Жека 3 (СИ)
— Эх, не трави, дочка! — горестно вздохнул её отец, Николай Семёныч. — И так уже последнее время как не в себе.
— Всё будет хорошо, папа, не переживай! — улыбнулась красавица. — Мы к этому долго шли.
— Давай-ка, Евгений, остограмься! — поднял рюмку отец Сахара, Александр Иваныч. — А то плакальщики и плакальщицы тут одни собрались. А я рад за Ромку. Мужик захотел, пообещал, и сделал. А родина… Она там, где ты. Да! Где русский человек осядет, там и будет его родина! А берёзками полюбоваться, можно и раз в год приехать, никто слова не скажет!
Однако Сахар всё равно был задумчив. Наверняка думал, что и как тут оставляет. А оставлял он тут родителей, и сестру, причём в достаточно серьёзное время. Походу и решил позвать Жеку, прочитать нотацию напоследок. Еле дождался авторитет, чтоб соблюсти правила приличия, и дать гостю выпить и закусить, а то сразу позвал бы курить.
— Соловей, пойдём-ка посмолим! — позвал он наконец-то.
— Я тоже с вами! — радостно пискнула Сахариха, однако отец её одёрнул.
— Сиди! Успеешь ещё! И вообще, курить — здоровью вредить. Бросала бы ты, Светка!
Сахариха обиженно надулась, и села, демонстративно отвернувшись, сложив руки на груди, и закинув нога на ногу в вызывающей позе. Однако бузить против отца не решилась. Это же не Жека, батя мигом бы по соплям дал, или по жопе ремня.
Вышли в бильярдную, где Сахар любил покидать шары, закурили.
— Ну. Говори, чё хотел, — Сахар выпустил синий дым от «Парламента». — Какие базары хотел перетереть?
— Сейчас тяжёлая экономическая обстановка. Мы решили опрокинуть очередников, а квартиры выставить по рыночной цене. На продажу, — осторожно начал Жека. — Всё равно скоро приватизация жилья будет, и эти квартиры очередники первым делом себе возьмут. А мы строили, правдами и неправдами, чуть не себе в убыток за осень довели строительство до конца.
— А ты не думал о последствиях? — усмехнулся Сахар. — Люди сейчас не дураки. Сразу телегами на тебя органы власти завалят. Тебе это надо? Да и кому ты собрался квартиры продавать? У кого-то есть деньги купить их все по рыночной стоимости?
— Я не знаю, — пожал плечами Жека. — Это будет лучше, чем просто нахаляву отдать то, над чем работал всю осень.
— Отдать… Нахаляву… — передразнил Жеку Сахар. — Ты так и не можешь вырваться из мелкого дерьма, по которому ходишь. Ты смотри на два-три шага вперёд. Можно и отдать. Только тому, кто тебе полезен будет. Ты не видишь, чё настаёт? Придут к тебе 20 ребяток с автоматами, и чё ты? А? Щас самое главное, чтоб было за тебя кому вкупиться, а не копейки сшибить. Чуешь?
— И чё ты предлагаешь? — осторожно спросил Жека.
— Я предлагаю тебе крышу нормальную заиметь, — спокойно сказал Сахар. — Один подъезд отдай очередникам с комбината. Чисто заводчанам. Многодетным, ветеранам, кто там по очереди. 36 квартир отдай, и хер с ними. Освободишься от обязанности по социальному жилью. За тебя завод горой будет. Второй подъезд отдай городу. Иди к Конкину, скажи, пусть очередников из администрации города, МВД и Агентства безопасности продвинет. Будь уверен — хаты там получат те, кому надо. На том стояла Русь, и будет стоять. Тебе останется только открыть в микрорайоне частную лавочку по обслуживанию этого жилого дома, тем более он у вас сейчас, пожалуй что, самый крутой в городе. И бабло стричь уже на квартплате и охране. Вот как дела делают, Соловей… А ты — продам. Кому продашь? Все нищие. А кому надо, и так живут, где надо.
— Над этим стоит подумать, — согласился Жека. — Я думаю, скоро всё строительство сдуется. Тяжко нам будет.
— Именно, Соловей! — сказал Сахар. — Однако вы тему правильную в Еловке замутили. Сейчас самое главное — жратва, вещи первой необходимости. Вот на что будут деньги у людей идти. Но всегда будут те, у кого этих денег дохера. Пока стройуправа окончательно не сдулась, строй гостиницу в Еловке. Вкладываться надо в то, что реальные деньги приносит. В торговлю, в услуги, в продажи. У комбината ещё есть деньги, чтобы достроить 5-ю домну, до лета. Потом вас пнут в задницу, и останетесь вы на пустых щах. Открывай магазин, а ещё лучше торговую фирму. Сейчас компьютеры самая выгодная тема. Но это надо валюту иметь, и специалиста, чтобы шарил во всём этом.
— А чё комбинат-то сдуется? — недоумённо спросил Жека. — Может, ещё чё замутят.
— Слишком много там завязано на сторонниках, — спокойно ответил Сахар. — Вода, свет, газ, руда, уголь, ферросплавы. Вся прибыль будет уходить на это. Плюс налоги и зарплата. Сейчас мировые цены на нефть минимальные. На железо тоже. Так что думай…
— Это всё, что ты хотел сказать?
— Всё, — пожал плечами Сахар. — Тебе мало? Главное я сказал. Я уеду, мне тут нехер больше делать. Это вам ковыряться в этом говне. Сейчас цены отпустили, начнётся гиперинфляция. А у тебя самая невыгодная сфера деятельности. Продать тебе нечего. Купить тоже, чтобы продать. Думай сам.
— Крот с твоим отцом будет работать? Или… С нами? — Жеке даже неловко было спрашивать насчёт этого. И Сахар это знал.
— Естественно, он с батей будет. Но может и с вами. Это как договоритесь. Но платить будете сами. А сейчас всё. Мне пора к родне. Давай, пока. Больше уже не увидимся. Живи, Соловей, и давай жить другим.
Сахар крепко пожал руку Жеке, и пошёл к столу. Тут же вышла Сахариха, за шторой подкарауливавшая, когда брат свинтит.
— Достали уже! — Светка пожала узкими плечиками, достала длинную ментоловую fine 120, прикурила, выпустив дым чуть не в Жеку. — Ну чё?
— Что значит чё? — со смехом спросил Жека, разгоняя дым от подружки. — Ничего. Брательник твой наставление давал. По делам. И вроде бы, они здравыми выглядят.
— Да… Хорошо им… — мечтательно сказала Сахариха. — Будут в океане купаться. Они во Флориду переезжают. И знаешь что?
— Что? — заинтересованно спросил Жека.
— Я тоже туда хочу! — заныла Сахариха. — Это так круто!
— Круто! — заметил Жека. — Но чтоб на ю эс эй деньги надыбать, надо тут крутануться.
— Так мы крутанёмся! — заверила Сахариха. — Будем пирожки печь на лыжной базе, даже?
— Ага, — согласился Жека. — Ладно. Ты домой? Кстати, кто у вас там жить будет?
— Я буду жить! — уверенно сказала Сахариха. — Папа с мамой будут тут! Им Рома свой особняк подарил!
— Так тебе только 16! — не поверил Жека. — Как ты будешь одна?
— И чё? — пренебрежительно махнула рукой Сахариха. — Справлюсь! Мне пофиг! Ну а здесь где я буду жить? Как на учёбу ездить? Не, так не получится.
Сахариха решила ехать домой с Жекой. Вышли, сели в «Волгу». Сахариха не стала садиться впереди, как она любила. Прижалась у Жеке на заднем сиденье, смотрела по сторонам, и такая эта поза наивная и притягательная была, что Жека покрепче обнял подружку, да и так и доехали до её дома.
— Готовь ужин, вечером в гости приду, — рассмеялся Жека. — А щас прогуляюсь до кооператива. С пацанами потрещать надо.
Отпустив Романыча домой, зашёл в контору. Это уже как обычай был — после работы в АО ССМФ заходил в головной офис, и рассказывал, как день прошёл, какие проблемы возникли. Вот и сейчас, решил обсказать всё, что говорил Сахар. Все его предложения казались разумными. Что дальше делать, Жека и в самом деле не знал. Начиная с декабря месяца, новых заказчиков не было. Всё строительство в стране умерло. Стройуправу выручал только металлургический комбинат. Он единственный островок стабильности остался посреди моря хаоса. Деньги с него за ремонт печи пока шли. Но этого было до крайности мало. Половина управления сидело без работы, а зарплату платить им требовалось. А с сентября месяца ещё надо было индексировать. Если не на всю величину инфляции, то покрывать хоть какую-то часть. И предстояло искать новые источники финансирования. Но как их найти, когда люди давятся за хлебом?
Глава 2
Ужин у Сахарихи
— Рассказывай, чё как. Будешь? — Славян потряс бутылкой коньяка, и получив согласие Жеки, напузырил рюмочку.