Кома. Выжившие (СИ)
— Вот это дело. Вот завтра и займёмся. Надо будет их вывети на свободный путь, с которого и двинемся. Заодно посмотрим ещё что-нибудь.
— Кто пойдёт с нами?
— Илья пойдёт. Может ещё Николая возьмём. Чего сидеть ему тут.
— На чём пойдём?
— На «Бардаке». Он юркий и вооружение хорошее.
— Добро.
— Тогда сейчас спать. Завтра будет напряжённый день.
Прошёл в свою берлогу. Там сидела мадемуазель. Удивлённо на неё посмотрел. Ольга сидела на моей кровати. Смотрела на меня. Некоторое время мы молчали. Потом она задала вопрос:
— Скажи, Марк, ты меня любишь?
— Вопрос странный, Оля. Как в детской саду.
— Ты не ответил?
— Конечно люблю. Я тебе это уже сказал. И в отличии от некоторых, я не меняю свои чувства по двадцать раз на дню.
— Ты хочешь сказать, что я меняю?
— Ты ведёшь себя как маленькая, капризная девочка. Если ты думаешь, что я тебе, не смотря на то, что ты моя любимая женщина буду делать скидки в плане дисциплины, то ты ошибаешься. Ты должна понять, Оленька, если я сказал, что ты не идёшь на выезд, что ты должна находиться здесь, ты будешь находиться здесь и делать то, что я сказал. Это для твоего же блага. Я отвечаю за оборону, за безопасность не только тебя, но и остальных. Ты это понимаешь?
Ольга сидела, опустив голову. Потом кивнула.
— Марк, прости меня.
— Ладно проехали. Пожалуйста, Оль, между собой, разговора нет, я могу тебе уступать, носить тебя на руках, лелеять и холить. Но всё, что касается обороны и безопасности, будь добра делать так, как я сказал.
— Обещаю.
— Вот и хорошо. Так, ты чего мокроту развела? — Подошёл к ней, сел рядом и обнял. Она сразу вцепилась в меня и уткнувшись мне в грудь расплакалась. — Оль, перестань.
— Мне сегодня показалось, что ты стал какой-то холодный, словно я стала для тебя безразличной.
— Не стала, успокойся. — Ольга затихла. Гладил ей по голове, по спине.
— Марк, ты правда меня любишь? Ты меня не обманываешь? — Смотрел в её огромные глазищи. В них была какая-то детская непосредственность и надежда. Господи, она же ещё совсем девчонка. Поцеловал её в носик.
— Правда. Ладно, как доказательства моих самых искренних чувств, завтра мы идём в Сортировку. Будем готовить локомотив для эшелона. Идём вчетвером, я, Георгич, Илья и Николай. Пойдёшь с нами?
— Правда?!
— Правда!
Она взвизгнула, вцепилась в меня ещё сильнее и тут же впилась мне в губы поцелуем. Не слабо! Я всё больше убеждался, что Ольга тоже авантюристка по своей натуре. Ей не комильфо сидеть в клинике. Она тем временем засунула мне под камуфляжную майку руки.
— Оля, ты что делаешь? — Оторвавшись от её губ успел проговорить. Прежде чем она опять накрыла мои губы своими, залезла мне на колени полностью, стиснув их своими ногами.
— Марк, не ломайся. — Оторвавшись от моих губ проговорила она, вдохнула и опять впилась, попыталась просунуть свой язычок мне в рот. В смысле не ломайся? Я не понял. Тем временем девушка стала стаскивать с меня майку. Действовала целенаправленно и упорно. Да ещё сопела недовольно.
— Оль, я не понял? — Наконец сумел выдохнуть.
— Что ты не понял? — Майку всё же стащила. Приподнялась на моих коленях и стала расстёгивать мне штаны.
— Оль, ты что делаешь?
— Штаны с тебя пытаюсь стащить.
— Ты решила сегодня остаться у меня?
— Конечно. Тем более секс у нас с тобой уже был, Марк, ты чего ломаешься?
— Ничего я не ломаюсь. Ты чего такая бешеная?
— Хочу отблагодарить тебя и показать, как я тебя люблю. Чем ты не доволен? То пытался меня в постель уложить, то тормозить начал.
— Я не пытался тебя тупо уложить в постель… подожди, пуговицу оторвёшь, дай я сам расстегну.
— Что значит ты не пытался меня поиметь? Я что это сама придумала?
— Оль, да подожди ты! Сейчас трусы у меня порвёшь! Не, я конечно, хотел тебя пои… эээ, вернее, заняться с тобой любовью, но… господи, ты с ума сошла!
— Что но? Договаривай!
— Оль. Я же говорю, хотел с такой красивой и обворожительной девушкой заняться любовью. Но я действовал очень тактично, ухаживал за тобой.
— Ну вот, ты добился, чего тогда сейчас тормозишь, Марк? Девушка готова заняться с тобой сек… любовью.
Она, наконец, стащила с меня штаны вместе с трусами, отбросила их. Глаза её лихорадочно и возбуждённо блестели. Она глубоко и быстро дышала. Одним движением стащила с себя майку. Потом отбросила лифчик и выскользнула из камуфляжных штанов. Сняла нижнее бельё. Такого напора я от неё не ожидал. Завалила меня на кровать и оседлала.
— Оль, — уже прохрипел я сам, схватившись за её бедра, — свадьба же в субботу?
— Ага, в субботу, — простонала она, приподнялась и схватившись за моё достоинство, стала направлять в себя, — через три дня.
— А разве невесте не надо находиться в это время подальше от жениха? — почувствовал как стал входить в её лоно, надавил руками её на бёдра, чтобы побыстрее насадить её на себя. Она тут же упёрлась в мой живот руками. Напрягла ноги.
— Не так быстро, любимый. Дай я наслажусь… Может и должна, х… знает! — матюгнулась она. Потом опустилась, принимая меня в себя полностью. Застонала. — Ты хочешь, чтобы я ушла? Сейчас?
— Нет. На хрен правила и традиции.
— Мы друг друга понимаем, любимый. — Начала двигаться всё убыстряясь. Перед моим лицом скакали её полные, налитые и упругие груди с большими ореолами и крупными сосками. Мелькнула мысль, что нашим детям в этом деле повезло. У мамы будут натуральные фабрики-кухни. Переместил руки с её бёдер на груди. Стал их тискать, мять, пропуская соски между пальцев, потом сдавил их вместе и приподнявшись взял в рот оба соска. Тональность её воплей повысилась, как и ритм движений. Пика достигли с ней одновременно. Классное слияние! Её была дрожь, как и меня. Отпустил её грудь и обхватив руками, прижал к себе. Она рухнула на меня, обнимая за шею. Какое-то время вжимался в неё, чувствуя её конвульсии и всё затухающую дрожь. Наконец замерли оба. Потом пошёл откат. Расслабление. Оргазм был у обоих просто финиш. Чувствовал мокроту в своём паху. Много. Она уткнулась мне в плечо. Терлась своей щекой о мою.
— Марк, — услышал её тихий голос, — мне так было хорошо, как никогда. Я тебя так люблю.
— Мне тоже, звезда моя. Оль?!
— Что?
— Мы с тобой дверь не закрыли на щеколду.
— И что? Думаешь кто-то за нами подглядывал?
— Не знаю. А вдруг?
— Да и х… с ними. — Опять матюгнулась.
— Оль, ты чего такая вульгарная становишься?
— С кем поведешься, от того и наберёшься, слышал об этом?
— Не понял?! Я разве выражаюсь нецензурно?
— Иногда. Особенно когда вы, мужики, думаете, что одни и ещё когда выпьете.
— Извини. Ладно, спать будем или…
— Или. Ты что старик? Я только во вкус стала входить. Тем более, я что-то не чувствую, что ты там вялый у меня. Наоборот, такой большой и твердый. — Она хихикнула, поелозив на мне.
— Просто ты меня там у себя сдавила.
— Я ещё девушка не опытная, Марк, юная. Не знаю как лучше мужчине доставить наслаждение.
— Не только мужчине, опытная женщина умеет доставлять наслаждение. Но и сама себя не забывает, тоже улететь в нирвану.
— Вот и научи меня. Ты же старше и опытнее. Скажи, что мне сейчас сделать? Может положение сменим? Как лучше мне сделать? Любимый, поверь я буду хорошей ученицей!
— Хорошо. Сама напросилась.
Ещё с ней полночи занимались спортивной гимнастикой, в разных, так сказать положениях и вариациях. Ольге очень понравилось. Так, что тональность её воплей стала зашкаливать. В итоге, нам постучали в дверь.
— Ребята! — Узнал голос Стаса. — Я всё понимаю, но бл. ь, никакой шумоизоляции. Марк, ты что там с ней делаешь, мать вашу?! Чего она орет так как будто её режут? Вы спать когда будете? Завтра трудный день, Марк. Для всех и для тебя тоже!
— Извини Стас! — Ответил ему, держась за бёдра Ольги. Она как раз кончила и уткнулась головой в подушку, стоя на коленях. Я был сзади неё. Сам кончил немного раньше. — Всё закончили.