Осторожно! Психопат в клане! Том 2 (СИ)

Моя рука выпрямилась. Но всемогущий маг разума поймал атакующий его кулак.
— И что? — усмехнулся он. — Ты правда думал, что жертва Беркутова поможет тебе победить? Думал, что эти жалкие крупицы маны спасут твою душу? Игра окончена, Перекрёстов. Все твои друзья сдохли напрасно.
Шнейдер сжал мой кулак… и вытянул из него фиолетовую психо-цепь. Я ничего не могу поделать. Даже мана Беркутова не спасала.
Андрей Шнейдер вытаскивал из меня цепь, извлекая все души, что я смог накопить. Он доставал их из меня и поглощал.
Вот исчез Женя Гаврилов. А вот и Влад Акула. Всё семейство Войцеховских полетело в движок Шнейдера. Даже шизофреник Стёпка с Димкой-невидимкой.
Все убитые мною враги. Заключённые смертники и Арсений Черногоров.
И, наконец, мой отец — Виталий Фёдорович Беркутов.
Магический движок пуст. В этом теле больше никого нет, кроме меня самого.
Впервые за долгое время я ощутил в своём разуме абсолютную тишину.
Ладно, Шнейдер. Ты всё равно проиграешь, вшивый ты сукин сын. Поглотишь мою магию разума, и твоя же собственная антимагия её уничтожит. А затем остатки Московского клана тебя на шашлык пустят.
Жаль только, что я уже этого не увижу.
Моё сознание погрузилось в непроглядную тьму. Интересно, это и есть окончательная смерть? Или я ещё в какой-нибудь мир попаду?
— Эй, ты слышишь меня? — прозвучал в моей голове чей-то голос.
Какого хрена…
Я открыл глаза и обнаружил, что окружает меня вовсе не тьма загробного мира. Я внутри своего опустевшего магического движка. Но если он пуст, почему я слышу чей-то голос.
Быть того не может… Внутри меня осталась ещё одна душа. И она звала меня. Но чья она? Я не ощущал её ранее.
Передо мной появился силуэт темноволосого юноши. В глазах всё рябело, я не мог разглядеть его лица.
— Слышишь меня? — повторил он.
— Слышу, — кивнул я. — Кто ты такой?
И душа ответила.
— Перекрёстов. Изначальный.
  
Глава 25
 
В опустевшем магическом движке встретились две души. Моя и Александра Перекрёстова, что владел этим телом до моего появления. Она была невероятно слабой, её присутствие едва ощущалось в магическом движке. Оно и понятно. Бывший Перекрёстов был слабой безвольной душой, совершенно лишённой магии.
— И давно ты здесь? — спросил я. — Я думал, что ты сошёл с ума во время ритуала.
— Я всегда был здесь, — ответил он. — И да, так оно и было. Я лишился рассудка, но твоя магия в итоге излечила меня.
— Что ж, Перекрёстов, не благодари, — сказал я. — Ух. До ужаса странно звучит. Настолько привык быть тобой, что называть тебя Перекрёстовым как-то даже странно.
— Из тебя вышел куда более лучший Александр Перекрёстов, нежели из меня, — произнёс он. — В каком-то смысле я даже рад, что именно ты овладел моим телом. Ты жил, как хотел. Поднял с колен несколько кланов. Изменил судьбы сотен людей. И скоро спасёшь миллионы.
— Своей гибелью? — усмехнулся я. — Не так я хотел победить. Я жаждал надрать жопу Шнейдеру лично.
— И мы в шаге от этого, неужели не чувствуешь? — спросил он.
Я задумался. Прислушался к звучанию своего движка. Тихо. Очень тихо, но он всё же работал. В нём ещё теплилась жизнь.
— Ты прав… — сказал я. — Ты прав, Перекрёстов. Магия разума — моя. И я уже встречался с доказательством этого. Стражи катакомб, которые обороняли кристалл разума, перестали биться со мной, стоило мне лишь отдать им приказ. Шнейдер же телепортировался туда. Уверен, они бы не стали его слушать.
— Это не главное доказательство, — сказала душа Перекрёстова. — Есть ещё кое-что.
— О чём ты? — не понял я.
— Ты попал в этот мир не потому, что ритуал проводил Шнейдер — другой ты. Тебя притянуло сюда, потому что ты был избран магией разума. Вместо здешнего Шнейдера. Я знаю это, потому что видел, как это происходило. И потому сошёл с ума.
Так вот как оно было… Значит, судьба распорядилось таким образом не случайно? Я не просто так отдал жизнь в том мире. Я появился там, где был нужен больше всего.
А значит, сдаваться нельзя. Я не умру от рук психа ещё раз.
 
— Ты сказал, что сошёл с ума, когда увидел моё перемещение из другого мира, — подметил я. — Но почему ты вообще это видел? Ты же не ясновидец какой-нибудь. У тебя даже магии нет.
— Если ты ещё не понял, — сказал он, — в нашем с тобой теле заключён кристалл разума.
— Ты что-то путаешь, — не согласился я. — Его ведь поглотил Шнейдер.
— Шнейдер поглотил большую его часть. Но в нас — его сердцевина, — объяснил Перекрёстов. — Именно благодаря ней я увидел параллельные миры. Увидел тебя. Магия разума сильнее, чем может показаться. Намного. Она прошивает множество миров. И все эти миры не сильно отличаются друг от друга. Где-то магия есть, где-то её нет. Но в целом они схожи. И это важно.
— Ты меня в край запутал, товарищ, — усмехнулся я. — Чем же это важно?
— Ты ведь не помнишь, как звали того психа, который пырнул тебя ножом? — Перекрёстов хитро улыбнулся.
— Нет, я даже не успел завести на этого ублюдка карточку. А какое это имеет отношение к делу?
— Его звали Александром Перекрёстовым.
— Да ты гонишь…
— Как я и сказал, миры схожи. Во всех мирах Перекрёстов сходит с ума. Но есть кое-что ещё более важное.
— Не томи, говори уже, — сказал я, хотя начал догадываться, к чему он ведёт.
— Во всех мирах Александр Перекрёстов убивает Андрея Шнейдера.
Я почувствовал прилив сил.
— И этот мир не станет исключением, — заявил я. — Что ж, дружище, раз мы с тобой оба теперь Александры Перекрёстовы, пойдём вершить судьбу.
Мои глаза открылись. Сердце забилось вновь. Я сжал кулак и вцепился в последнее звено своей психо-цепи. Последнюю душу, что осталась внутри меня.
В душу Перекрёстова. В свою душу.
— Живой ещё? — рассмеялся Шнейдер. — Хватит трепыхаться, Перекрёстов. Не позорься.
— Сейчас ты досмеёшься, придурок, — прошипел я. — Наслаждайся этим моментом. Ты только что улыбнулся в последний раз.
И я изо всех сил дёрнул на себя психо-цепь. Звенья, которые уже успели втянуться в тело моего врага, выскользнули наружу.
— Отпусти! Верни их сюда! — закричал Шнейдер.
В теле противника закипела магия. Он включил силу поглощенного им Алексея Меншикова и моментально восстановил утерянную руку.
— Она тебе не понадобится, — усмехнулся я и резким рывком выдернул из Шнейдера ещё несколько метров психо-цепи. Только что утерянные мною души устремились обратно в мой движок.
Где-то в глубинах магического движка два Перекрёстова держали фиолетовую психо-цепь. И тянули её на себя с такой силой, что Шнейдер не мог сопротивляться.
— Остановись, Перекрёстов, прими своё поражение! — взмолился Шнейдер, осознав, что ситуация окончательно вышла из-под его контроля.
Я лишь молча возвращал свою силу. В отчаянии Шнейдер выпустил свою зелёную психо-цепь, намереваясь прикончить меня.
Но я поймал её левой рукой. И начал поглощать обе цепи одновременно.
В ужасе Шнейдер попытался телепортироваться, но ничего не вышло. Та душа больше не слушалась его. Он метнулся к следующей, затем третьей, четвёртой. Сознание Андрея Шнейдера металось между поглощенных им душ, но ни одна из них больше не делилась со своим хозяином силой.
И кроме того, этих душ с каждой секундой становилось всё меньше и меньше. Увечный магический движок Шнейдера заработал в обратном направлении, и теперь он запитывал меня, а не его.
— Не пытайся, они больше не слушаются тебя, — сказал ему я.
— Пожалуйста, Перекрёстов, прекрати это! Мы ведь можем… Мы ведь всё ещё можем изменить этот мир вместе!
— Мы уже достаточно изменили. Теперь одному из нас пора уйти.
Я слышал голоса друзей за своей спиной. Выжившие члены Московского клана и другие соратники поддерживали меня.
Всё хорошо, ребята. Сейчас всё точно закончится.
— Слышишь их голоса, Шнейдер? — спросил я, когда противник вцепился в последнее звено своей психо-цепи. — А где твои голоса поддержки? Кажется, я уже говорил тебе. В этом твоя главная проблема, Андрей. Ты — один.