Беглец. Второй пояс

Здесь я не выдержал, возразил:
– Лекарь со стихией воды.
Клатир медленно покачал головой, разрушая мою надежду:
– Стихии уникальны. Ученик может пройти путь учителя, посетить все те же места, выслушать все его объяснения, но его стихия будет отличаться. Даже у близнецов, если Небо даёт им одну стихию, они отличаются. Твой способ бы подошёл, если бы идущие напрямую собирали энергию и стихию Неба, но проходя через тело, она обретает отпечаток и становится уникальной. Твой узел будет принимать в себя только нити воды того лекаря и пытаться поглотить твои. Ты справишься, конечно, уничтожишь их, но так и останешься только Мастером. Есть исключения, но поверь, они тебе не помогут.
И всё же я спросил:
– Какие?
Клатир вздохнул и перечислил:
– Существуют Формы для близнецов, которые позволяют им обмениваться своим пониманием стихии. Существуют секты, которые создают людей, в которых они хранят запас силы и стихии. Ты, кстати, словно их неудачная заготовка.
Когда Клатир замолчал, я недоумённо переспросил:
– И всё?
Клатир усмехнулся:
– Наверняка в павшей Империи, за тысячи лет её истории сталкивались с таким, наверняка придумали способ лечения.
В моей голове тут же мелькнуло воспоминание: девушка в красном платье, с красными же глазами, дух Каори, дух одних из лучших в павшей Империи лекарей.
Клатир же продолжал говорить:
– Наверняка в сожжённом Столичном круге существовал артефакт, который использовал для лечения чистую, освобождённую от всех стихий энергию Неба. Я слышал, что там было место, где могли исцелить вообще любую рану. Но что тебе толку от того, что давно превратилось в пепел?
Я нахмурился:
– А вернуться в Первый и попасть в Миражный я могу?
Клатир покачал головой:
– Не Мастером и не шэном. Надеешься на духа Павильона? Хорошая мысль, но для этого сначала я, а потом Миррат должны нарушить законы, – Клатир снова покачал головой, твёрдо закончил. – Ни он, ни я на такое не пойдём. Одно нарушение вызовет обвал, и шаткое равновесие Договора между кланом Вилор и духами городов рухнет. Да и сомневаюсь, что какой-нибудь дух города может помочь тебе. Многие Стражи страдают от всевозможных ран. Разве кто-то из них нашёл помощь у духов?
Теперь вздохнул и я:
– Ясно. И какой тогда у меня остаётся выход?
– Сдерживать тьму, не давать ей пищи, всегда оставлять в средоточии хотя бы четверть запаса сил. Повысить своё сродство со стихией, стать пиковым Мастером, – Клатир запнулся, нахмурился. – Не сможешь, ведь последний узел занят тьмой. Значит, овладеть стихией на триста четыре узла, а затем ещё немного про запас, на сколько хватит терпения, чтобы быть в себе уверенным. Воспользоваться тем, что вокруг тебя Второй пояс с Полями Битв и городами Древних. Найти место с водой по душе, наполнить тело стихией до предела, чтобы хватило и на то, чтобы уничтожить тьму и на создание средоточия. И создать его. Но помни, что у тебя будет только одна попытка. Так, словно это твоё Небесное Испытание, а ты пытаешься стать Повелителем Стихии. Если не сумеешь создать средоточие после того как втолкнёшь нити воды в узел Тау-Ча-Крон, то так и останешься Мастером. Поэтому до того момента лишь сдерживай тьму, не больше.
Я покачал головой:
– Как будто это так просто. Я и Воином стал не сразу, а только тогда, когда понял, какой способ сжатия духовной энергии подходит выходцам из Нулевого.
Клатир поднял бровь:
– Способ для выходцев? Ты ошибаешься, Леград. Есть несколько техник сжатия, но они зависят не от того, где родился человек, а только от особенностей его меридианов.
Я рассмеялся. И смех мой был совсем не весел:
– Отлично! Так значит всё ещё сложней? Как я должен понять, что именно подходит под мои меридианы?
Клатир усмехнулся:
– Почему ты? По землям Пояса бродят десятки мудрецов, что могут дать тебе такой совет.
Подумав, я нашёл изъян и в этом совете:
– И как мне понять, какой из них сказал правду, а какой ошибся? Ведь попытка у меня будет только одна.
Клатир развёл руками:
– Купить пять, десять, двадцать советов. Сравнить их между собой. Подумать. Получить совет в какой-нибудь крупной фракции с длинным и славным прошлым. Да и я не буду просто так ждать. Леград, это не самая большая твоя проблема, поверь.
 
Мне не оставалось ничего другого, как спросить:
– И какая самая большая?
Ответ был краток:
– Возвышение. Сродство. Поделками современных алхимиков – не пользуйся. Даже алхимики Третьего Пояса не обладают всеми знаниями для созданий подобных зелий. Я бы тебе вообще посоветовал не посещать Поля Битвы ради подобных трофеев. Тебе нужны полноценные зелья Древних, уж слишком сильна тьма в твоём теле.
Я невольно поёжился:
– Да уж. Она… словно живая и разумная.
Клатир нахмурился:
– Глупости. Выбрось их из головы. Это не более чем слепые инстинкты. Стихии обретали разум только тогда, когда становились духами. И этого не происходило со дня гибели Столичного округа, – Клатир поднял перед собой руку, сжал пальцы в кулак. Голос его огрубел. – Мы утратили множество знаний, стали слишком слабы. Помнишь, я говорил тебе о задании, которое придётся отложить?
Я кивнул:
– Да, в лесу.
Клатир хмыкнул:
– Там ты обвинял меня в том, будто я только и делаю, что отправляю сектантов на земли фракций.
Я возразил:
– Не тебя, вообще Стражей.
– Но говорил это мне. Не суть, – отмахнулся Клатир. – Ты в чём-то прав. Сектанты – это кнут, который мне приходится использовать чаще, чем хотелось бы. Но корень всех проблем в том, что Древние не сумели защитить свои формации Пути, а мы тем более можем только сопротивляться. Прорывы неизбежны.
Теперь я не возражал, а предлагал:
– Значит, нужно позволять сектантам появляться на землях сильнейших или и вовсе сразу в ловушке.
Клатир засмеялся:
– Рам Вилор возродил империю больше двухсот лет назад. Думаешь, до тебя никто не задумывался об этом? Не предлагал ничего? Нет, – Клатир развёл руками. – Главы сект не дураки. Каждый раз, когда они перестают получать энергию душ, то начинают грызть границы. Впрочем, каждый раз, когда они её получают в достатке, происходит то же самое. А Стражей мало. Последняя крупная победа, когда братья сумели уничтожить главу одной из сект, случилась больше пятидесяти лет назад и стоила нам того, что множество Стражей получили раны, которые воздвигли на их Возвышении непреодолимые преграды.
Слушая Клатира, я лишь хмурился. Энергия душ? Грызть границы? На миг в воображении возникла бредовая картинка: высокие каменные стражи формации границы, уходящее в небо марево самой формации и старый, скрюченный дедок в увешанном амулетами и костями халате, который припал на четвереньки перед ним, впился скрюченными пальцами в песок и скалясь грызёт гнилыми, жёлтыми зубами камень стража.
Брр-р. Я настолько поразился своей выдумке, что даже пропустил несколько слов Клатира:
– … неудачи дорого обходятся. Но и мы много помогаем фракциям. Тем, которые могут дать империи сильных идущих.
Я предположил:
– Гарой?
Клатир покачал головой:
– Им нет. Они стали сильнейшими в Поясе, но решили на этом остановиться. Их выбор. Они платят налоги талантами, не испорченными зельями, мы ограничиваем число прорывов на их земли. И помогаем другим, кто ещё хочет стать сильней. Было время, я помогал Тарсил. Они пали, и теперь я помогаю Ордену. Если тебе интересно, то я помог им и совсем недавно. Засчитал тебя и кое-кого ещё, как налог талантами за три года.
Я нахмурился, спросил:
– Почему?
Клатир лишь улыбнулся:
– Потому что верю в тот путь, которым они хотят идти. Это должно сделать их фракцию сильной и справедливой.
– Справедливой?
Клатир кивнул:
– Верно. Есть семь добродетелей идущих. И справедливость – важнейшая из них. Именно нарушение этой добродетели и является причиной провалов Небесных Испытаний. Ты не задумывался об этом?