Сорок дракошек (СИ)

Так, теперь… если я не выпью чашку кофе срочно, случится что-то однозначно страшное! Поэтому весь мир подождет…
Я подошла к столику и объявила в пространство:
– Завтрак, пожалуйста! И кофе!
Точечный телепорт на моем обеденном столике работал исправно. До сих пор не знаю, откуда мне поставляют завтраки и ужины (когда я до них добираюсь, конечно), но это неизменно вкусно.
Бес издал возмущенный мяв.
– Ой… и молока!
Корма я котенку уже насыпала, но по утрам он неизменно желал молока. 
А стоило налить из фарфорового молочника в миску на полу, как к ней с двух сторон одновременно припали двое: котенок и дракончик.
Хм… а разве драконы вообще едят молоко? И не будет ли у этого конкретного дракона расстройства желудка?
На всякий случай я все-таки подхватила чешуйчатого вторженца под крылышки и пересадила на кровать. Вот выясню особенности рациона пересмешников, тогда…
Дракончик обиженно фыркнул, зато Бес залакал с удвоенной скоростью – похоже, спешил уничтожить молоко до того, как гость снова потребует делиться.
На котенка я любовалась не дольше пары секунд, клянусь! Но когда обернулась к столу, чтобы наконец выпить свой кофе, то обнаружила, что кофе уже не мой! Прямо на столе восседал серебристый нахаленок и с довольным видом лакал из моей кружки!
– Не смей! – Я кинулась к столу. Не знаю, что там с рационом у пересмешников, но кофе – точно не напиток для новорожденных!
Дракончик как-то ехидно посмотрел на меня из-за края кружки и длинно хлюпнул. Я заглянула в кружку. На дне сиротливо чернела гуща.
Все мысли из головы разом исчезли, кроме одной: надо срочно хватать мелкого и нести в ветклинику – пусть желудок промывают и проверяют, не случилось ли каких последствий…
Однако выполнить этот план была не судьба. От моих протянутых рук дракошка отскочил так резво, как будто кофе придал ему ускорения. Я попыталась прыгнуть следом – и детеныш вспорхнул, весело трепеща крылышками, и издевательски завис прямо над моей головой – как раз на такой высоте, чтобы я, подпрыгнув, не могла достать.
И тут в игру вступил Бес. Обнаружив в своих владениях кого-то нагло летающего, котенок, конечно, не мог такого снести. В конце концов, он настоящий прирожденный охотник! Никто не смеет безнаказанно летать на территории грозного кота Беса! Напружинив лапы, котенок, качнув попой с напряженно вибрирующим хвостом, присел – и с места взвился в фантастическом прыжке!
…Правда, допрыгнул он только до середины моего роста и повис, зацепившись когтями за пижамную майку. Впрочем, грозного охотника это нисколько не смутило, и он в ту же секунду решил покорить-таки эту вершину. То есть меня. И без остановки полез-побежал на когтях, стремясь взобраться-таки мне на голову – идеальный трамплин для прыжков за драконами. 
…Вот хорошо все-таки, что здесь у меня из соседей – только зверье. Даже не знаю, что они подумали бы, услышав этим утром, что именно я вопила, пока скакала, пытаясь отодрать от себя неумолимо карабкающегося котенка. Возможно, что меня особо изощренно убивают… ну или расчленяют заживо. Ощущения были как раз такие. 
И в этот момент на прикроватном столике взвыл артефакт-напоминалка. 
– Покормить десмонда-кровохлеба. Утреннее кормление пропущено восемнадцать минут назад!
Я взвыла пуще прежнего – и наконец сумела отцепить Бесенка. Чтоб вас всех! Я опаздываю!
А если десмонда не покормить вовремя, он закатит такую истерику, что врагу не пожелаешь… мы уже один раз это пережили.
Кровососущая летучая мышь стала у нас пока самым “засидевшимся” постояльцем гостиницы. При проверке оказалось, что ее хозяин… не самый законопослушный вампир в Наоре. В общем, после пятнадцати суток за хулиганство и попытку зачаровать меня ему пришлось остаться взаперти еще на какое-то время. А все нечестно нажитое у него теперь уходило на оплату совсем недешевого проживания его питомца в гостинице на Лирку.
Но что меня невероятно радовало – от своего жутенького любимца этот криминальный элемент явно не собирался отказываться, несмотря ни на что. Деньги с его счетов исправно поступали, а вместо родственников и дружков вампир звонил на переговорный артефакт мне – узнать, как поживает его Сонко.
  
Может, у меня профдеформация, но по мне – это уже значит, что вампир не совсем пропащий. По крайней мере, он не собирается предавать того, кто ему доверяет. Даже когда самому несладко. 
Я покосилась на дракончика, закладывающего виражи под потолком. Ну… кажется, он не собирается помирать от отравления кофе. Сейчас я очень быстро покормлю Сонко и вернусь ловить дракона…
Я торопливо переоделась в повседневные джинсы, мимоходом с отвращением глянув на сброшенные вчера остатки платья – надо бы его выбросить… – и бросилась к двери. Однако, стоило ее открыть, как мимо меня двумя пулями рванули котенок – под ногами и дракончик – над головой.
Впрочем, судя по всему, эти двое собирались меня сопровождать. Секунду поразмыслив, я решила махнуть пока рукой – лишь бы не терялись! Бегом спустилась на первый этаж, забежала в раздаточную – бывшую императорскую кухню, где теперь работал точечный портал для доставки рациона всем постояльцам гостиницы. Затормозила только у большого стола.
– Номер семнадцать! – выпалила в пространство. – Завтрак для десмонда-кровохлеба!
При подаче корма платным постояльцам гостиницы всегда учитывались пожелания их владельцев. Поэтому Сонко свой кровавый паек получал в высоком винном бокале – как хозяин приучил. 
На столе материализовался серебряный поднос с изящным хрустальным бокалом, почти доверху наполненным густо-красной жидкостью. 
С подносом я возиться не стала. Навыков официантки у меня нет, пока донесу, расплещу все. Поэтому по-простому схватила бокал за ножку и, стараясь не разлить, торопливо зашагала снова на второй этаж – к семнадцатому номеру.
Номер представлял собой темную комнату со множеством черных и алых драпировок и изящным столиком из темного дерева. Потолок был украшен серебряной “паутиной”. Вот с этой-то “паутины” и свисал наш постоялец, при виде открывшейся двери растопыривший крылья и оскаливший клычки.
– Сонко, – опасливо позвала я, выгрузив бокал на столик. – Кушать!
Вообще-то летучих мышей я, конечно, не боюсь. Они же миленькие! И мордочки у них ужасно славные, и еще эти очаровательные ручки с пальчиками…
Но Сонко – все же не простая летучая мышь. Он питается кровью разумных. И неизвестно, чему еще его учил хозяин, кроме как пить из хрустальных бокалов.
Сонко фыркнул и, сделав кульбит, спорхнул на столик.
В эту же секунду прошмыгнувший в комнату следом за мной Бес, обнаружив еще одну летающую дичь, да еще в окружении таких замечательных драпировок, решил, что его звездный час наконец пробил. Не размениваясь на сей раз на прыжки на месте, котенок рванул к стене, без остановки пробежал по драпировке вертикально вверх, оттолкнулся от нее и с душераздирающим мявом пролетел мимо летучей мыши. Сонко, как раз приземлившийся, проводил этот полет снисходительным взглядом, а затем, протянув одну лапку, чуть наклонил к себе бокал. Я не успела даже толком рассмотреть, как он это сделал – но послышался хлюпающий звук, а в следующее мгновение десмонд уже вспорхнул со стола, на котором остался не только пустой, но и девственно-чистый бокал. 
Тем временем Бес, обнаружив, что полет прошел не совсем по плану, решил продемонстрировать завидное упорство и непреклонное стремление к цели. Он молниеносно снова вскарабкался вверх по портьере – однако, увы, на сей раз та не выдержала и с грохотом обрушилась вместе с котенком.
Я кинулась спасать Беса – а вдруг его там зашибло?! И в этот миг мимо моего плеча просвистело что-то серебристое. А стоило мне выпутать отчаянно вопящего возмущенного котенка из складок ткани и обернуться, как моим глазам предстала душераздирающая картина: серебристый дракончик сжимал в передних лапах, слегка прихватив зубами за шею, нашего постояльца!