Осторожно! Психопат в клане! Том 2 (СИ)

Последнее звено зелёной психо-цепи покинуло тело Шнейдера и влетело в мою левую руку. Мой магический движок преобразовался в совершенный сосуд магии разума. Тело гудело от переполнявшей его маны. Их ладоней свисало сразу две психо-цепи готовых к бою.
— Нет! — истошно вопил Шнейдер. — НЕТ!
Он бросился на меня с кулаками. Из глаз Шнейдера струились слёзы отчаяния. От очков осталась одна лишь оправа, а осколки линз исцарапали лицо. В его теле не осталось ничего, кроме жалкой антимагии.
— Я просто хотел стать магом! — кричал он, размахивая кулаками перед моим лицом. — Я просто хотел стать таким же, как все! Хотел превзойти их. Доказать, что я — лучший!
Я уклонился от размашистого удара врага, схватил с земли кинжал одного из убитых ассасинов. Извернулся и вонзил лезвие прямо в сердце Андрея Шнейдера.
Ножевое ранение в грудь. Он умер почти моментально. Но времени осознать произошедшее ему хватило. За считанные секунды в его голове пролетели сотни мыслей. И я мог их слышать.
«Это ж надо — помереть от рук самого себя…»
Да. Я понимаю тебя, Шнейдер. Очень хорошо понимаю.
Он упал на холодную землю. Асфальт побагровел от растекающейся по нему крови.
Шнейдер попытался сделать последний вдох, почувствовал жуткий холод и понял, что последний вдох уже был — больше не будет.
«Эх, а всё-таки, оглядываясь назад — на свою жизнь, как же, твою мать, обидно — умирать. Эти тридцать пять лет я всё равно толком не жил», — услышал я его мысли.
Сознание Шнейдера погрузилось в густую непроглядную тьму.
— Прощай, — сказал ему я. — Может, судьба предоставит тебе шанс, как и мне, прожить эту жизнь иначе. В другом мире. Потому что в этом ты нам больше не нужен.
В этот момент я были разорваны все цепи, что связывали меня с прошлым. Почему-то, когда нож пронзил сердце Шнейдера, я окончательно перестал ассоциировать себя с ним.
Вот теперь я точно на месте. В своём мире. У себя дома. И имя мне — Александр Перекрёстов.
* * *
Две недели спустя.
— Властью, данной мне императором Российской империи Николаем Третьим Романовым, — торжественно произнёс глава Центрального района Григорий Дмитриевич Рассветов. — Александр Анатольевич Перекрёстов отныне получает титул Светлейшего Князя, что будет властен над Северо-Западным регионом, и над городом Санкт-Петербургом.
Новый зал суда заполнили аплодисменты. Решение было единогласным. Никто не стал оспаривать, что после всего, что мне пришлось сделать для города, моя кандидатура не может подвергнуться сомнениям.
Однако я считал иначе.
— Благодарю всех присутствующих, — сказал я. — Но этим титулом я собираюсь владеть совсем недолго. У меня возникли другие планы. В скором времени я передам его другому человеку.
В зале воцарилась гробовая тишина.
— Вы… — замялся Рассветов. — Вы уверены в этом, Светлейший Князь? После стольких лет вражды в городе наконец появился человек, который сможет всех объединить. Человек, у которого достаточно силы и власти.
— Чересчур много силы и власти для этого титула, Григорий Дмитриевич, — сказал я. — Я обсужу этот вопрос с императором лично. Но пока я намерен решить другой вопрос. Куда более важный.
— Какой вопрос может быть важнее титула Светлейшего Князя? — удивился Рассветов.
— Внутри моего магического движка огромное количество душ. Тех, что поглотил я. И тех, что поглотил Шнейдер. Среди них много мерзавцев, но и хороших людей немало. Я хотел бы их отпустить.
— Всё ещё не понимаю, — засомневался Рассветов. — Что вы подразумеваете, Светлейший Князь? Вы хотите отпустить их души в мир иной?
— Нет, — улыбнулся я. — В наш мир.
У меня созрел план. Я понял, что могу сделать это ещё в тот момент, когда поглотил душу Арсения Черногорова — теневого правителя Санкт-Петербурга. Если я объединю его способность искусственно создавать людей с некромантией Войцеховского и лекарской силой Алексей Меншикова… останется лишь добавить мою магию разума и переместить душу из движка в новый сосуд.
 
Таким образом я смогу вернуть к жизни тех, кого когда-то поглотил.
Я понимал, что меня может настигнуть та же судьба, что и Черногорова. Местная церковь всполошится из-за того, что я воскрешаю людей. Причём по-настоящему, а не как жалкий некромантишка.
Но мне наплевать. Я верну всех, кого считаю нужным, а после разберусь со всеми, кто со мной не согласен.
— Ты уверен, что готов пойти на такой риск? — спросила душа Черногорова. — Я просидел нулевой камере тюрьмы для особо опасных магов всю жизнь из-за более мелкой выходки. Кажется, у нас с тобой был совсем другой уговор.
— Знаю, Черногоров, — ответил я. — Ты хотел править через меня Санкт-Петербургом. Но ты получишь свою власть. Останешься серым кардиналом, просто другим путём. Обещания я держу всегда.
И сразу после окончания заседания Высшего Совета я приступил к делу.
Шнейдер поглотил огромное количество мирных жителей, которые даже не были магами. Я вернул их всех. Сотни погибших вернулись к своим семьям.
Благо, запас маны у меня был столь велик, что я мог без отдыха продолжать задуманное. Дальше было труднее. В моём движке было огромное количество врагов. Я вернул к жизни лишь некоторых. Только тех, кто действовал не по собственной воле. В основном это были взятые под контроль Шнейдером лидеры кланов.
Я потратил на воскрешение павших больше суток. И затем остались самые главные. Самые важные для меня души.
Я вошёл в особняк Меншиковых, где собрались остатки Московского клана. Выжившие праздновали появление Светлейшего Князя вовсю. Однако я принёс им куда больше хороших новостей, чем они думали.
— Саня! — воскликнул Володя Орлов и тут же подскочил ко мне. — Вернее… Кхем-кхем. Ваше Высочество!
— Да иди ты, Володь, — усмехнулся я. — Уж после всего, что мы вместе пережили, можно обойтись и без этих титулов. Тем более, как я и сказал, титул временный.
— Да почему он временный⁈ — вмешалась Сусликова. — Ты его заслужил!
— Скоро поймёте, — коротко ответил я. — Давайте-ка лучше накормим и напоим опоздавших на наш праздник. Они ждут снаружи.
— Опоздавших? — озадачился молодой Князь Сергей Меншиков. — Членов Московского клана после войны можно по пальцам пересчитать. И все они здесь. О ком ты говоришь?
— Ребята! — крикнул я. — Заходите.
Входная дверь отворилась, и первым в дверях появился Евгений Гаврилов. Володька упал на колени, увидев перед собой павшего друга.
— Чего уставились ребят? — рассмеялся Гаврилов. — Смотрите, у меня даже волосы выросли после воскрешения!
— Женька! — хором закричали Володя и Настасья.
Старые соратники налетели на Гаврилова и чуть не сбили его с ног. Следом в зал вошёл Владислав Островский. Его акулья сила хорошо помогала мне, но я с радостью избавился от неё, чтобы воскресить павшего воина. Второй отряд встретил давно ушедшего товарища истошными воплями ликования.
Но больше в зал никто не вошёл. Я заметил искорку надежды в глазах Сергея Меншикова.
— Это всё, — сказал я. — Прости, Сергей. Беркутов, Салтыков и твой отец не захотели возвращаться. Они приняли решение остаться в моём магическом движке. У нас с ними ещё большие планы.
— Понимаю, — с сожалением кивнул Сергей. — Должно быть отцу и не суждено вернуться после того, что с ним сделал Шнейдер.
— Ты прав, — подтвердил я. — Ему насильно вживили магию разума, и вне моего движка твоей отец существовать не сможет. Однако он просил передать тебе, Сергей, что его время прошло. Настал твой черёд вести клан.
На глазах Сергея выступили мелкие слёзы.
Я не лгал. Всё так и было. Салтыков остался в моём движке, поскольку решил, что его хочет понаблюдать за миром моим глазами. Его жизнь была достаточно долгой. Старик не жалел ни о чём.
Виталий Фёдорович Беркутов остался по другой причине. В моём магическом движке он встретил своего настоящего сына, который не мог выйти наружу живым по той же причине, по какой не мог и Алексей Меншиков.