Исправленному верить (СИ)

- Итак, я прошу выполнить мою просьбу, в противном случае я не покину этот кабинет, - я упрямо подняла подбородок.
Теперь, после того, как я провела столько времени в этом присутственном месте и осторожно побеседовала с собратьями по несчастью, мне многое удалось выяснить и у меня появилась кое-какая уверенность. К примеру, в том, что они не смогут проверить досконально мою личность, а это значит, что некий документ я всё же смогу получить. Просто для этого придётся немного посуетиться.
Чиновник ещё раз как-то странно посмотрел на меня и уточнил:
- Госпожа, правильно ли я понял, что вы хотите, чтобы именно я выдал вам дубликат вашего паспорта.
Я улыбнулась и утвердительно кивнула. На мой взгляд, просьба была вполне обоснована. Но мужчина всё ещё сомневался, поэтому я решила его немного подбодрить. С этой целью я широко открыла дверь и громко сообщила гражданам, которые с сосредоточенным видом стояли в коридоре:
- Товарищи, попрошу не беспокоиться. До конца рабочего дня всех примем в порядке живой очереди. Во всяком случае, тех, кто желает подать заявление на получение паспорта.
Взволнованные «товарищи» загалдели, выясняя, кто именно хочет получить паспорт и как быть, если сейчас они проживают в одном Департаменте, а храмовые книги с записями о рождении – в другом.
Но я уже успела закрыть дверь и снова усесться на свой стул. Чиновник слабо улыбнулся, как бы признавая мою победу, однако, и это не заставило его шевелиться. Более того, он упорно сообщал, что мне стоит покинуть его кабинет и отправиться с моими требованиями в другое место. Но у меня уже не было сил для того, чтобы начинать всё с начала.
Я, разумеется, крайне сочувствую этому чиновнику в его нежелании работать, но думаю, что от небольшого усилия с ним ничего не произойдёт. Именно это я ему и втолковывала. Пока безуспешно, к сожалению.
Между тем, в коридоре уже стали волноваться, переживая о том, что количество желающих получить паспорт увеличилось после того, как стало известно, где их выдают, а очередь пока не двигается. И что будет, если всех желающих сегодня не примут? Снова ночевать возле ограды?
Не известно, чем бы всё это закончилось, скорее всего тем, что меня бы просто выставили в коридор (это в лучшем случае), но дверь распахнулась и уверенным шагом зашёл загорелый лысоватый и грузный мужик в возрасте, одетый в тонкий светлый льняной костюм-тройку. Он окинул хозяйским взглядом кабинетик, вставшего при его появлении чиновника и скромную меня. Чует моё сердце, что этот дядя может быть очень даже не прост. И что от него может многое зависеть. Призрак моего паспорта стал максимально явным.
- Что за шум, Дени? – недовольно произнёс дядька, расстёгивая кармашек своего жилета и извлекая оттуда часы на цепочке.
На что тот замялся, смущённый, кинул на меня взгляд исподлобья и приготовился к тому, чтобы обвинять меня в потребительском экстремизме. Это он зря, если честно.
- Да вот, видите ли, гражданин хороший, - вновь завела я свою шарманку, - не желает ваш сотрудник ни в какую работать, я уж к нему и так, и сяк, но нет, ни в какую не соглашается мне паспорт выдавать. Говорит, идите гражданка, не до вас мне.
Пока я ябедничала, брови пришедшего гражданина вставали домиком, пока не приняли идеально треугольную форму. Чиновник отмёр и согласно покивал головой.
- К сожалению, всё так. Госпожа Вален Тина из Дижона предпочитает получить свои документы именно у меня.
Судя по тону, его мало обеспокоило моё ябедничанье, но меня уже это не тревожило ничуть.
- В каждый кабинет люди заходят с поклонами, информации никакой, в коридоре стула колченого даже нет, тьфу на вас, – я размахивала руками и топала ногами.
В какой-то момент в приоткрытой двери позади дядьки появилась голова, тот раздражённо махнул рукой, и она послушно исчезла.
Вот уж не знаю, какой реакции я ожидала на свои слова, но только не такой:
- Прошу прощения, госпожа, за доставленные неудобства. Конечно же, глас народа для нас очень важен… если вас можно причислить к нему, конечно… Но, в любом случае, я жду ваше предложение. Быть может, оно помогло бы в работе нашего Департамента в общем… Ваша критика понятна… Однако, быть может, у вас есть решение для нашей проблемы? С удовольствием послушаю.
 
На это я только хмыкнула, мол, зря ты меня «на слабо» берёшь.
- Всё проще, чем вам только кажется. Я слышала, что есть место, где департаменты работают по принципу «одного окна». Это гораздо быстрее и удобнее для всех. А самое главное – государственная пошлина за выдачу документов – неплохая и устойчивая статья доходов.
Чувствовалось, что последнее заинтересовало важного дядьку на порядок больше, нежели мифическое удобство для населения. Я честно рассказала всё, что мне было известно про устройство МФЦ, получила в ответ одобрительный хмык и устную благодарность. В конце моей речи дядька с сожалением сообщил, что вынужден откланяться и шагнул в направлении двери, бросив напоследок:
- Дени, думаю, что тебе лучше выдать паспорт госпоже Вален. Во всяком случае, так будет лучше для твоего душевного здоровья. И да, госпожа… вы можете претворять все свои замыслы в жизнь уже с завтрашнего дня, ежели всё так, как вы и говорите, то спрашивать разрешение семьи вам не обязательно.
- То есть? Какие замыслы? – тупо спросила я.
- Ну, вот всё то, что вы говорили… очень мне понравилось то место, в котором было сказано про налоги и сборы… поэтому вы же будете против того, чтобы служить в управе нашего департамента? Мне показалось, что вы сообщали, будто вы на удивление одинокий человек… ну, вот, а Всемилостивый говорит о том, что сиротам помогать следует, потому как дело это богоугодное.
- Ага, пятьсот очков в карму, - пробормотала я, замерев от неожиданности.
После чего попрощался царственным наклонением головы и вышел. Я же стояла, немного ошеломлённая, смотря на закрытую дверь, но тихое шуршание позади меня отвлекло от размышлений.
- А это вообще, кто был? – задумчиво спросила я, покосившись на чиновника.
- Это? – он хмыкнул. – Это мэр Сен-Симона, господин Пети Дюран, госпожа Вален. И да, добро пожаловать к нам.
- А сам-то ты кто? – немного невежливо поинтересовалась я, потому что какое-то нехорошее чувство стало закрадываться у меня в душе.
- Меня зовут Дени, госпожа. Я работаю сотрудником отдела межевания и земельного устройства нашего Департамента. Но полагаю, что господин мэр прав – будет лучше, если вы получите необходимые вам документы как можно раньше, иначе вы будете требовать их в отделе городского озеленения. И конечно же, без уплаты государственной пошлины и без какого-либо промедления.
- Потому что дело это богоугодное? – рискнула предположить я.
- Скорее, оттого, что вы непременно устроите скандал, - пожал плечами Дени.
На это мне было нечего ответить, разве что-то промычать и потерянно уставиться на него. Как же так? Отчего он тогда мне сразу не сказал? Только бормотал что-то вроде: «Прошу прощения, госпожа…». И вообще, были моменты неясности, которые мне следовало прояснить. Причём, чем раньше, тем лучше, но тут уже люди, толпившиеся в очереди в здании мэрии местного департамента, мне не помощники. Я вывалилась на улицу и снова окунулась в привычную уже жару. Если она и упала по сравнению с полуденной, то не слишком заметно. Согласно противоречивым показаниям людей, которые находились в здании управления департаментом, я отправилась на поиски общественной библиотеки.
К вечеру людей стало как будто больше, тут и там слышалась громкая речь и смех, рынок по позднему времени был закрыт, зато со стороны открытых веранд маленьких кофеен неслись звуки скрипки, с высокого крыльца мэрии я могла наблюдать за дамами в светлых платьях в шляпках, медленно потягивающих что-то из маленьких чашечек. Думаю, что вряд ли это был сидр, который подают в заведении у Леони…
Громкое бурчание в моём желудке прозрачно напомнило мне о том, что ела я сегодня только утром, а уже день близится к своему завершению. Поэтому я решила, что могу себе позволить посетить какое-нибудь едальное заведение неподалёку. Конечно, не такое, где пьют шоколад, и прелестные дамы в красивых шляпках улыбаются любезным кавалерам, мне бы что попроще, наше, рабоче-крестьянское. Но по возможности, не такое весёлое, как портовая таверна Леони.