Исправленному верить (СИ)

- Вы делаете предложение женщине! – всё ещё веселился секретарь. – Налоги? Не слишком-то впечатляюще звучит, не правда ли?
- Пожалуй… - согласился Сентри Поль. – А что, если дать ей некую сумму денег в виде ссуды?
- Просто так дать! – поправил секретарь. – А ещё…
- …освободить от всех видов пошлин, - стал загибать пальцы казначей, тревожа своих коллег нездоровым блеском своих глаз, - выделить за счёт управы строительные материалы для её потребностей, выплатить всю задолженность по налогам за последние годы и оплатить переезд дамы в поместье вместе со всеми её сундуками, кулями и мешками. Или в чём там она может хранить свой скарб.
Чиновники стали переглядываться, обсуждая все «за» и «против» такого плана. По всему выходило, что уступки со стороны управы были колоссальные, и стоит ли госпожа Вален того, чтобы вводить их в такой расход?
- Я думаю, - поднял руку секретарь мэра и сладко улыбнулся, - что господин мэр сегодня будет на своём рабочем месте. Как вы думаете, сколько времени понадобится этой очаровательно даме, чтобы убедить его в своей полезности? Я не далее, чем третьего дня, своими собственными ушами слышал, как он хвалился, что количество налогов и сборов значительно выросло за последнее время, а очередей и недовольных граждан заметно поубавилось.
Все прения тут же прекратились и болезненный план казначея был принят единогласно.
- Осталось только убедить госпожу принять наше предложение, - задумчиво пробормотал Сентри Поль, - и это тоже будет непросто. Ну, а сейчас, пора занять свои рабочие места, пока госпожа Вален Тина не придумает своей неуёмной жаждой деятельности иное, более страшное применение.
Все уныло согласились и стали занимать свои кабинеты. «Ну, что же, госпожа!», - подумал секретарь мэра, - «Я сделал всё, что от меня зависело для того, чтобы вам помочь, теперь дело за вами!».
Первую половину дня я сидела, как на иголках, пытаясь понять по реакции своих коллег, насколько их напугал мой план. Наконец, наступил полдень и время законного перерыва в работе, но я активно и радостно сообщала, что готова трудиться, мне не сложно. Да и вообще, разве это работа? Вот на сбое винограда – это да, а тут… грешно и деньги-то даже брать…
- Госпожа Тина! – вкрадчиво обратился ко мне сам казначей, чем заставил меня насторожиться.
Ещё бы – не припомню, чтобы он обращался ко мне по имени, предпочитал сохранять дистанцию. Однако, чиновник ничего не знал о моих мыслях и продолжал разливаться соловьём. Он утверждал, что только такая деятельная натура, как у меня, способна заниматься управлением столь обширных земель, которыми так тяготится наша управа. А вот мне – в самый раз! И сколько мне за это предлагали плюшек – не счесть!
Я обвела рассеянным взглядом собравшихся чиновников и поняла, что ответ от меня требуется немедленно.
  
Глава 19
 
Глава 19
- Даже не знаю… - невнятно промямлила я и пожала плечами. – Иметь землю и поместье – это, конечно же, хорошо, но я бы предпочла помогать людям. Я думаю, что государственная служба – это моё призвание! И как я раньше этого не замечала?
На это мои коллеги принялись с жаром уверять меня, что и в поместье я непременно найду сирых и убогих крестьян, которые будут пребывать в восторге от меня и моей помощи. Не нравятся крестьяне – прислугу нанимай и помогай ей столько, сколько влезет. А ещё, ежели я соизволю согласиться и приобрести эту собственность, то мне за это столько «плюшек» обломится, что и не сосчитать! И деньжат подкинут, и переехать помогут, и от налогов освободят!
Святые люди, что тут скажешь…
- Налоги? – я зацепилась на рациональное зерно в том потоке восторженного шума, который вылился на мои уши. – Налоги на землю, говорите? Или же ещё и на все доходы поместья?
Я очень кстати вспомнила свою самую первую знакомую в этом мире и то, как она старалась продать урожай со своего огорода, не уплатив при этом пошлины в казну.
- Конечно, а как же иначе? – развёл руками казначей и вымученно улыбнулся.
 
- А сколько денег вы готовы выделить мне в качестве материальной помощи?
Я задала этот животрепещущий вопрос, приготовившись к тому, чтобы отстаивать каждый медяк, потому что денег у нас сейчас было – смех один.
Казначей переглянулся с остальными желающими от меня избавиться и сделал просительно-скорбное лицо.
- Госпожа! Только из-за всегдашнего к вам расположения… думаю, что сто монет золотом будет вполне достойной материальной помощью ваших благих начинаний.
Я уже успела немного освоиться с реалиями нынешнего мира, и пусть не всё, но кое-что знаю. Точнее говоря, мои знания довольно поверхностны и однобоки. К примеру, я знаю, что за сто золотых можно купить четыре небольших лодки или дом терпимости в хорошем районе Сен-Симона, ну, или таверну в порту. Однако… раскошелились, не ожидала…
- Сто тридцать! – услышала я свой голос, словно со стороны, и едва не зажмурилась от страха.
Мастер над монетой усмехнулся, одёрнул франтоватый жилет и засунул три пальца в маленький кармашек для часов.
- Сто двадцать, и это наше последнее слово! – он явно был раздражён и перекатывался с пятки на носок.
- По рукам! – быстро проговорила я, боясь, что ребята передумают, искренне улыбнулась и повернулась к своим коллегам. - Хорошо, вы, пожалуй, правы, дорогие друзья. Очень мило с вашей стороны так побеспокоиться обо мне. А до тех пор, пока готовятся документы, это месяц-другой, я постараюсь отблагодарить вас за ваше рвение меня облагодетельствовать, и буду приходить на работу ещё на час раньше, отправлять к вам на приём посетителей! Будем работать в ударном темпе!
Я ещё хотела завернуть что-то про: «Даёшь пятилетку в четыре года!», но вовремя остановилась, и так, судя по лицам чиновников, изрядно перегнула палку.
- Как вы сказали, госпожа… «месяц-другой»… - тревожно озирая собравшихся, промолвил секретарь господина мэра. – Раве мы не сможем ускорить этот процесс?
- Всемилостивый с вами, госпожа Вален! – замахал руками, как мельница, руководитель отдела землепользования. – Я со своей стороны обязуюсь тотчас же подготовить необходимые документы по земле.
- А я одобрю получение ссуды, - кивнул мастер над монетой.
- Обязуюсь согласовать уже сегодня выделение налоговых льгот на ближайшие пять лет, оплатить помощь с переездом и обустройством на новом месте, - обрадовался главный казначей.
Что после такого я должна была сказать? Только выразить мою бесконечную признательность и благодарность за столь оперативную работу.
- Прошу прощение, госпожа! – влез один из чиновников со своим блокнотом. – Вас утроит, если мы выделим один общий фургон для переезда?
- Думаю, что да. Мне многого не нужно. Со мною поедут повар, помощница и официантка.
- Ну да, конечно, ничто так не украшает женщину, как скромность, - переглянувшись с коллегами, пробормотал казначей.
Я засияла улыбкой и подтвердила, что завтра буду готова к переезду. На моей памяти ещё никто из моих коллег так не спешил на своё рабочее место после перерыва. Хотя, мне возмущаться было грешно – люди всё же для меня старались. Ну, или почти для меня, что несущественно.
Я не знала, как отнесутся наши погорельцы к возможному переезду за город, но всё равно, решила заранее ничего не говорить – мало ли как дело бы повернулось? Зачем зря кого-то обнадёживать? И вот теперь возвращалась в наше временное пристанище, прижимая к себе торбу, в которой были документы на недвижимость и землю, а также деньги в небольшом ларце.
Хотя, как выяснилось чуть позже, я волновалась совершенно напрасно – большинство наших погорельцев с энтузиазмом восприняли новость о том, что у нас появится крыша над головой. Только вот… что касается подавальщицы, Сионы… было у меня сомнение, что ей придётся такая жизнь по вкусу – вряд ли в поместье она сможет зарабатывать деньги привычным ей способом. В таком портовом городе, как Сен-Симон, с клиентами проблем не было, а вот как там?