Неукротимый: возрождение (ЛП)

— Ты ранена, — настаивала Линг, распахивая пассажирскую дверь. Все произошло так быстро, что у меня не было времени среагировать. В одну секунду я была в сознании, а в следующее мгновение — нет. Я боролась с этим. Боже. Я боролась так упорно, но поскольку она продолжала бить меня электрошоком, я проиграла битву.
И когда темнота поглотила меня, я услышала, как она произнесла:
— Видишь? Совсем не в порядке.
Линг
Внутренне злорадствуя, я наблюдала, как тело молодой женщины сотрясается с силой в пятьдесят тысяч вольт. Я с радостью наблюдала, как ее глаза закатились к затылку, и она затряслась, как будто ее ударило током, потому что, ну, так оно и было. Я приставила электрошокер к ее животу и восхищалась тем, как она судорожно вздрагивает. Когда у нее пошла пена изо рта, я неохотно остановилась.
Я не хотела ее убивать. Просто хотела, чтобы она страдала. И страдать она будет, когда наконец очнется и обнаружит, что ее подопечного вырвали из-под безопасности ее стального крыла.
Молли будет страдать.
Они все будут страдать.
У меня были планы на этого маленького мальчика, этого прекрасного маленького мальчика, чьи родители были парой гребаных придурков. Эгоистичных, поглощенных собой придурков.
Моя усмешка была скрыта под каменным выражением лица.
О, да.
Я причиню им боль самым жестоким образом.
— Помогите! — закричала я так громко, как только могла, привлекая внимание прохожих.
Мои глаза расширились, я бросилась к нескольким людям, окружившим место происшествия.
— Кто-нибудь, помогите! — я положил руки на мужчину, крепко сжала его рубашку и пробормотала: — Я знаю эту женщину. Вызовите скорую!
Мужчина уже достал свой телефон, набирая номер, и я внутренне ухмыльнулась, но бросилась обратно к машине и крикнула в окно:
— Молли? Ты слышишь меня, Молли? — я громко задышала для пущей убедительности, затем неуверенно произнесла: — С тобой все будет в порядке.
Выдавив слезы из глаз, я заставила губы дрожать, когда крикнула, ни к кому конкретно не обращаясь:
— Кто-нибудь, помогите моей подруге!
Вокруг машины собралась небольшая толпа, и, открыв заднюю дверь, я протянула руку маленькому мальчику, которого полюбила еще до того, как он появился на свет.
— Иди ко мне, ЭйДжей.
Но он просто продолжил сидеть, наблюдая за мной широко раскрытыми глазами. Он был в ужасе, и мне это не понравилось. Совсем нет.
— Я знаю твоих родителей, милый, — сказала я ему. — Пойдем со мной. Я отвезу тебя домой.
Когда его взгляд остановился на затылке его опекунши, он повернулся ко мне и произнес:
— С Молли все в порядке?
Кому какое дело?
— Да, милый. С ней все будет в порядке. Она просто упала в обморок, вот и все.
Он колебался, глядя вниз на мою руку.
Иди ко мне.
— Иди сюда. — Мой голос был низким, повелительным, и когда я увидела, как он откинулся на спинку сиденья, подальше от меня, я внутренне сделала себе выговор. — Разве ты не хочешь вернуться домой к своей мамочке, Алексе? Или твоему папе?
Иди ко мне, мой малыш.
Маленький мальчик медленно, осторожно кивнул, и я мягко улыбнулась.
— Пойдем со мной, милый. — Он вложил свою руку в мою, и у меня внутри все сжалось. Я не знала, что задерживаю дыхание, пока не сделала прерывистый выдох.
Он пришел.
Он пришел ко мне добровольно.
Моя душа болела.
Насколько плохим человеком я могла бы быть, если бы эта милая душа не пришла ко мне свободно?
Этот ребенок станет моим искуплением. Он станет моим шансом на лучшую жизнь.
Мягким, как шепот, тоном я сказала:
— Давай отвезем тебя домой.
Когда он позволил мне вытащить его из машины, я подняла его на руки, и когда я посадила его к себе на бедро, мои губы начали дрожать. Я обняла его и прижала к себе.
Это чувство… о Боже.
В этот момент мое сердцебиение замедлилось.
Ощущение, когда ты впервые держишь своего ребенка на руках, было просто потрясающим.
— О, черт, — прошептала я, прижимаясь губами к его голове. Впервые в своей жизни я почувствовала, что мое сердце может просто разорваться от переполнения. Мои глаза закрылись от явной силы эмоций, которые я испытала прямо тогда. Было трудно дышать из-за комка в горле.
 
Крепко прижимая к себе сына, я прошла мимо толпы, и когда меня заметили, какой-то мужчина крикнул:
— Эй! Куда Вы его забираете?
Я не потрудилась ответить.
Родная мать не защищала бы его так, как я защищу его, даже от его собственных родителей.
Я прошла небольшое расстояние до своего черного «Мерседеса» и посадила своего маленького мужчину на заднее сиденье, пристегнула его и нежно провела рукой по его лицу. Скользнув на водительское сиденье и включив зажигание, я ехала и ехала, и не уверена, сколько прошло времени, прежде чем грустный маленький мальчик на заднем сиденье неуверенно произнес:
— Я хочу к своей маме.
— Милый. — Мой лоб нахмурился, когда я посмотрела в зеркало заднего вида. — Не грусти. — Я не сводила с него улыбающихся глаз, раскрывая свой маленький секрет. — Теперь я твоя мамочка.
Твитч
У меня в кармане зажужжал телефон, и я вытащил его, ставя кружку с кофе на стол. Я посмотрел на экран и ответил.
— Что случилось?
— Молли подала сигнал бедствия, — сказал Хэппи.
Он был на громкой связи в машине. Он был за рулем, и когда я услышал, как вокруг него сигналят машины, я понял, что он ехал быстро.
Не теряя ни секунды, я выскочил из дома.
— Где?
— Улица перед школой.
Я уже был в своей машине, и когда я включил зажигание, то увидел, как Лекси выбежала из дома босиком, ее глаза вопросительно расширились. У меня не было времени остановиться. Я выехал с подъездной дорожки так быстро, что шины забуксовали.
Моя грудь колотилась, пока я ехал к школе.
И впервые в своей жизни я помолился Богу, в которого не верил, чтобы это было всего лишь предостережением.
Я прибыл на место, где царил хаос. Машина Молли дымилась под капотом, все двери были открыты, и я никого не мог разглядеть внутри. Машина стояла неподвижно на тротуаре, длинный след заноса вел к тому месту, где она остановилась. Хэппи разговаривал с парамедиком, и когда он согнулся пополам, обхватив голову руками, я остановился на полпути.
Мое сердце перестало биться.
Тяжесть в моей груди придавила меня к земле. Я не мог пошевелиться.
Хэппи выпрямился. Он заметил меня и начал подходить, но я отступил назад, подальше от него. Он продолжал приближаться, и в тот момент, когда достиг меня, он положил руки мне на плечи.
Я отмахнулся от него.
— Где он?
— Молли в плохой форме. Она едва дышит. Они везут ее в…
Прямо сейчас мне было плевать на Молли.
— Где он?
— …в больницу.
Внезапно разозлившись, я выдохнул:
— Где он?
Хэппи провел языком по нижней губе и упер руки в бедра.
— Свидетель сказал, что она столкнула их с дороги. Вышла из машины и проделала довольно хорошую работу, убедив толпу в том, что она была другом. — Он многозначительно посмотрел на меня. — Что позволило ей подобраться ближе.
Мои глаза вспыхнули. Надавив ему на грудь, я крепко сжал его рубашку и скривил губы, зловеще произнеся:
— Клянусь Богом, брат…
Хэппи не дрогнул, когда произнес слова, от которых у меня голова пошла кругом. Он сказал это тихо и несчастно.
— Он ушел, Твитч. — Я толкнул его и наблюдал, как он споткнулся. — Она забрала его.
Бл*дь.
У меня закружилась голова.
Дерьмо.
Мое сердце разбилось.
Нет. Нет. Нет, нет, нет.
Этого не было на самом деле.
Бесцельно блуждая, я поднес руки к макушке и посмотрел в никуда.
Я хотел обвинить Линг, но правда заставила мою грудь сжаться.
Это была моя вина.
Лекси
Звук подъезжающей машины заставил меня выйти ему навстречу, мое горло сжалось. Когда Твитч вышел из машины, его глаза были мрачными, он избегал моего взгляда, мое дыхание стало поверхностным.