Крестовый поход (СИ)

Вокруг него образовалось яркое белое сияние, которое разливалось волнами, выходя за пределы пентаграммы, и, достигнув стен, уходило в них.
— Что ты делаешь? — в ужасе закричал Юханс.
— Кто тебе помогает? — крик демона отдавался под сводами зала. Его глаза сверкали жутким блеском, а крылья напряжённо трепетали. — Я хочу знать, кто тебе помогает!
— Я не скажу! — заорал генерал и выскочил из зала.
Демон рухнул вниз, и, упав на колени, измученно согнулся под тяжестью поникших крыльев. Потом он поднял голову и мрачно взглянул на закрывшуюся за генералом дверь. На его губах появилась усмешка.
— Ночь ещё не закончилась, Дирк…
Юханс стремительно шёл по коридорам. Его низкорослая круглая фигурка в латах, косолапая походка, размахивающие пухлые ручки могли кому-то показаться забавными, но вместо этого, едва завидев его, те немногие рыцари, что оказывались в пустых коридорах крепости, спешили убраться с пути, или низко кланялись, стараясь не смотреть в его пылающее гневом лицо.
Генерал прошёл в свои покои и спустился в ту самую коморку, где стояло чёрное зеркало в деревянной раме. Бормоча проклятия, он раскидал в углу старый хлам и достал из-под него тёмную потёртую коробку. Водрузив её на стол, он открыл крышку и заглянул внутрь. В коробке лежал почерневший от времени деревянный кол с расщепленным тупым концом. К колу потрепанной красной ниткой была прикручена полуистлевшая бумажка с пятнами крови, а сбоку торчали два ржавых гвоздя. Юханс аккуратно достал кол и потрогал гвозди. Из чёрного дерева на стол тут же закапала кровь. Удовлетворённо кивнув, генерал снова склонился над планом баркентины, а потом решительно направился к зеркалу.
Откинув вуаль, он уже готов был шагнуть вперёд, как вдруг путь ему преградила высокая фигура. Прямо из зеркала на него смотрел демон. Чуть наклонив на бок голову, Кратегус лукаво улыбнулся и произнёс:
— Мы не договорили, Дирк. Ты не ответил на мой вопрос.
Юханс отшатнулся и, запнувшись за что-то, упал.
Из зеркала выскользнула чёрная тень и распластала свои крылья на стенах и низком потолке.
— Кто помогает тебе, колдун? — прозвучал в каморке злобный голос демона. — Или ты думаешь, что тебе удастся увильнуть от ответа?
— Изыди, Сатана! — закричал Юханс, выронив кол и отползая прочь.
— Моё имя, Кратегус, — напомнил демон из-за его спины.
Генерал с воплем вскочил, наткнулся на стол, метнулся в сторону и ударился плечом о покосившийся шкаф.
— Отвечай, — требовал демон.
Его тень металась по комнате, и какие-то предметы, стоявшие на полках и шкафах, начали падать вниз на Юханса. Он прикрывался руками, двигаясь к выходу. И в этот миг хлам в каморке вспыхнул. Огонь стремительно распространялся по комнате, заполняя всё удушливым дымом. И из этого огня, прямо перед генералом соткалась высокая изящная фигура демона, а дым заструился вокруг, напоминая крылья.
Осознав, что ещё несколько минут, и он сгорит заживо, Юханс начал упорно пробираться к двери, стараясь не глядеть на кружащееся вокруг огненное существо и бормоча:
— Заклинаю тебя, древний змий, именем Судии над живыми и мёртвыми, именем твоего Создателя, Создателя мира, Того, который обладает властью сослать тебя в ад, оставь меня! Заклинаю не своею слабой силой, но Духом Святым…
Он добрался до двери и, распахнув её, вывалился наружу вместе с клубами дыма. Дьявольский смех следовал за ним, а потом раздался звук лопнувшего стекла. Поражённый внезапной догадкой, он обернулся и увидел в конце комнаты пустую деревянную раму, которая с треском развалилась, пожираемая пламенем. Демон продолжал крушить всё вокруг, а Юханс, запинаясь, поднимался по винтовой лестнице.
Выбравшись из коридора, он направился в свой кабинет, но вдруг почувствовал тяжёлый отвратительный запах, и из-за поворота навстречу ему вышел человек, покрытый кровавыми язвами. Он шёл, пошатываясь и стеная, протягивая руки к Юхансу. Тот развернулся и побежал в другую сторону. Но в следующем коридоре, он увидел каких-то людей, лежавших возле стены. Их лица были изуродованы болезнью, и они отчаянно стонали. А когда он проходил мимо них, начали хватать его окровавленными руками за плащ.
 
Едва отбившись, с проклятиями, он, наконец, добрался до своего кабинета. Возле порога лежал распухший труп привратника. Оттолкнув его ногой, Юханс открыл двери и вбежал внутрь. Остановившись на пороге, он отчаянно соображал, что делать, когда сзади раздался треск горящего дерева. Обернувшись, он увидел огненную фигуру демона с чёрными дымными крыльями.
— Ты ответишь мне, — прошипел демон и выбросил вперёд руку.
В тот же миг Юханс ощутил ужасную боль. Взглянув на свои ладони, он увидел, как они покрываются быстро вздувающимися пузырями, которые лопаются. Боль обожгла его лицо и шею. С визгом он бросился назад, за свой стол, но опрокинул кресло и, забившись в угол, прикрылся руками.
Пылающий демон приблизился и навис над ним, распластав свои чёрные крылья. Юханс издал безумный вопль, и в этот миг хлопнула дверь.
В кабинет вошёл Москаленко и посмотрел на покрытого пузырями и язвами генерала.
— В чём твоя сила? — прорычал демон, а потом резко развернулся к Игнату: — Хочешь присоединиться?
Юноша молча смотрел в огненное лицо. Его губы были упрямо сжаты, а глаза полыхали чёрным пламенем. Огонь вдруг опал. Демон в своём вполне человеческом облике и без крыльев стоял перед ним, глядя в глаза, а потом расплывчатой тенью метнулся вокруг и оказался за спиной.
— О, мальчик, — шепнули ему на ухо невидимые губы. — Должно быть тебе очень плохо, если ты совсем не боишься за свою жизнь…
Игнат резко обернулся. Там никого не было. Юханс тихо подвывал в углу. Посмотрев на него, Москаленко убедился, что никаких язв и пузырей на его коже не было. Только смертельная бледность и испарина покрыли его вмиг постаревшее лицо.
Игнат молча поднял с пола кресло, поставил его на место и протянул Юхансу руку, чтоб помочь ему подняться.
Известие о том, что ночью кто-то сбежал из крепости, привело магистра в бешенство. Он вызвал к себе Бризара и приказал расследовать происшествие и доложить результаты.
Бледный, осунувшийся и постаревший за ночь генерал Юханс вызвался участвовать в дознании, и Даниелю пришлось с этим смириться.
Первым и единственным, с кем они говорили на эту тему, был комендант крепости Карнач.
— Нечего расследовать, — проговорил он, когда они явились в его кабинет и обступили с двух сторон. — Я уже всё выяснил. Беглец улетел на катере Адамовича, и помог ему в этом Морган. Сейчас он отсыпается в клетке, а потом можете с ним побеседовать.
Он кратко изложил подробности ночного происшествия, которые ему удалось выяснить.
— А, комендант, — злобно прошипел Юханс, который уже не пытался придать себе вид доброго пастыря. — Наконец-то вы допустили промах, который позволит мне разделаться с вами. Я протащу вас через строй, а потом четвертую в назидание другим. Вашего Валуа я повешу за руки на башне, чтоб к следующему утру он покрылся коркой льда. А Бертье — колесую.
— За что? — поинтересовался Бризар.
— За что? — взорвался Юханс. — Разве не комендант должен следить за тем, чтоб никто не покинул крепость? Разве не должен был капитан внешней охраны проследить, чтоб никто не оставался в ангаре? А Бертье обязан был заблокировать выход из крепости катера!
— Генерал Юханс, — заговорил Карнач, — осмелюсь напомнить, что моя обязанность состоит в обратном, а именно, я обязан следить, чтоб никто не проник в крепость извне. Внутреннюю безопасность и борьбу с дезертирством вы взяли на себя, однако, ночью я не смог вас найти, чтоб доложить о том, что произошло. Капитан внешней охраны никак не может отвечать за охрану ангаров, потому, что это уже внутренняя охрана. Увидев в ангаре постороннего, он велел ему убраться и тот ушёл. Что касается Бертье, то он дежурил на пульте наблюдения, и никоим образом не мог отдавать какие-либо команды на выходные галереи ангаров.