Вперед в прошлое 8 (СИ)

Когда она выбежала из квартиры, Боря прилип к окну на кухне и крикнул:
— Пашка, прикинь! Мама в машину села и уехала! В «Волгу-двадцать четвертую»! Черную. Наташка права!
Дальше я не слушал, потому что зазвонил телефон. Скажу, что Павла нет. Прежде чем говорить с людьми, надо знать, как дела у Канальи. Может, нужный сотрудник уже нашелся.
Теперь снова встал вопрос, где взять деньги на все: и на быстрый доход от «МММ» — краткосрочное выгодное вложение, и на акции винзавода — долгосрочное выгодное вложение. Завтра ехать осваивать новые территории, продавая кофе? Потратить доллары Гоги? Только сейчас до меня дошло, как же вовремя привалило такое счастье!
Если переводить в акции, он подарил мне чуть меньше пятидесяти соток земли в шаговой доступности от моря. Сто пятьдесят миллионов рублей по самым скромным подсчетам, если мерить ценами 2022 года. Как в Стране дураков, только наяву: если сейчас правильно закопать золотую монетку, через тридцать лет вырастет дерево, где листья будут золотыми.
Где же, блин, взять деньги⁈
Ведь еще ж оборотные средства нужны. Занять у кого-то, провернуть с тем же «МММ», а через месяц отдать?
Заскулил щенок.
— Можно его кормить? — спросил Борис.
— Нужно, — ответил я и уселся за стол, достав из рюкзака свою тетрадь с расчетами.
Хотелось прямо сейчас поменять доллары и нагрести всего, и побольше, побольше, аж слюна побежала при мысли, сколько дел можно наворотить! Но я остановил полет фантазии. Деду деньги мы передаем в баксах, так что пусть доллары лежат. Надо умерить воображение и подумать трезво.
Значит, так. У меня примерно тысяча баксов в товаре и пятьсот плюс еще немного на рукахи два пака кофе, которые нужно продать. Менять деньги туда-сюда невыгодно. Значит, доллары Гоги пусть лежат, они поедут в Москву, а доход буду тратить.
Мои деньги дед пускает в оборот, это одна пятая от необходимого для закупок, но хоть что-то. Мастерская приносит в среднем семь тысяч, автомагазин столько же. Пятнадцать. По одной акции в день. Но кто сказал, что их будут нести пачками?
Будут продавать пакетом: обменяли ваучеры на четыре акции — эти же акции и будут сбывать. То есть пятьдесят две тысячи выложи. Это раз. Два — не все сразу поспешат от них избавиться. Кто-то будет это делать, когда совсем прижмет, например, зимой или веной, потому хватать акции винзавода, как ставрида — пустой крючок, не стоит. Мое от меня не уйдет, я на контрольный пакет не претендую, а мама увольняться, похоже, не собирается, у нее появился свой интерес в этой работе. Одному предложит продать акции, через неделю — другому. Так она не привлечет внимание. А что есть родственник в Москве, она, наверное, уже поделилась.
Что этот родственник при деньгах, тоже неудивительно. Сейчас в Москве окно возможностей: на пустой рынок заходят западные корпорации и ищут, кто их будет представлять. В той реальности люди с нуля миллионы долларов заработали, не вкладывая ни копейки, только свои знания и умения, но я слишком мал для этого.
Выходит, правильнее всего два месяца весь рублевый доход вкладывать в «МММ», в декабре все продать, заняться акциями винзавода и расширением бизнеса, увеличивать оборотные средства. Значит, нужно за эту неделю заработать максимум. Вспомнилось, как Памфилов легко ладит с людьми и удерживает их внимание, и я подумал, не пустить бы его в поле с кофе?
Нет. Я сделаю его ответственным за скупку пока еще незрелой хурмы. Да! Ее буду складировать у бабушки, и на балконе, и на даче.
Еще надо организовать сбор старья для бездомных, Бузя покажет, кому и куда его нести. Надеюсь, это спасет несколько жизней. И неплохо бы, чтобы хотя бы друзья запаслись продуктами на несколько дней, пока будет бушевать стихия…
От раздумий меня отвлек телефонный звонок.
— Ответь и скажи, что меня нет, — попросил я Борю и услышал его «Алло».
— Это не по работе, — крикнул брат. — Это тебя спрашивает какой-то Андрей.
— Не знаю таких, — отмахнулся я, перебрав всех знакомых, которых хотел бы слышать, вспомнил двоюродного братца, скривился, и вдруг до меня дошло, что это не он. — Стой! Иду!
  
Это оказался Наташкин Андрей.
— Привет, Паша, — проговорил он тихим вкрадчивым голосом и замолчал.
— Привет. Что-то случилось? — насторожился я.
Он тяжело вздохнул.
— Мне очень неудобно об этом просить… Я все думаю над нашим разговором про Наташу… Ты во всем прав. Она сказала, что ты можешь заказать из Москвы товар… Я… Я готов попробовать.
— Что попробовать? — уточнил я.
— На рынке. Торговать на рынке. — Он это сказал так, словно вынес себе приговор.
— И как я помогу?
— Э-э-э… Попросить выслать и мне товар.
Я малость обалдел и ответил:
— В Москве живет мой дед. С поврежденной ногой, он вертится как белка в колесе, ему все помогают — платно и бесплатно, чтобы передавать товар сюда. Знакомые проводники эти сумки везут контрабандой. Сейчас дед может так высылать небольшие партии раз в неделю, да и потом — не факт, что сможет, у него своих дел вагон. Но я знаю, как поступить тебе. Сразу скажу, это трудно, возможно… страшно. И готов поделиться. Один вопрос: ты — готов?
— Что надо делать? — радостно воскликнул он.
— Поехать в Москву, купить товар, я скажу, где и как. Привезти сюда и продавать.
По воцарившемуся молчанию я понял, что нет, Андрей не готов вертеться ужом на сковородке. Он хотел, чтобы я ему все привез, а он, так уж и быть, постоит на рынке с таким видом, словно украл этот товар. С одной стороны, обидно, что люди, которые находятся на своем месте, вынуждены заниматься всякой ерундой, чтобы выжить, но с другой, он же взрослый мужчина! Одно дело друзьям немного помочь, другое — взять на буксир такого лба.
Как будто мне нравится бегать по точкам, кофе предлагать или ставриду продавать на остановке. Это ужас, а не работа. Но с другой, чтобы добиться многого, надо начинать с малого, и часто — с неприятного.
— Я понял. Подумаю, как это совместить с работой, — проговорил он таким голосом, словно хотел заплакать. — Спасибо. Пока, Паша. И удачи тебе.
Кажется, я знаю, что будет дальше: Наташка попросит больше товара, и не только женские трусы. Но для нее я все сделаю, если объемы не будут запредельными. Вот если бы грузовик в Москву, грузовик — оттуда, тогда поделился бы и с Андреем. А так слишком много сложностей, которые непонятно как решить.
После восьми вечера один за другим пошли звонки насчет работы. На три я ответил, взял контакты, обещал перезвонить завтра, потому что слишком много соискателей. Потом заказал переговоры с дедом, узнал, что он понемногу разрабатывает ногу, по списку заказал товар для друзей — как к раз к выходным прибудет. Учитывая заинтересованность Андрея, в список добавил мужские трусы и носки — в этом дед должен разбираться. А также шапки — скоро на них будет повышенный спрос.
Дед пообещал, что товар приедет в субботу утром, но потом у него долго не будет возможности его передавать. Я сказал про хурму, получил одобрение и родительское благословение. Дед, как я и полагал, знал, как заставить хурму быстро созреть.
Отлично. Небольшой доход, зато есть возможность делегировать обязанности.
После разговора я набрал бабушку, рассчитывая, что Каналья у нее, но его там не оказалось. Странно, он должен был мне рассказать, сработали ли объявления. Неужели все зря, и надо снова писать и клеить?
На часах было начало десятого. Или личная жизнь его затянула? Так не шестнадцать лет ему, чтобы поддаваться гормональному шторму.
Еще к Лялиной надо бы зайти, узнать про наши вещи. Похоже, пора вести ежедневник, чтобы не забывать, что запланировал…
В этот момент раздалась трель дверного звонка. По старой памяти я напрягся, потому что мы никого не ждали. Боря на цыпочках вышел из кухни, посмотрел в глазок.
— Паш, это тебя! Дядя Леша.
Вот так здрасьте! И чего не позвонил? Телефонный номер потерял или забыл?
Я открыл дверь. Каналья был при полном параде, с хризантемами. Никак маме букет принес. Да что ж он никак не угомонится? Иногда женское «нет» — это просто «нет».