Крестовый поход (СИ)
— Как они называли свой звездолёт? — спросил Хок.
— «Сангрил». Просто «Сангрил». Никаких крейсеров, линкоров и каравелл. Правда, пару раз я слышал, как его назвали флагманом. Из этого я заключил, что у них не один звездолёт. Во главе у них этот граф Клермон. Его называли магистром. Еще семь человек — генералы или братья внутреннего круга. При этом они постоянно говорили о том, что в круге девять братьев, но вместе с графом их только восемь. Я понял, что место девятого вечно вакантно, он у них, вроде как, предатель. Его имя не называют, но постоянно поминают недобрым словом. Остальные — обычные рыцари. Устав ордена призывает их сдерживать страсти, изучать тайны бытия и воспитывать дух. Они по три раза в день собираются вместе, рано утром, днём и поздно вечером, поют гимны, слушают проповеди, которые читает кто-то из братьев внутреннего круга, и молятся на латыни. В остальное время тренируются. Занимаются фехтованием, бегают по полигону, который устроен прямо внутри корабля на нескольких уровнях, стреляют из различных видов оружия. Вечером читают книги в библиотеке, которая внизу, чуть выше трюма. О чём книги, не знаю, мне туда входить запретили. Женщин на корабле нет, вина они не пьют, личного имущества не имеют. Трапезы совместные, в зале, который они так и называют — трапезная.
— Прямо святая обитель, — заметил Джулиан.
— Точно, — кивнул Кирилл. — Я тоже так считал, пока не задумался, а на что же они живут. Я для них вроде собаки или шкафа, они меня не замечали. А я всё замечаю. Так вот, вскоре я понял, чем они промышляют. Пиратством и работорговлей. Захватывают звездолёты, людей продают торговцам живым товаром, корабли — чёрным дельцам на вторичном рынке. Иногда нападают на небольшие колонии на отдалённых планетах и выметают всё подчистую. Опустевшие посёлки уничтожают из космоса. С кораблями планет — членов Объединения стараются не связываться, боятся засветиться.
— Как они себя называют? — спросил Хок.
— Раймониты или братья Ордена Святого Раймона Аквитанского. Этот рыцарь с розой видимо и есть Святой Раймон. Они его с собой возят. Везде восьмиконечные кресты и монограммы в свитках SAA и SSA. Что это значит, я не знаю.
— Как это, возят его с собой? — нахмурился Хок.
— На четвёртом уровне, в самом сердце корабля я набрёл на большой зал с песчаным полом, на котором кругом выложены чёрные камни примерно три метра длиной, полтора — высотой и метр — шириной. Из одного сделано классическое средневековое надгробие в виде лежащего рыцаря со сложенными на груди руками. Под руками двуручный меч, на груди — роза. Вот я и решил, что они возят с собой его могилу.
— А остальные камни? — спросила я, почувствовав, что в этом что-то есть.
— Два — просто оплавленные валуны. Ещё два, имеют какие-то насечки и знаки, я бы сказал, следы примитивных культур. Четвёртому придана форма идеального параллелограмма с очень гладкой поверхностью сторон. Пятый имеет форму, похожую на куколку бабочки с очень тонкой пупырчатой резьбой. И последний напоминает здание с тонкими рифлеными колоннами и башенками в виде конусообразных шпилей. Скорее всего, все камни, кроме надгробия, были обработаны на других планетах. Я не помню, что б у нас было что-то похожее.
— Метеориты? — уточнил Белый Волк.
— Я так и подумал. Ребята явно собирают коллекцию, но надгробие имеет для них особое значение. Возле него зажигают свечи и устраивают моления. Сам видел.
— Это всё, что я хотел услышать, — произнёс Хок и снова вернулся на свое место.
Оршанин с любопытством смотрел ему вслед.
— Вы поняли, почему они так хотят вашей смерти?
— Не совсем. Ты что-то знаешь? — Хок без особого интереса взглянул на него.
— Нет, мне ничего не объясняли.
— Вернёмся к лайнеру, — проговорила я, поняв, что Хок пока не готов откровенничать.
На лице Оршанина появилось страдальческое выражение.
— Не знаю, Дарья Ивановна. Честное слово, ничего не знаю. Мне скрывать нечего, я б их сдал за милую душу. Но не слышал ничего про лайнер. Не видел ничего, что могло бы навести на мысль. Я пытался вспомнить что-то, но ничего не получилось.
— Лайнер был захвачен вместе с экипажем и исчез. Клермон сказал тебе, что подготовка проведена, и это, скорее всего, именно захват лайнера «Пьер Гартэн». Тебя переодели в одежду члена экипажа, надели на тебя его браслет. Одежда была повреждена, её обладатель, возможно, ранен. Раймониты занимаются пиратством и работорговлей. Похоже, это они захватили лайнер. Им нужна была форма, браслет и капсула, но не думаю, что они удержались бы от того, чтоб продать остальную добычу.
— Может, к моему прибытию на «Сангрил» они уже сбыли её с рук, — предположил он.
— Где они тебя подобрали?
Он покачал головой:
— Понятия не имею. Мне не докладывали маршрут, да меня он и не интересовал.
— Ладно. С какой скоростью двигался «Сангрил», когда ты находился там?
— Я несколько раз заходил к ним на мостик, — ответил он. — Каждый раз они шли на второй крейсерской скорости.
Я нажала кнопку связи на пульте.
— Юрий Петрович, сколько времени нужно, чтоб на второй крейсерской скорости дойти от района исчезновения «Пьера Гартэна» до того места, где мы нашли капсулу?
— Восемнадцать с половиной суток, — почти тут же ответил Булатов.
— Восемнадцать с половиной суток, — повторила я и покачала головой. — У них не было времени на то, чтоб продать лайнер. Он должен был находиться у них. Ты точно не видел пристыкованного к «Сангрилу» ещё одного небольшого корабля?
— Нет. Я когда увидел его, смотрел во все глаза, потому что был поражён. Никогда не видел ничего подобного. Никаких посторонних кораблей я не видел. Разве что, — он на мгновение задумался, — если лайнер небольшой…
— Примерно, пятьдесят — двадцать — десять метров, — подсказал Белый Волк.
— Смотрите, — Оршанин подошёл к компьютеру и быстро «отлистал» несколько рисунков. — Вот план. Видите? Нижние уровни, как и трюм на «Пилигриме» гораздо выше остальных. Туда я спуститься не мог. Возможно, там есть ангары для захваченных звездолётов.
— «Сангрил» так велик? — уточнил Хок, снова подходя.
— Он, примерно с баркентину, может немного больше, но свободного пространства в нём мало. Уровни невысокие. По моим сведениям их семь, но если это так, то треть высоты «Сангрила» приходится на трюмы. Если этот звездолёт строили с целью использования для пиратства и работорговли, то понятно, что там могут быть ангары для похищенных звездолётов. Людей могут держать прямо на них. Меньше проблем. Системы жизнеобеспечения и запас провианта там всегда есть. Может, лайнер был в трюме?
— Тогда он до сих пор может быть там. Пока они найдут покупателя, сторгуются… Те, кто покупают звездолёты, редко занимаются работорговлей. Как правило, они даже базируются в разных системах. Ты точно не помнишь, куда они собирались? Что угодно: имена, клички, координаты.
— Я понял, — кивнул он и задумался, но потом покачал головой. — Нужно время. Сходу не могу сообразить.
— Думай. Это очень важно, — я обернулась к Хоку. — Может, у тебя есть какие-то идеи? Ты встречался с этими людьми?
— Ладно, деваться некуда, — обречённо вздохнул он. — Рано или поздно всё равно придётся всё рассказать. Это старая история.
— Насколько старая? — уточнил Дакоста.
— Очень старая. Это произошло в 1590 году от Рождества Христова. Некий французский рыцарь при трагических и весьма странных обстоятельствах потерял всю свою семью, всю челядь, даже любимых собак и лошадей. Не в силах больше оставаться в пустом замке, он отправился на поиски врага, который лишил его всего, что было ему дорого. Он бродил по земле, пока однажды не набрёл в гористой местности на небольшую каменную церковь, в которой увидел статую рыцаря с розой и мечом. Он преклонил колени у алтаря, чтоб помолиться, а когда поднялся, увидел, что рядом с ним стоит могучий человек в белом плаще с синим восьмиконечным крестом. Он назвался графом Клермоном. «Господь привел тебя под сень нашей церкви, брат, сказал он, мы ждали тебя. Мы — члены Ордена Святого Раймона Аквитанского. Наш Орден невелик, всего лишь восемь братьев, но мы ждали девятого, чтоб отправиться в путь с целью обретения мощей нашего святого патрона, погибшего и похороненного в Святой земле во время третьего Крестового похода». «В Святую землю? Почему нет? Хоть к чёрту в пасть, лишь бы подальше отсюда», — ответил рыцарь. Граф познакомил его с остальными раймонитами, и вскоре они тронулись в путь. Добравшись до Марселя, они сели на корабль, который носил имя «Sang real», «Истинная кровь». Не слишком подходящее название для такого разбитого корыта, но он доставил их к левантийскому берегу. Они долго скитались в пустынных местах. От жажды и мечей кочевников-берберов погибли шестеро из девяти. Но однажды оставшиеся в живых трое всё же дошли до заветной долины, где из-под слоя песка откопали чёрное надгробие в виде лежащего рыцаря с мечом и розой. Потом наступила ночь. И, проснувшись, наш рыцарь увидел графа Клермона, стоявшего на надгробии. Он держал в руках странный предмет, переливавшийся синим и красным цветом, и смотрел в небо. И звёзды на небе пропали. Вместо них появилась серая дымная масса, в которой образовался провал, похожий на путь в Преисподнюю. Он начал закручиваться против часовой стрелки…