Кома. Выжившие (СИ)
— А откуда ты, Илюша? — Спросила мама.
— Издалека, Вероника Антоновна. Я из Краснодара.
Я присвистнул.
— Ничего себе откуда тебя к нам занесло. Далекова то.
Он кивнул.
— Со мной много местных служило. Большая часть личного состава с офицерами ушла на патрулирование и охрану сначала улиц, а потом эвакуационных центров, ещё два с лишним месяца назад. Больше никто из них сюда не вернулся. Что с ними я не знаю, но где-то через месяц после того как они выдвинулись, я слышал разговор двух офицеров, которые здесь остались, что среди личного состава много больных.
— А вас тут много ещё оставалось?
— Примерно рота. Мы занимались охраной складов. Но и среди наших началась эпидемия. Вскоре почти все офицеры, которые ещё были не заражены стали уходить с семьями. Солдат с собой забирали, земляков. Потом уже сами рядовые и сержанты стали разбегаться. Уходили все с оружием. Никакой власти уже не было. Да и никто никого не удерживал. Последними здесь оставались я, ещё с десяток солдат, пара сержантов и лейтенант. В часть попытались прорваться какие-то отморозки, банда наверное. Но мы их из пулемётов БТРа расстреляли и из своего стрелкового оружия. После этого никто больше к нам не совался.
— Что-то я не видел валяющихся трупов возле КПП?
— Мы убрали их. Мертвых бросили в подвале вон того, ближайшего дома от части. Там уже много мёртвых было в квартирах. А потом все кто ещё оставался заболели и умерли. Я их всех в санчасть оттащил.
— А ты, я вижу, не заболел!
— Да. Я не знаю почему.
— У тебя Илюша, природный иммунитет от болезни, как и у нас с Марком. Считай тебе повезло. — Сказала мама, погладив парня опять по ежику волос.
— Скажите, Виктория Антоновна, а много людей осталось в живых?
— Этого мы не знаем. Тебя вот, первого встретили, после того как месяц назад я последний раз видела живых людей.
— Мы думаем, процентов пять от всего человечества. Не более. И то это самая оптимистическая цифра.
Илья задумался. Потом посмотрел на нас с мамой.
— Здесь в городе почти миллион жило людей?
— Да. И если посчитать пять процентов, то остаться в живых должно быть около 50 тысяч. Но думаю, что это навряд ли. А ты пока тут жил, слышал или видел кого-то последние две-три недели?
— Нет. Месяц, чуть больше назад, когда здесь ещё был народ, в городе начались беспорядки. Грабежи, стрельба на улицах. Здесь возле части, мы ещё, по началу вмешивались, но потом перестали. Потом было нападение на часть, мы отбились. После этого всё. А ещё чуть позже и стрельба прекратилась. Но примерно неделю, может меньше назад, мне показалось, что я слышал звук мотора. Будто машина ехала. Это не вы были?
— Нет. Мы впервые после начала эпидемии в город сегодня выбрались.
— А где вы живёте?
— За городом. Там место живописное. Клиника частная. Не бойся, больных там нет. Было немного, но они давно умерли и их похоронили. — Я посмотрел на Илью. — Ну что покушал?
— Да, спасибо!
— Тогда давай приниматься за работу. Нужно нормальное оружие. У нас видишь, «ксюха», у мамы карабин СКС и «ПМ». Есть гладкоствол. Всё. Нужны полноценные калаши, это раз, хорошо бы снайперские винтовки, пулемёт ПКМ или «Печенег», есть такое же?
— Есть, много. — Закивал Илья.
— Вот видишь. Патроны нужны. То, что ты водишь машину это хорошо. Поэтому мы назад сейчас пойдём на трёх машинах. На УАЗе, на «Тигре» и на «Бардаке».
— Что значит на «Тигре»? — Мама возмущённо на меня посмотрела. — Я поеду на своей машине, раз есть кому за руль УАЗа сесть!
— Мам, но согласись, что «Тигр» лучше «Ровера»?!
— Значит так, Марк Никитович, я поеду назад на своей машине! И это не обсуждается. Я всё понимаю. Возможно позже я и откажусь от неё, но давай не сейчас. Никуда твой «Тигр» не денется. Вернёмся позже и заберёшь его.
— Хорошо, мама. Как скажешь. — Глянул на Илью. — А БТРы остались?
— Да, ещё два стоят, вон там. — Он показал на третье гаражное строение.
— Отлично. Один из них заберём тоже, но позже. Сделаем огневую точку около клиники. Но ладно, пора браться за оружие по-взрослому. Давай показывай Илья, где тут склад с вооружением.
Глава 2
— Товарищ старший лейтенант…
— Так, Илья, — прервал я парня, — давай без этого, хорошо? Называй меня просто по имени, Марк! Договорились?
— Так точно… Вернее договорились. — Илья улыбнулся. Потом продолжил. — Оружейка практически пустая. Основной состав ушёл с оружием, потом те, кто остался из роты охраны, тоже стали разбегаться. С оружием уходили. Так что там несколько семьдесят четвертых осталось. Это тех, кто здесь уже умер. Поэтому если брать, то со складов.
Склад был тут же, рядом с парком, через небольшой забор. Стояло четыре складских помещения. Кирпичные, ещё довоенной постройки 30-х годов прошлого века.
— Вот в этом стрелковое оружие, — Илья показал на ближайшее к нам помещение, — а в тех двух, как я знаю, боеприпасы. В последнем обмундирование.
— Сейчас посмотрим. — Подошёл к калитке, встроенной в левую створку ворот. Сорвал пломбу и перекусил душку навесного замка болторезом. Включил налобный фонарь, мама принесла переносной. Свет в помещении отсутствовал, как и само электричество. Ящики, ящики, ящики. Помещение было выложено своего рода квадратами из ящиков. Вскрыл ящик первой такой «пирамиды». Всё стандартно, десять автоматов АК-74М в два ряда. Но вот только, я был удивлён. Это были семьдесят четвёртые без сомнения, но в тоже время и не они.
— Илья, я не понял? — Вытащил один из автоматов. Во-первых, не характерный для АК-74 дульный тормоз компенсатор. Во-вторых планки Пикатинни которыми был оснащен автомат, в том числе на газовой трубке и на цевье. В-третьих, эргономичная пистолетная рукоятка и складывающийся телескопический приклад, на который устанавливалась в том числе и так называемая съемная «щека». Тут же в ящике лежали коллиматорные прицелы и штурмовые рукоятки на каждый автомат. — Это что такое?
— А это новые наборы для модернизации или парни ещё говорили для тюнинга, пришли на семьдесят четверки. С концерна «Калашников». Меняются компенсатор, цевье, рукоятка, приклад и так далее. В итоге получается вот такой девайс.
— А почему у тебя не такой?
— Нам сказали, что сначала заменят на том оружии, которое на складах, а нам в последнюю очередь. До нас очередь не дошла.
— И уже не дойдёт. Ерунда. Разрешаю, бери любой, отсюда. — Мы засмеялись. — Илья, скажи, здесь только семьдесят четвёрки?
— Не знаю. Но я слышал как-то офицеры говорили о каких-то сотках и о совершенно новой автомате. Что-то типа классный, только не понятно, когда нам его дадут.
— Сотки?
— Да, он так и сказал «сотки». А что это за сотки, Марк?
— Скорее всего речь шла о калашах сотой серии. Но их как-то в широкую серию не пустили. И перевооружать армию и Росгвардию, как я понял, на них не собирались.
— Марк, когда я год назад призвался, у нас шёл курс молодого бойца. Так вот, в это время нас привели сюда, и мы часть ящиков, таких вот с автоматами загружали на грузовики и их куда-то увезли. А взамен, привезли другие ящики.
— Какие? Где они?
— Вон там дальше, в самом конце.
Мы прошли туда. Точно, ящики лежали стопками, в виде квадрата. Один ящик мы с Ильёй стащили с самого верха и положили на пол. Я сорвал алюминиевые пломбы, отстегнул замки. Убрал сверху просмолённую бумагу. Твою богу душу! Неужели?! Стандартно в ящике лежали десять автоматов. Достал один из них.
— Я такие только по телевизору и в нете видел. — Проговорил, разглядывая автомат. — Это АК-12. Всё верно. Их же в 2018 году на вооружение приняли. Четыре автомата: АК-12 под патрон калибра 5,45 миллиметра, АК-15 под патрон калибра 7,62 миллиметра — это для простых солдат. Так сказать армейский. А вот АЕК-971 под патрон калибра 5,45 миллиметров и АЕК-973 под патрон 7,62 миллиметра, эти посложнее и предназначены для спецподразделений, а также ВДВ, морской пехоты, разведки и так далее. Интересно, а АЕК есть здесь?