Неукротимый: возрождение (ЛП)

Мы были двумя женщинами, случайно сведенными вместе, разделенными расстоянием, и я ненавидела то, что теперь она была через океан от меня. Я действительно чувствовала, что она была моим самым большим союзником на данный момент.
Каждый раз, когда я разговаривала с Никки, она постоянно спрашивала о том, как идут дела с Твитчем, когда дела совсем не шли. Всякий раз, когда мне удавалось поймать Дэйва, он прямо спрашивал, когда Твитч снова уйдет, и это почти ломало меня, потому что в действительности он спрашивал только о том, о чем я на самом деле думала сама. Когда я разговаривала с Юлием, он вообще отказывался говорить о Твитче, а Ана вряд ли была хорошей собеседницей. Мне еще предстояло поговорить с Хэппи, и чем больше времени проходило, тем больше это походило на растущую стену между нами.
Вряд ли было справедливо постоянно контактировать с Твитчем, в то время как я не могла найти ни слова для человека, которого я назвала бы своей опорой, когда все пошло наперекосяк.
Я решила, что пришло время возобновить старые традиции.
Сегодня вечером мы поужинаем вместе, всей семьей. Только сегодня вечером мы бы установили дополнительное правило и постарались, чтобы никто не получил серьезных травм.
ДА. Это определенно было нашей целью. Чтобы никто не ушел, истекая кровью.
Я проверила духовку, и запах, доносившийся из нее, был божественным. С улыбкой я принялась за приготовление ньокки. Это было нетрудно, когда ты знал, что делаешь, и я научилась готовить это много лет назад, больше не нуждаясь в рецепте. Я все еще готовила, когда раздался звонок в дверь, и когда я открыла ее, высокий светловолосый мужчина, стоявший там, улыбнулся мне почти печально.
Положив руки на бедра, я сказала:
— Дэвид Аллен, иди сюда прямо сейчас.
Дэйву не нужно было повторять дважды. Он обнял меня, и я закрыла глаза, до этого момента не осознавая, как сильно я скучала по своему другу. Когда он отстранился, вид у него был мрачный.
— Мне жаль, что я не был на связи.
Я закатила глаза.
— Не начинай. Я знаю, что это было нелегко для тебя.
Дейв нахмурился.
— Не делай этого, Лекс. Не оправдывайся передо мной. Да, я испытал шок, но твой шок был намного сильнее моего, а я потерял фокус. Мне очень жаль.
Я не сказала ему, что мне на самом деле было проще, когда никто не вмешивался в мои дела. Вместо этого я улыбнулась и заявила:
— Извинения приняты. — Я повернулась и направилась обратно на кухню, а он последовал за мной. — Итак, расскажи мне, что происходит. Как обстоят дела с Хэппи?
— Не очень хорошо. Но мы, э-э… — Дейв издал горловой звук. — Разговариваем.
Я бегло говорила на языке Дейва. Они не разговаривали. Они трахались.
Мою усмешку было трудно скрыть.
— Что ж, это хорошо. Не так ли?
Дэйв пододвинул стул, когда я принялась за ньокки.
— Наверное. Мне нелегко с этим смириться, Лекс. — Он глубоко и низко вздохнул. — У меня уже есть проблемы с доверием. Это просто потрясло меня.
Я знаю, что он имел в виду.
— Да. Я это понимаю.
Услышав мой мрачный ответ, Дейв сосредоточился на мне.
— Как у тебя дела?
— Я делаю все, что в моих силах в данных обстоятельствах. — Я бросила на него взгляд широко раскрытых глаз. — Не думаю, что соответствую требованиям по росту для этих эмоциональных американских горок.
— Ну, все, что я могу сказать, это то, что надеюсь, ты чему-то научилась из всего этого, потому что…
Входная дверь открылась, и вошла Молли, а за ней ЭйДжей.
Твитч плелся следом.
В ту же секунду, как Дейв увидел Твитча, он встал с выражением чистого недоверия.
— Ты серьезно, Лекс? — пробормотал он: — Черт возьми, ты сейчас не можешь быть серьезной. — Его руки дрожали. — Неужели ты ничему не научилась? Разве ты не видишь, что он делает? — Моя шея начала краснеть, и я была рада, что Молли была достаточно умна, чтобы прочитать знаки и отвести ЭйДжея в его комнату, пока Дэйв выходил из себя. — Достаточно того, что он живет через дорогу. — Его лицо было напряженным. — Я в шоке от тебя. Не думал, что ты настолько глупа, чтобы впустить его в свой дом!
 
Я точно видела момент, когда Твитч перешел от легкой взвинченности к чистой ярости. Он сделал угрожающий шаг вперед.
— Какого хрена ты только что сказал? — потом еще один шаг. — Уверен, что ты только что не назвал мою женщину глупой, Дейв.
Но Дэйв чувствовал себя храбрым.
— Твою женщину. — Он невесело рассмеялся, затем посмотрел на меня. — Его женщину? Это было быстро, Лекс. Мило.
О, нет.
Мои планы быстро летели коту под хвост. Кто-то пострадает, если я ничего не сделаю.
— Ты кусок дерьма, — сказал Твитч тихо. — Ты собираешься уйти и сделаешь это сейчас. — Его глаза потемнели. — Прежде чем я, бл*дь, заставлю тебя.
— Прекратите. — Мой голос дрожал.
Дэйв усмехнулся.
— Ты собираешься заставить меня? — после минутного молчания он прогремел: — Кто ты, черт возьми, такой, чтобы приходить в этот дом и угрожать? Ты причинил боль Лекси. Ты причинил ей непоправимую боль. В отличие от тебя я люблю эту женщину. Видишь, Твитч, это то, что ты делаешь, когда любишь кого-то. Ты говоришь им то, что они не хотят слышать, потому что это правильно. Ты обращаешься с ними так, как они того заслуживают. Ты остаешься здесь.
Мое сердце бешено заколотилось. Напряжение было достаточно сильным, чтобы его можно было разрезать ножом.
При виде убийственного выражения лица Твитча все мое тело замерло.
— Думаешь, я не хотел быть здесь с моей девочкой и моим гребаным сыном? — Твитч говорил тихо. — Думаешь, я хотел провести последние пять лет, спя под мостами, на вокзалах, без единого гребаного цента на свое имя, потому что я больше не мог претендовать на это имя? — он сделал еще один шаг, и у меня внутри все сжалось от его слов. — Что? Думаешь, я трахался, развлекался, отдыхал на Ибице? Позволь мне кое-что сказать тебе, дружище. Телкам не нравятся бездомные парни. — Его губы сжались. — О, да. Гламурная жизнь. У тебя есть мой номер, Дейв.
У меня заныло сердце.
О, как это было больно.
Услышав все это, что-то произошло со мной, с моей душой. Маленький осколок моего разбитого сердца начал восстанавливаться.
Мое сердце бросило на меня серьезный взгляд: «Я же говорило тебе, что он не сделал бы то, что сделал, без причины».
Мой мозг закатил глаза: «Если ты ему веришь, то ты тупица. Не позволяй одной и той же змее укусить тебя дважды».
Находясь в состоянии войны с самой собой, я приняла решение. Избежать этого было невозможно. Нам с Твитчем давно пора было поговорить.
Дэйв немного потерял самообладание, но его челюсть была плотно сжата, когда он произнес:
— Ты задолжал нам объяснения. Где ты был все это время?
При этих словах Твитч потерял самообладание. Его глаза вспыхнули.
— Я ни хрена тебе не должен, ублюдок. — Затем его брови опустились. — Единственный человек, с которым мне нужно поговорить об этом, это Ангел, стоящая прямо там. — Он дернул подбородком в мою сторону. — И она не готова к этому, поэтому я делаю то, что делаю редко. — Он многозначительно посмотрел на меня. — Я жду.
Твитч не был терпеливым человеком. Он был навязчивым и имел проблемы с контролем. Тот факт, что он проявлял сдержанность… это было монументально.
Кто был этот человек и что он сделал с опрометчивым, эгоистичным и беспечным человеком, которого я знала давным-давно?
Твитч произнес эти слова так, словно это был его дом и он имел на это право.
— У тебя есть два варианта, Дэйв. Ты можешь уйти, поджав хвост и засунув мою ногу себе в задницу, — предложил он. — Или ты можешь заткнуться, извиниться и съесть еду, которую готовит моя девочка. — Он оглядел Дейва с ног до головы, оценивая его. — На твоем месте я бы выбрал второй вариант. Прошло много времени, и я жажду драки.
Не дожидаясь ответа, Твитч пошел по коридору в поисках своего сына.
Прошло много времени, прежде чем Дейв заговорил снова, прочистив горло.