ключ зажигания и осторожно выезжаю с автостоянки.