Неукротимый: возрождение (ЛП)

— Остановись, — и на этот раз я не шутила.
Твитч нахмурился, глядя на меня сверху вниз, выглядя слегка раздраженным, но он закрыл глаза, делая глубокий вдох. Когда он наклонился и обхватил пальцами свой обтянутый джинсовой тканью член, крепко сжимая его, я подумала, что упаду на колени и буду умолять его накормить меня.
К счастью, я запыхалась и на мгновение потеряла дар речи.
Мои глаза были прикованы к этим ловким пальцам, массирующим его твердую длину. Следующие слова, которые он произнес, были предупреждением.
— Если ты продолжишь смотреть на меня, как на закуску, я поставлю тебя на колени. — Когда я подняла голову, его пристальный взгляд из-под прикрытых век поймал меня в ловушку. — И когда я скажу тебе отсосать мой член, ты будешь делать то, что тебе говорят, Ангел.
Он бросил тебя.
Он оставил своего сына.
Он эгоистичен, социопат, который не знает, как любить. Он поврежден, и он оставил тебя сломленной. Никогда не забывай об этом.
Мой взгляд был твердым, я встретила его взгляд и сказала ему:
— Я не принадлежу тебе. — Я покачала головой. — Больше нет.
Он даже не вздрогнул.
— Да, ты принадлежишь. — Его высокомерие сводило с ума. — Тот факт, что ты почувствовала необходимость озвучить это, говорит мне о том, насколько сильно я владею тобой. Я знаю, что ты хочешь меня, но ты злишься, и это справедливо, поэтому ты не позволяешь себе получить то, чего действительно хочешь. И ты можешь бороться со мной, детка. Ты же знаешь, что мне это нравится. Но когда всего этого станет слишком много и ты будешь нуждаться во мне так же сильно, как я нуждаюсь в тебе, ты просто должна сделать одну вещь. — Он отступил назад, подальше от меня, и я сразу почувствовала потерю. — Оставь свет включенным.
Я нахмурила брови.
Оставить включенным свет?
Твитч сделал еще один шаг назад, и мне потребовалась каждая унция силы, чтобы не последовать за ним.
— Мы возродим то, что потеряли, и все пойдет хорошо, а потом мы поговорим… — эти мягкие карие глаза остановились на моих сиськах, и, клянусь, они на мгновение вспыхнули, — … о твоих красивых лифчиках и для кого ты их носишь.
И я смотрела, открыв рот, как Твитч прошел по коридору и вышел из моего дома.
***
Линг
Встреча прошла так хорошо, как только могла, учитывая, что в этой самой комнате у меня было бесчисленное количество врагов. В любой момент любой из этих ублюдков может поднять свой пистолет и пристрелить меня. Беспокоило ли меня это?
Нет.
На самом деле, чувствуя то, что я ощущала сейчас, глядя через всю комнату на красивого турка, все, чего я желала, это чтобы кто-нибудь сделал это и освободил несчастную суку.
Аслан Садык был болезнью, и я заразилась, сильно. У меня были все симптомы. Недостаток сна, почти отсутствие аппетита, раздражительность и тяжесть в груди.
Я скривила губы, наблюдая, как он смеется во время разговора с Титусом Окойе, недавно приехавшим либерийским торговцем оружием.
Я чертовски ненавидела его.
Поэтому, когда Элиас Муньос, слишком-молодой-чтобы-выглядеть-так-будто-он-может-быть-лидером, американо-аргентинский босс «Лос-Гатос Негрос» подошел, чтобы сесть рядом со мной, я моргнула, глядя на него.
— Ты что, заблудился?
Элиас ухмыльнулся моему отношению.
— Мне показалось, что тебе нужна компания.
Я преувеличенно усмехнулась.
— Элиас, у меня никогда не бывает недостатка в компании, когда я этого хочу. — Мои глаза тлели на его промежности, и я демонстративно облизала свои вишнево-красные губы, прежде чем наклониться. — Здесь где-нибудь есть ванная, куда мы могли бы ускользнуть?
Элиас был нейтрален. Траханье с ним не причинило бы мне никакого вреда, потому что мы не имели ничего общего друг с другом. Наши границы не соприкасались, и наши мужчины редко вступали в контакт, но когда они это делали, никаких проблем не возникало. И хотя он выглядел искушенным, он протянул руку, чтобы провести большим пальцем по моей челюсти, и сказал:
— Я слышал о тебе, Линг, о том, что тебе нравится. — Он покачал головой, двигаясь, чтобы отстраниться. — Я этим не увлекаюсь.
 
Прежде чем он успел убежать от меня, я взяла эту большую руку и держала ее в своей, играя с его длинными пальцами.
— Мои вкусы разнообразны, Элиас. Я в некотором роде хамелеон. Могу быть тем, кем ты захочешь, чтобы я была. — Я игриво улыбнулась. — Мне просто нужно, чтобы ты ударил меня по губам, чтобы я могла кончить, вот и все.
Элиас долго смотрел на меня, моргая, прежде чем его губа дернулась. Затем, когда он откинул голову назад и громко рассмеялся, я поняла, что достигла своей цели. Боковым зрением я видела, что турок наблюдает за мной, и мне потребовались все силы, чтобы не смотреть на него, открыто насмехаясь над ним.
Пошел ты, Ас. Думаешь, ты особенный? Ты мне не нужен.
Я не слышала, как подошел Лука Павлович, но когда он навис надо мной, он выглядел разъяренным.
— Я знаю, что ты сделала, курва.
Мои глаза сузились, глядя на него.
— Прошу прощения?
Его губы скривились.
— Мы все знаем, что ты сделала, драконья шлюха. С Юлием. С его женой. — Когда он наклонился к моему лицу, моей первой реакцией было выцарапать ему глаза. Но я сохранила видимость спокойствия. — Если бы это не была нейтральная территория, я бы прикончил тебя прямо здесь, где ты сидишь. — Он сделал вид, что оглядывает меня с ног до головы. — У тебя нет друга во всем этом мире, Линг, особенно в этой комнате, так почему бы тебе просто не взять свою тощую маленькую задницу и не сброситься с обрыва?
Лука был уважаемым человеком. Так называемый Король в этих краях. Хорват твердо выдержал мой взгляд, и ощутимая тишина наполнила комнату. Дурное предчувствие, которое я испытывала, придавило меня к этому месту, и когда я оглянулась на окружавших меня мужчин, то обнаружила, что ни один из них не желает выйти вперед и встать рядом со мной. Даже прекрасный турок.
Это был мой сигнал для того, чтобы уйти.
Хотя мое сердце бешено колотилось, я повернулась к Элиасу.
— Хочешь пойти со мной домой? Обещаю, что буду нежна.
Но, как я и предполагала, Элиас медленно покачал головой.
— Нет, спасибо.
Я недовольно поджала губы.
— А как насчет тебя, Лука? — я сделала шаг вперед и осторожно коснулась его галстука. — Я позволю тебе наказать меня.
Выражение лица Луки стало раздраженным. Его голос был низким, он говорил сквозь стиснутые зубы.
— Я никогда раньше не бил женщину, но для тебя сегодня я мог бы сделать гребаное исключение. Ты вызываешь у меня отвращение.
От его безудержного гнева мои глаза вспыхнули.
— О, Лука. Не дразни меня, детка. Я уже промокла насквозь. — Я взяла его руку и поднесла к подолу своего платья. — Хочешь пощупать?
Когда он отдернул руку, я звонко рассмеялась, а затем оглядела все лица, окружавшие меня.
— Даже не пытайтесь это сделать. Каждый из вас устранял проблемы, если они появлялись, даже Юлий, мой старый друг. Так что набрасывайтесь на меня, если вам это нужно, но не выставляйте себя святошами. Я сделала то, что должна была, чтобы стать той, кем являюсь сегодня, и должна сказать… — мои глаза сузились, — … вид совсем не такой, как было обещано в брошюре.
Пристально глядя на каждого из них, я встала со своего места и, поддерживая зрительный контакт, вышла из комнаты. Когда я выходила, мой взгляд остановился на Аслане, и когда он отвернулся, я победно ухмыльнулась. Но когда скрылась из виду, я достала свой сотовый и набрала номер, на ходу прижимая телефон к уху.
Напряжение росло, и мне нужно было взять себя в руки.
  
Глава 16
 
Лекси
Мне было грустно. Прощаться с Амандой оказалось труднее, чем я думала, учитывая, что мы только что встретились. Мы провели ужасно много времени обнимаясь, и она сказала, что скоро вернется, может быть, со своим отцом. Я пообещала поддерживать с ней связь и присылать ей последние новости о ее племяннике. А она обещала прислать мне видео, где ее муж говорит со своим сексуальным акцентом.