Круги на воде (СИ)

— Там… — он растерянно помотал головой. — Это и правда страшно.
— Что, даже страшнее, чем радтараканы?
— Иди ты, — Буч вытер со лба испарину. — Они не люди, Данфорд. И убивают не по-человечески. Нахер я вообще во всё это влез?
— Знаете что, мистер Зиммер? Чёрта с два я когда поеду в Содружество, — отозвался Джерико. Даже он выглядел впечатлённым.
Артур не сказал ничего. Взгляд мальчишки по-прежнему был прикован к монитору, и что Мэксон там видел, а главное — как он это видел, для Эмили оставалось загадкой.
Вскоре в цеху снова воцарилась тишина. Эмили не стала спрашивать, кто одержал победу — довольная улыбка Зиммера говорила сама за себя.
— Ну что ж, — проговорил старик наконец. — Сейчас семнадцать часов пятьдесят одна минута. Ваши действия, господа?
— Беру свои слова обратно, — буркнул Буч. — Андроиды рулят.
Джерико кивнул.
— Мисс, а вы что скажете? — обернулся Зиммер к Эмили. — Надеюсь, ваши сомнения развеяны?
— Бесследно, — сказала она.
— Мистер Зиммер, Армитидж, кажется, ранен, — беспокойно произнёс Артур, вглядываясь в экран.
— Не вижу критических повреждений, сынок, — отозвался учёный добродушно. — По-моему, с обоими всё в порядке.
— Да нет, его точно зацепило. Пара попаданий в корпус из штурмовой винтовки, а может, что и посерьёзней.
— Ладно, — Зиммер взъерошил волосы мальчишке. — Пойду проверю, раз тебя это так тревожит. Ты со мной?
— Конечно. Только сначала удалю все записи с камер, — отозвался Артур. — Институту ни к чему лишняя реклама, правда ведь?
— Точно, — усмехнулся старик. — Закончишь — спускайся к нам.
— А мы всё-таки пойдём к Беннону, — проворчал Джерико. — А то он, наверное, малость беспокоится.
Теплица — а точнее, маленькая табачная плантация — разместилась во внутреннем дворике фабрики. Видно было, что к садоводству Расти Петерсон подходил с куда большей ответственностью, чем к обеспечению безопасности на объекте: аккуратные кюветы с молодыми побегами нежились под ультрафиолетовыми лампами, стеллажи ломились от мешков с минеральными удобрениями, а в центре теплицы высилась ржавая водоочистная установка, от которой во все стороны тянулись тонкие трубки ирригационной системы.
— Настоящая табачная мануфактура, — произнёс Джерико мечтательно. — Ха! Я в раю.
Беннон отыскался в дальнем закутке сушильной камеры — живой и здоровый, за исключением здоровенного фингала под глазом. Бедняга трясся, как осиновый лист, но уж на это у него были все основания.
— Это он? — спросил Джерико негромко. Эмили молча кивнула.
— Итак, мистер Президент, Туннельные Змеи явились, чтобы спасти вашу бесценную жизнь, — торжественно провозгласил Буч. — Что надо сказать?
— Сколько с меня? — уныло спросил Беннон.
— Вот это деловой подход, — одобрительно кивнул рейдер. — Сразу виден государственный ум.
— Что, переговоры в Мегатонне прошли не слишком удачно? — холодно осведомилась Эмили.
— Мисс Данфорд, — Беннон исподлобья уставился на неё. — Видите ли, я поразмыслил и понял, что не гожусь на роль лидера.
— Совершенно не годишься, — согласилась она. — Но лошадей на переправе не меняют.
Беннон хмуро уставился себе под ноги.
— Как только я доберусь до Ривет-Сити, то сложу с себя полномочия, и…
— Ничего подобного, — перебила его Эмили. — В Ривет-Сити ты действительно вернёшься. Вот эти господа проследят, чтобы ты не потерялся по дороге. И когда ты вернёшься, то будешь исполнять обязанности главы государства наилучшим образом, пока Анжела не подыщет другую говорящую голову. А до тех пор будь паинькой, Беннон. Людям незачем знать, что их любимый президент — слабак и трус.
Джерико покачал головой.
— Эх, мамашка, насильно ведь мил не будешь, — сказал он. — Хана вашей Республике, я погляжу. Ну да ладно. Давай, президент, двигай булками…
И тут из фабричного цеха донёсся раскатистый треск пулемётных очередей. Беннон, опрокинув ведёрко с золой, юркнул обратно в сушильную камеру, Буч выхватил пистолет из кобуры.
— Мистера Президента не грохни ненароком, а? Это турели включились, — бросил Джерико настороженно. — А вот кто их включил и почему…
  
Звуки выстрелов оборвались — внезапно и синхронно, как по команде.
— Хрень какая-то, — Буч растерянно обернулся. — Эй, Данфорд! Ты куда? Жить надоело?
Эмили вбежала в вестибюль фабрики — и чуть не столкнулась с Артуром: мальчишка с винтовкой в руках не спеша спускался по лестнице.
— В цех не лезь! — крикнул ему Буч. — Там турели, дурень!
— Уже нет, — Артур помотал головой. — Разрешите мне пройти, мисс Данфорд.
Эмили осторожно заглянула в цех поверх плеча Джерико. Турели больше не подавали признаков жизни, как и андроиды. Похоже, Армитидж и Харкнесс до последнего пытались защитить хозяина, заслонить его собой от пуль — и у них почти получилось: Зиммер полз к выходу, оставляя за собой кровавый след.
— Артур, малыш… помоги, — прохрипел он, приподнявшись на локте.
Артур кивнул. И выстрелил.
— Ну ё-моё! — тоскливо вскрикнул Джерико. — Ну зачем ты так! Мы б этого толстосума ещё на столько крышек нагрели! Реабилитация, то да сё…
Мэксон обернулся. И рейдер затих.
— Слушай, его ж совсем чуть-чуть зацепило, — Буч был бледнее смерти. — Он бы поправился.
— Знаю, — сказал Артур. — Я не хотел, чтобы он поправился. Он бы продолжил делать то, что делал.
— В смысле, роботов? Ну, а тебе-то что за печаль?
— Делория, заткнись, — негромко приказал Джерико.
— Мне пришлось его убить, — медленно проговорил мальчишка. — Опасно было вести их в Форт Индепенденс. Для всех опасно.
— Пришлось, говоришь? — Джерико покачал головой. — Нет, малой. Это не имело ничего общего с необходимостью. Ты его грохнул, потому что тебе показалось, что так будет правильно.
— А по-вашему, убивать ради наживы лучше, чем ради идеи? — вскинулся Артур.
— Нет, — рейдер вздохнул. — Что то дерьмо, что это. Чёрт, как же растолковать-то? Короче, убивать ради крышек — это всё равно что флягу водой наполнять. В какой-то момент понимаешь, что всё, тебе покамест хватит, чтобы утолить жажду, да и вода уже через край переливается — пора бы остановиться. А убивать ради идеи — это наполнять фляжку, в которой нет и никогда не было грёбаного дна. И пить из этой посудины сам ты не будешь — она ж для других. Правда, другим оно, как правило, даром не нужно, ну да ты им, неразумным, объяснишь, что к чему; челюсти разожмёшь и напоишь силком… Такая вот разница, малой.
— Ого, да ты у нас философ, — нервно хихикнул Буч. И замолчал под тяжёлым взглядом рейдера.
Артур коротко кивнул. И, не говоря ни слова, переступил порог фабричного цеха.
— Ладно, — проворчал Буч. — Пойду-ка я, проведаю мистера Президента, пока он не удрал. Бывай, Данфорд.
— А мальчишка-то, Артур этот, и впрямь далеко пойдёт, — бросил Джерико вполголоса, дождавшись, пока Буч выйдет во двор. — Ты бы с ним поосторожнее, мамашка. Понимаешь, о чём я толкую?
— Да, — сказала Эмили еле слышно. — Младенцы знают толк в жестокости.
Солнце уже почти полностью скрылось за линией горизонта, и по углам цеха начала расползаться темнота. Артур сидел рядом с телом Зиммера и листал записную книжку в щёгольском кожаном переплёте. При звуке шагов Эмили мальчик поднял взгляд — и тут же снова уткнулся в блокнот.
— Они ушли, — сказала Эмили негромко.
Мальчишка кивнул.
— Всё в порядке, Артур, — Эмили осторожно дотронулась до его плеча. — Я не знаю, правильно ты поступил или нет. И не собираюсь размышлять на эту тему, а уж делиться с тобой размышлениями — тем более. Сам разберёшься. Ты же Мэксон, в конце концов.
— И что с того?
— Иногда фамилия имеет значение, — грустно улыбнулась Эмили. — Я-то знаю.
— Если честно, хреновое это дело — быть Мэксоном, — Артур вздохнул. — Но полагаю, Данфордам приходится не лучше.
— Точно.
— Хотя, мисс, у вас-то, в отличие от меня, есть призрачный шанс свернуть с проторенной дорожки, — на губах мальчишки промелькнула неуверенная улыбка. — Вы ведь можете выйти замуж и сменить фамилию.