Повелительница леса (СИ)

— Ну уж нет, тебе не удастся свалить вину на меня или лекаря! Я расскажу Идриль правду и болтаться тебе в петле!
— Ты думаешь, я останусь здесь и любезно подожду суда? — насмешливо фыркнул эльф. — Ты слишком хорошо обо мне думаешь.
— Да я сама пойду по твоему следу и притащу за волосы!
— Ведешь себя, словно дикая лисица, попавшая в капкан, — протянул Морнэмир, приблизив лицо к клетке. Красный шрам извилистой дорожкой бежал по его прекрасному лицу. Мои угрозы, казалось, лишь развеселили его. — А ведь выгодней иногда быть пушистым котенком. Особенно с тем, кто может тебе помочь.
— Я не разговариваю с убийцами. И не вступаю с ними в сговор.
— Я, конечно, могу уйти, но у меня есть одна вещица, которая, я уверен, тебя заинтересует.
— У тебя ничего нет, кроме непомерного самомнения и плохих шуток, — отрезала я.
— А что скажешь вот об этом? — Из-под складок плаща Морнэмир извлек потрепанный блокнот в коричневой кожаной обложке.
— Вынуждена тебя разочаровать, мне не нужен блокнот, — скептически ответила я.
— Вивиан, ну когда же ты научишься не делать поспешных выводов, — протянул эльф и призывно помахал перед моим носом блокнотом. — Это дневник. Как же звали того эльфа? Ласул? Ирасил? — Морнэмир на секунду задумался, будто бы припоминая имя, а сам в это время, словно огромный черный кот за мышью, следил за моей реакцией.
Дневник Лаирасула, сына лунного короля! Вот зачем Морнэмир открыл двери в покои Исилендила, позволив Идриль взять меня под стражу. Чтобы не дать мне заполучить дневник, а самому забрать его! Но зачем дневник этому прохвосту? Венец, глупая Вивиан, венец! Наверняка в дневнике есть информация о нем или месте его нахождения. А так как Исилендил бредил венцом, не исключено, что и Морнэмир бредил им же. Не случайно же в его имени фигурируют черные алмазы.
«Но почему тогда Исилендил не воспользовался информацией из дневника?» — пришла логичная мысль. Этого я не узнаю, пока не заполучу дневник. Быстро прокрутив все это в голове, я постаралась выдавить улыбку.
— Зачем ты пришел, Морнэмир? Хочешь подставить меня? Но ведь мы толком даже не знакомы. Почему же ты упорно меня преследуешь?
— Вивиан, я вовсе не собирался подставлять тебя. В этом деле у меня свой интерес.
— Расскажешь, какой? — невинно похлопав ресницами, прошептала я, решив воспользоваться советом Морнэмира и изобразить котенка.
— Если ты сможешь заинтересовать меня, расскажу, — тоном искусителя протянул эльф.
— Могу выпросить у Элрика пару драгоценных камней, — бодро пообещала я, не уверенная, что Элрик не пристукнет меня, когда очнется.
— На что они мне? — пожал плечами Морнэмир. — Я могу наколдовать целый лес драгоценностей.
— Чего же ты хочешь? — в горле странно пересохло.
— Разговор принимает интересный оборот, — протянул Морнэмир. — Интересно, чего же я хочу?
Его глаза пробежались по моему лицу, словно лаская щеки, губы и шею и опустились ниже. В холодной темнице, стоя на ледяном полу, мне вдруг стало отчаянно жарко. Я знала ответ, поэтому решила опередить Морнэмира.
— И не мечтай! — отрезала я.
— Отчего же? — невинно спросил он. — Бережешь себя для Элрика?
— А если и так, тебе-то какое дело? — с вызовом спросила я.
— Припоминаю, как ты отвечала на мой поцелуй.
— Ты застал меня врасплох, и я была зла на Элрика.
— Меня использовали, чтобы забыть серебряного короля? — насмешливо приподнял густую бровь Морнэмир. — Ты разбиваешь мне сердце. Я слышал, что ты все-таки вышла за Элрика, — он притворно вздохнул, — женщины так непостоянны.
— Уж не тебя ли мне надо было подождать? — фыркнула я.
— Почему же ты сбежала в день своей свадьбы? — продолжал Морнэмир, словно не слыша. — Постель Элрика оказалась слишком холодна для тебя? Готов поспорить, что это так. Серебряный король настоящий кусок льда, он совсем не пара такой огненной девушке.
— Замолчи! — Я со злостью тряхнула решетку. Та обиженно загудела. — Прекращай этот фарс и назови условия.
По губам Морнэмира пробежала легкая усмешка, но наконец он сказал:
 
— Пообещай отдать мне то, от чего откажется тот, кого ты полюбишь.
Я нахмурилась.
— Это что, какая-то загадка? Я их терпеть не могу. Лучше скажи прямо, чего ты хочешь.
Морнэмир развел руками.
— Видишь ли, Вивиан, давным-давно, по меркам смертных, разумеется, на меня наложили заклятие. Один древний фолиант гласит, что только встреченная мною в полнолуние на земле эльфов смертная сможет его снять. Я связан этим заклятием и точно так же не знаю, что это такое.
— А причем тут я? Может быть, имелась ввиду какая-то другая смертная? — отбила я, подумав, не слишком ли много заклятий я должна снять. Пробуду у эльфов еще пару дней и за мной очередь из желающих выстроится.
— После того, как было наложено заклятие, ты оказалась первой смертной, встретившейся мне в полнолуние да еще и в Лоссэ Таурэ. В совпадения я не верю.
Я пыталась понять, что же не так в сказанном Морнэмиром, но не смогла.
— То есть в обмен на какое-то нелепое предсказание, которое, неизвестно, сбудется или нет, ты поможешь мне выбраться отсюда и отдашь дневник? — подозрительно спросила я.
Что-то здесь не так. Носом чую, что этот прохвост снова меня обдурит, как только ему выпадет такая возможность.
— Вообще-то речь шла только о дневнике, но я сегодня в хорошем настроении, — улыбнулся Морнэмир.
— Как ты поймешь, что момент настал?
— Я пойму, — со странной убежденностью сказал эльф.
— Выпусти меня для начала. А потом обговорим условия.
— Твоя темница открылась в тот момент, когда я зашел, — улыбнулся Морнэмир.
Я осторожно тронула дверь клетки, и она со скрипом отворилась. Енот раздери этого прохвоста! Я вышла и встала напротив Морнэмира.
— Покажи мне дневник. Я должна быть уверена, что это не подделка. Где ты его взял?
Морнэмир широко улыбнулся и протянул мне потрепанный дневник.
— Как и сказал Исилендил, в комнате его сына.
— Вот только сказал он это мне, а не тебе! — выпалив это и не дав Морнэмиру опомниться, я покрепче ухватила дневник и бросилась бежать мимо стоявших столбами стражей вверх по едва освещенной лестнице. Каменные ступени больно били по голым пяткам. Я уже наивно решила, что оторвалась от Морнэмира, когда он вырос передо мной, возникнув из темно-фиолетового дымного столба. Я, не успев затормозить, со всей силы ткнулась в эльфа. Не удержавшись на ногах, Морнэмир упал на спину, увлекая меня за собой. Это не помешало эльфу быстрым движением выхватить у меня дневник и спрятать его в недрах плаща.
— Прохвост! И как только тебе это удается? — выпалила я, приподнимаясь.
— Опыт, моя дорогая. И еще умение находиться в нужном месте в нужный час. А вот ты играешь не по правилам.
— Дневник не принадлежит тебе! Ты не имеешь никакого права распоряжаться им!
— Но ведь и тебе он не принадлежит, насколько я знаю. Или я не прав? — прищурился эльф. Его руки плотно сомкнулись на моей спине, не давая встать.
Я молчала. Не могла же я рассказать, что почитать этот дневник у меня были свои причины.
— Ну? — поторопил меня эльф, легонько встряхнув за плечи. — Принимаешь условия сделки? Согласна отдать мне то, от чего откажется тот, кого ты полюбишь?
Сказать по правде, я не верила в предсказания, предназначения, гадания и прочую чепуху. То, что Морнэмир верил — его проблемы. К тому же я определенно не была ни в кого влюблена. Эльфу придется ждать очень-очень долго. А дневник мне необходимо получить прямо сейчас. Ах, была не была!
— Согласна, енот тебя раздери, — проворчала я.
— Любой договор необходимо скрепить, — прошептал Морнэмир мне в губы.
 
— Если ты про каплю крови, которую необходимо поставить на каком-нибудь дряхлом пергаменте — даже не мечтай! Я не собираюсь колоть себе пальцы.
— Твоя кровь мне не нужна, — прошептал Морнэмир.
Я попыталась встать, но добилась лишь того, что теплые губы эльфа быстро накрыли мои. Танцы на граблях никогда не были моим излюбленным видом времяпрепровождения. Я резко отстранилась от Морнэмира и влепила ему звонкую пощечину, оставившую на щеке эльфа следы от моих ногтей.