До Гарри (ЛП)

Кейл помолчал мгновение, прежде чем сказал: — Увидимся, малышка Лэйни.
Я зажмурилась, но снова открыла глаза, когда потянулась к ручке двери спальни. Я повернула замок и распахнула дверь. Я вышла в коридор и, не оглядываясь, сказала: —Пока, Кейл, — и закрыла за собой дверь.
Я постояла там мгновение, прежде чем заставила свои ноги двигаться. Я начала идти по коридору, и как раз перед тем, как свернуть налево и направиться к лестнице, я услышала голос Кейла, рычащий: — Бл*дь! Бл*дь! БЛ*ДЬ! — из спальни, где я отдалась ему душой и телом.
Тогда я сломалась. Он действительно сожалел, что переспал со мной. Он действительно сожалел обо мне и явно злился на себя за это. Я не могла вынести боли, которая поднялась во мне. Я побежала по коридору, перепрыгивая то тут, то там через спящее тело, пока не добралась до лестницы и не спустилась по ней через две ступеньки за раз. Когда я спустилась, я огляделась и поморщилась от состояния прекрасного дома, в который вошла прошлой ночью.
Это выглядело так, словно взорвалась бомба, и я пожалела бедняг, которым придется все это убирать. Я взглянула на большие часы рядом с лестницей и увидела, что было около половины шестого утра. Я никак не могла вернуться в дом Лаванды, потому что она сказала своим родителям, что спит в моем доме, но так как ее не было со мной, я довольно хорошо представляла, с кем она была.
Я полезла в задний карман юбки, достала телефон и набрала ее номер.
— Возьми трубку, возьми трубку, возьми трубку, — повторяла я снова и снова.
— Алло? — ответил хриплый голос Лаванды.
— Это я. Где ты? — спросила я, вздохнув с облегчением, что с ней все в порядке.
Она пробормотала что-то кому-то, потом сказала мне: — Я в доме Дэвина. У его мамы была поздняя смена в больнице, поэтому он привез меня сюда, когда я не смогла тебя найти.
Я была дерьмовым другом, она, наверное, ужасно беспокоилась обо мне.
Я поморщилась.
— Извини за это, я ушла в самоволку.
— Все в порядке. Друг Дэвина сказал, что видел, как Кейл повел тебя наверх, поэтому и ушла с Дэвином, потому что знала, что ты в безопасности.
В безопасности. Ага.
— Да, — пробормотала я. — Я была с Кейлом.
— Подожди, — сказала она, ее голос внезапно стал более настороженным. — Ты была с Кейлом? Как с парнем?
— Да, — сказала я и разрыдалась.
— О, детка, нет, — прошептала Лаванда.
— Это было идеально, — воскликнула я, — но он просто проснулся и взбесился из-за меня. Он сказал, что не помнит, чтобы мы занимались сексом, и что он видит во мне сестру. Он сожалеет, что занимался со мной сексом, Лав. Он сожалеет обо мне.
— Где ты? Я одеваюсь и сейчас же приду.
Я вытерла лицо и сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.
— Нет, еще слишком рано. — Я шмыгнула носом. — Оставайся с Дэвином, я собираюсь пойти домой. Мой папа уйдет на работу, а мама будет спать. Я проберусь внутрь и лягу в постель, а когда она проснется, я просто скажу, что рано вернулась из твоего дома.
— Ты уверена? — спросила Лаванда. — Меня не волнует время. Я приду к тебе прямо сейчас, если тебе это будет нужно.
Я услышала, как чей-то голос проворчал: — С ней все в порядке? Ей нужно, чтобы я ее забрал?
Я была удивлена, что Дэвин был хоть немного обеспокоен, обычно он никогда не проявлял никаких эмоций по отношению ко мне. Мы либо ругались из-за его ссор с Лавандой, либо игнорировали друг друга. Между нами не было ничего промежуточного.
— С ней все в порядке, возвращайся спать.
Я дернула головой, когда услышала движение наверху в доме, и испугалась, что это Кейл спускается по лестнице, чтобы пойти в дом своих родителей. Я не хотела его видеть, поэтому сосредоточилась на своем телефоне.
— Мне нужно идти, Лав.
— Я заскочу к тебе по дороге домой через несколько часов, хорошо?
Я кивнула.
— Хорошо.
— Люблю тебя, детка. Держись там, — сказала Лаванда.
Я шмыгнула носом.
— Хорошо. Я тоже тебя люблю.
Я повесила трубку и сунула телефон в карман. Я ненавидела флисовый джемпер Кейла, но сейчас я с удовольствием воспользовалась теплом, которое он мне предлагал. Я открыла дверь в прихожей дома и вышла на морозный, утренний воздух.
 
Мой наряд был действительно чертовски плохой идеей.
Я почувствовала, как у меня стучат зубы, пока шла по бесконечной, подъездной дорожке от дома для вечеринок в направлении к моему дому. Мой дом был всего в пятнадцати минутах езды, и, поскольку я быстро прошла весь путь пешком, я добралась туда довольно быстро.
Я сняла туфли Лаванды на каблуках и взяла их в руки, пока шла по подъездной дорожке. Я достала ключ из заднего кармана и, затаив дыхание, подошла к двери в холл. Вставив ключ в замок и повернув его, я осторожно толкнула дверь. Я бесшумно вошла в свой дом и осторожно закрыла за собой дверь, снова заперев ее, а затем повесила ключ на вешалку.
Я быстро ввела код сигнализации, когда раздался предупреждающий звуковой сигнал. Как только это было сделано, я прокралась вверх по лестнице и прокляла самого Бога, когда эта дурацкая половица, рядом с моей спальней, заскрипела от моего шага.
Я застыла на месте на целую минуту, и когда не услышала никакого движения из комнаты моих родителей, я сошла с глупой шумной половицы и убежала в безопасность своей спальни, осторожно закрыв за собой дверь. На цыпочках, подойдя к своему комоду, я открыла первый ящик и засунула внутрь туфли Лаванды. Я избавилась от ее одежды и джемпера Кейла и тоже засунула их в ящик.
Я вымыла лицо от макияжа и расчесала волосы, прежде чем заплести их. Забравшись в свою кровать, я пролежала целую вечность, уставившись на светящиеся наклейки на потолке. Непрерывно задаваясь вопросом, была ли вся эта ночь сном, или скорее кошмаром.
— Лэйн, дорогая? — позже тем утром, выходя из душа, я услышала мамин крик. Я тщательно вымылась, пытаясь избавиться от части боли, которую я чувствовала, заменив ее физической.
Моя мать вошла в мою комнату в десять утра, чтобы забрать мое грязное белье из корзины, и испугалась до смерти, когда обнаружила меня спящей в постели. Ее крик разбудил меня и чуть не довел до сердечного приступа. Я объяснила, что вернулась домой в 9 утра, но так как она все еще была в постели, я тоже легла. Она ничего не подозревала о том, чем я на самом деле занималась, ее больше беспокоило то, что она не слышала, как я вошла.
Я открыла свою дверь и ответила ей громким.
— Да?
— Ты можешь спуститься сюда?
Я прижалась лбом к двери своей спальни и вздохнула.
— Конечно. Дай мне секунду, чтобы одеться.
Я вошла в свою комнату, вытерлась и переоделась, прежде чем спуститься вниз.
— В чем дело? — спросила я.
— Ни в чем, — ответила моя мать. — Просто хотела узнать, что ты хочешь на ужин сегодня вечером.
— Я не против того, что ты хочешь приготовить, — сказала я.
— Пицца и картошка, — прощебетала моя мама.
Я уставилась ей в спину, затем села на стул рядом с кухонным столом. Я помолчала мгновение, а потом вдруг мне захотелось поговорить с ней, потому что я чувствовала себя очень подавленной.
— Мам, — пробормотала я, убирая мокрые волосы с лица.
Она на мгновение взглянула на меня через плечо, затем вернулась к посуде и сказала: — Да?
Говори, — приказала я себе.
— Мне нравится Кейл, — выпалила я.
Я затаила дыхание, как только эти слова слетели с моих губ. Моя мать остановилась и посмотрела на меня, приоткрыв губы.
— Я знаю.
Она знает? — завизжал мой разум.
Я выдохнула.
— Ты знаешь?
Она кивнула.
— Я всегда знала, что ты немного влюблена в него.
Если бы моя влюбленность в него была описана как «маленькая влюбленность», то да, тогда я немного влюблена в Кейла.
— Почему ты никогда ничего не говорила мне об этом? — спросила я, чувствуя себя в невыгодном положении. Сначала Кейл сказал, что знал, что он мне нравится, а теперь моя мать сказала, что знала? Кто еще знал о моих явно очевидных чувствах к нему?