Севера (СИ)

- А его подруга?
- Если честно, я ничего о ней не знаю. Видел мельком, но она тоже кисейной барышней не выглядит. Опять же, если бы он не был в ней уверен, то бросил бы, чтобы она его не тормозила.
- Двадцать километров… Если пойдет вдоль берега, сегодня к вечеру будет где-то неподалеку. А если рискнет срезать угол, пойти напрямую? Получается, ему идти километров сорок с небольшим. То есть завтра к обеду он будет в тридцати километрах впереди нас вниз по течению. Надо срочно готовить группу для перехвата, чтобы завтра с утра вышли. По течению, да с мотором – за пару часов опередят, а потом будут ждать.
- Звучит разумно. Три-четыре человека, думаю, будет вполне достаточно.
В поселке Андрея ждал сюрприз: вернулись Юры. Молодой почти сразу убежал к друзьям, Старый уселся на любимое место – верстак под навесом у склада и уже начал набивать табаком свою трубку. Бородулин подошел, поздоровался.
- Здорово, начальник, - ответствовал Юра.
Андрей уселся рядом, дождался, пока якут закурит. Тут же вспомнил, что запасы «беломора» на исходе, а прочие курильщики уже добивают ящик болгарских сигарет. Морщатся, плюются, ругаются – конечно, это не «винстон» и не «честер» - но курят.
- Скажи, охотник, что ты делать будешь, когда табак выйдет?
Юра затянулся, выпустил клуб дыма.
- Однако, из запаса возьму.
- Ух ты, у тебя и запас есть!
- У каждого запас должен быть, сам ведь знаешь.
- Ну и жук же ты!
Якут только усмехнулся и сделал очередную затяжку.
- Тогда рассказывай, где были, что видели.
- Однако, людей видели.
- Где, сколько? – встрепенулся Андрей.
- Два дня пути вниз по реке. Небольшой склад, шестнадцать человек, студенты с учителем.
Вот так вот, что спросил, то и получил. Не стоит забывать, что собеседник лишь прикидывается темным и необразованным. Кстати, вполне успешно прикидывается.
- И что они планируют делать?
- Однако, сперва поговорить с тобой хотят.
- Ясно, ладно. А что-нибудь странное не видели?
- Ничего не видели, однако. Обычная тайга. Ничего особого.
- Ты, Юра, поглядывай, тут могут быть разные хитрые места. Если такое найти, может быть для всех огромная польза. Я тебе потом дам один шарик, он может показать, где такое место есть.
В ответ раздалось хихиканье.
- Что, начальник, избушку ищешь на курьих ножках? – спросил, просмеявшись, Старый Юра.
- Вроде того, - не принял тона Бородулин. – Должны тут быть особые места, я это наверняка знаю. Если найти такое, можно будет хорошо жить. И получать не только то, что найдешь, но и то, что попросишь. Такая находка будет поважнее, чем тот дом с оружием.
Якут вдруг стал серьезным.
- Хорошо, Андрей Владимирович. Я буду внимательно смотреть. Если что увижу, ты первым узнаешь.
- Договорились. Завтра утром выйти сможем?
- Однако, можно и завтра утром.
Вот и определился состав делегации. Он сам, для переговоров с найденными людьми, потом Михайленко, он хорошо знает в лицо этого неофюрера, ну и в качестве проводников Юры – они теперь всегда ходят парой. Молодой намертво прилип к старому, палкой не отгонишь. Да и старый, судя по всему, доволен: чему-то учит, о чем-то рассказывает. Интересно как это лесная наука вяжется у молодого с тремя курсами физтеха? Да и неплохо было бы поинтересоваться, где учился Старый Юра. Кто знает, может, он кандидат филологии. Бородулин бы не удивился.
Контрразведчик лично опросил всех жителей поселка. Никто шар не видел, а большинство и в крепость никогда не ходили. Единственная зацепка – однажды Зимин, уходя охотиться на правый берег, видел у развалин того кадра, бандитского засланца. Честно говоря, если бы не шар, Андрей не стал бы преследовать беглецов. Без навыков, без специальных знаний в тайге сложно выжить накануне зимы, а уж зимой – и вовсе невозможно. Но давать ублюдку такой шанс было бы полным идиотизмом. Кто знает, найдет он терминал снабжения, закажет там супер-пупер бластер, и пойдет мстить тем, кто посмел сопротивляться. Да и просто не помешает в хозяйстве лишний индикатор. Никто же не ограничил пока количество терминалов в активе группы. Зря, что ли, в коробке было именно три шара, возможно, что все они пойдут в дело. Или, может, для какого-нибудь действия все три нужны. Короче, отпускать мерзавца с шаром нельзя. Экспедиция займет минимум три дня, а, может, и больше. Надо кого-то оставить за себя, чтобы дела не встали. Хотя, вроде, подготовка к зиме почти завершена, еды напасли, дров – тоже, дома построятся, надо только ускорить кирпичное производство, ибо без печей в новых домах жить будет все равно невозможно, да проследить за вывозом оставшихся запасов из бандитской малины. И кандидат на это дело у Андрея был.
  
Дед Уржумов нашелся в лесу, где самолично выбирал деревья под порубку. Увидев Андрея, он коротко распорядился и пошел навстречу «товарищу начальнику».
- Какими судьбами, Андрей Владимирович? – спросил Уржумов, пожимая руку гостю.
- Разговор есть, Борис Тимофеевич.
- Ну коли так, давай поговорим.
Они присели на поваленный ствол поодаль от рубщиков.
- Борис Тимофеевич, - начал Бородулин, - так выходит, что мне придется уехать по делам.
- И надолго?
- Точно еще не знаю, может на пару-тройку дней, а, может, и на пару недель. И дела вынуждают ехать срочно, буквально завтра утром, может даже до света. И все бы ничего, но остаются у меня дела, которые на неделю никак отложить нельзя.
- Это ты про суд?
- Точно. Пора уже что-то с этой парочкой решать. Я-то сам, конечно, уже определился, но тут важно именно общее, народное осуждение. Как для этих двоих, так и для их бывших приятелей.
- И что ты, Андрей Владимирыч, про них решил?
- Надо их посмотреть какое-то время, насколько гнилые людишки. Скажем, с полгода, под предлогом отработки нанесенного ущерба. А там – если окажется, что полное дерьмо – выгнать в тайгу к чертовой бабушке, а если все-таки еще не безнадежны, то предложить присоединиться к коллективу.
- Тут я с тобой, пожалуй, соглашусь.
Уржумов огладил бородищу широкой ладонью.
- И ты, стало быть, хочешь, чтобы я заместо тебя это дело провернул?
- Не только.
- Ишь ты! А чего еще?
- Ты, Борис Тимофеевич, человек серьезный, обстоятельный, люди тебя уважают, даже Зоя, вон, к слову твоему прислушивается. Возьми на себя руководство в поселке, стань, так сказать, гражданской администрацией. Хотя бы на время моих отлучек.
- Ишь ты куда завернул!
Дед покачал головой, нахмурил брови.
- А что ты своих людей на это место не двигаешь? Справные мужики, что Корнев, что Мелинг.
- Они, конечно, люди бывалые, да только, боюсь, не потянут. С работой, скорее всего, справятся, да только не будут их люди так слушать, как тебя.
Уржумов помолчал, что-то прикидывая, потер лоб, еще раз огладил бороду и, наконец, хлопнул себя ладонью по колену.
- Лады, возьмусь. Только ты о том народу самолично объяви, чтобы потом никто отпереться не мог.
- Обязательно объявлю. И тебя во все дела введу.
Мерно скрипели уключины, легко плескалась вода, ударяясь о борт. Было настолько тихо, что отчетливо слышалось, как с весел падают капли воды. Лодка бесшумно скользила вниз по реке, подгоняемая течением. Первый час они шли на моторе, потом заглушили его, чтобы не услышали беглецы, и Бородулин сел на весла. Вещей с собой было немного, основным грузом был бензин на обратную дорогу. Все-таки вверх по течению грести – не самое приятное занятие. Всего в лодке было четверо – Юры, Андрей и Михайленко. Заместитель настоял на своем участии – он один хорошо знал в лицо сбежавшего «фюрера». Бородулин ехал, чтобы заодно поговорить с найденной группой, ну а Юры, ставшие в последнее время практически неразлучными, как обычно - за проводников и разведчиков. Вместо привычной «сайги» Андрею пришлось взять одну из трофейных СВТ – взятые с собой из дома патроны 7.62х39 вышли в ноль. Такая же винтовка была и у Михайленко. Десантники уверяли, что все оружие пристреляно, но опробовать времени не было.