Беглец. Второй пояс
Я хмыкнул, обвёл рукой пространство вокруг:
– Здесь так много места, неужели ему было его жалко?
– Жалко? – Клатир улыбнулся. – Скорее он был из тех людей, что не терпят лишнего рядом с собой. Заметь, в каком строгом порядке всё разложено. Ничего лишнего.
Я лишь вздохнул, принимая это объяснение. Всё равно жаль. Оружия в стойках нет, словно ни один из мечей, которые встречал на своём пути Тёмный, не мог сравниться с его цепом. Доспехи на чучелах есть, но один неполный, от него лишь несколько частей, словно его собирали по кускам, а не заказывали целиком, а другой мне не подходит. Я ещё старику Энтци в его лавке сказал, что тяжёлые доспехи – это не моё. А этот как раз из них. Сталь толщиной едва ли не в палец.
Вряд ли я смог бы пробить такой. Но Тёмный не надел его в бой, не буду использовать и я. Продать его, да вон тот, со странными наплечами в виде головы пантеры, да купить себе техник на аукционе. Всё равно он тоже сделан из собранных внахлёст металлических полос и не подходит мне, будет лишь сковывать движения.
Я поймал ускользающую мысль и, переведя взгляд на Клатира, воскликнул:
– Эти доспехи, свитки, растение-спутник! Наверняка они редки, а значит на аукционах могут помнить, кто их купил.
Клатир кивнул:
– Шанс есть. Только на каком из аукционов ты будешь о них расспрашивать?
Я не понял о чём Клатир, несмело предложил:
– Вольного Приюта?
Клатир вздохнул:
– Я собирался добраться к тебе из Первого пояса за две тысячи вдохов. Конечно, Предводители не так быстры, но и ждали вы его дольше. За это время он мог добраться сюда из земель Тамим или даже Мечей. А мог и вовсе купить все эти вещи на другой стороне Пояса ещё год назад. Хорошо, если на землях Гарой, аукционы там принадлежат либо им, либо торговому дому Чёрной Орхидеи и можно поднять все записи в одном месте. Но бывает в одном городе по три аукциона от трёх независимых торговцев.
Я недовольно поджал губы. Жаль. Что-то я не подумал, что есть не только аукционы земель Саул. И что Тёмный летал.
Невольно я глянул в сторону единственной занятой оружейной стойки. На огромный меч, который от кончика клинка до края короткой рукояти оказался выше меня. А в ширину был в локоть, не меньше. На таком не то что стоять, лежать можно. Из чего он сделан и сколько весит? И главное, почему летает и летает только в руках Предводителя. Я повернулся к Клатиру, чтобы спросить об этом, но он оборвал меня:
– Время всё равно уходит, да и тратит мои силы, которые мне совсем нелегко будет восстановить. Давай закончим самое важное. Разговор о тебе. О тьме.
Я, готовый возразить, замер, а затем кивнул. То, что тьма так быстро повредила Жемчужину, испугало меня. Сейчас я был бы рад любому совету, как избавиться от тьмы.
– Я сделал что мог. Использовал все зелья, что у меня были и могли тебе помочь, а не навредить.
Я тут же поблагодарил вновь:
– Спасибо, собрат Клатир.
Он же вздохнул:
– Но вылечить тебя полностью я не могу. И никто во Втором поясе не сможет. А если тебе пообещают подобное, то не верь. Я знаю лекаря Стража, который может уничтожить тьму в твоём узле, но… – Клатир помолчал и закончил, – Даже не буду просить его об этом.
Не дождавшись объяснения, я сам спросил:
– Почему?
Клатир на миг отвёл взгляд, но затем вновь поглядел мне прямо в глаза:
– Я не знаю, Леград, насколько ты сам хочешь стать когда-нибудь Предводителем, Властелином или Повелителем Стихии. Может, тебе это и не нужно? Может быть ты, как и Дирман Стон, как сотни других идущих решишь – хватит, пора остановиться, довольно усилий и страданий?
Я возразил:
– Я хочу идти к Небу, хочу ещё когда-нибудь вернуться в Первый, в Нулевой, – о том, что не прекращу искать следы родных, я смолчал. Лишь невольно сравнил свою историю с историей Фимрама. Клатиру же сказал другое. – Оставаясь на месте я точно не смогу этого сделать. Ведь по Поясам могут путешествовать только Стражи, верно?
Клатир покачал головой:
– Не только мы, но главным, что определяет эту возможность, всегда будет сила. Я рад слышать такие устремления. Ведь и мне нужен сильный собрат-Страж, Леград. И в этом и кроется главная беда. Этот твой Тёмный…
Услышав это, я снова скривился. Раз, другой, третий, но слышать подобные слова постоянно? Этот Тёмный такой же мой, как и Клатира. Но я не стал возмущаться и перебивать. Лишь слушал.
– …знал куда бить. Это не техника, а применение возможностей Предводителя. Почти то же самое, что они используют для того, чтобы сделать своих людей сильней. Только с тобой он желал твоей смерти. Отправил свои стихии и дух туда, где они причинили наибольший вред. Любой другой узел можно было бы вылечить, но этот… Даже моя помощь была лишней и я рад, что ты не успел… – Клатир снова вздохнул, явно подбирая слова. – По сути, всё время между ударом Тёмного и тем мгновением, когда я пришёл тебе на помощь, ты словно пытался стать Предводителем.
Я невольно воскликнул:
– Чего?
– Ты разве не заметил, что узел Тау-Ча-Крон стал больше размером?
Я попытался обратиться в себя духовным зрением и не смог. Всё же вокруг нас кисет Тёмного. Или мы внутри него? Или внутри него лишь наше духовное зрение? Запутавшись, я потряс головой, заставляя себя избавиться от лишних и неуместных сейчас мыслей, продолжил внимательно слушать Клатира.
– Чем занимается идущий на этапе Мастера? Познаёт свою стихию, старается добиться с ней всего возможного родства. Чтобы проверить себя на этапе Закалки, идущий поднимает тяжести. На этапе Воина всё ещё легче: он открывает узлы, наполняя тело силой и сразу видит результат, без труда определяя своё количество звёзд. На этапе Мастера идущий использует эти узлы в непрерывных техниках. Идеал – все триста пять узлов. Этого сродства уже достаточно, чтобы попытаться перейти на следующий этап, стать Предводителем Воинов…
Я перебил Клатира:
– Погоди, погоди! Выходит, что Воин может открыть больше трёхсот пяти узлов? Или это может сделать Мастер? – внезапно кое-что поняв, я наклонился к Клатиру и спросил. – Тайные узлы?
– Что? – Клатир потёр бровь. – Это глупости, пристойные лишь каким-нибудь пасту… – Клатир осёкся, вскинул руку. – Прости. Нет. Никаких тайных узлов нет. Ни у Воина, ни у Мастера, ни у Предводителя, – я всё же отметил, что ни о своём этапе, ни об этапе Повелителя Стихии он ничего не сказал. Клатир же продолжал. – Но как и на этапе Закалки идущему есть куда стремиться ещё и ещё. Чем сильнее будет сродство со стихией, тем сильнее будут его техники с ней, тем легче ему будет выпускать её из тела, используя, как оружие, тем легче ему будет прорваться на этап Предводителя.
Я вновь прервал Клатира, боясь, что он снова обойдётся общими мудростями, а о главном забудет сказать:
– И? Как это сделать, как прорваться?
Клатир вздохнул, принялся перечислять:
– Познать стихию, удержать технику на триста пять узлов, затем уединиться в месте, где избыток твоей стихии. Найди озеро, водопад, ручей. Медитируй, накапливай в себе стихию, наполняй ей тело до предела, а затем попытайся её сжать в узле Тау-Ча-Крон. Повтори то, что делал на этапе Воина – создай второе средоточие, вместилище стихии. Но не всегда это удаётся. И ты сейчас словно такой Мастер, который провалил свою первую попытку, который не смог создать средоточие, но и узел не остался неизменным. Вся твоя проблема в том, что это сделал не ты и не с водой, а удар Тёмного и его стихия тьмы.
Я молчал, глядел на Клатира и ждал, когда он закончит. Суть я уже понял, но…
– Я не лекарь, а кузнец, но основы неизменны. Любая техника, пусть даже бесстихийная, несёт в себе отпечаток всего, что есть в идущем. Его силы, его стихии, его духа. Слепок всего, что в нём есть. Именно его берут гаройцы в свои нефритовые шары, и именно его взял я, чтобы найти тебя. А когда лекарь использует на тебе любую технику, чтобы выжечь тьму из узла Тау-Ча-Крон, он оставит взамен в нём кроху своей стихии, словно создаст средоточие. Но крохотное и не твоё. И навсегда закроет тебе возможность стать Предводителем. Узел не примет ничего больше, кроме тьмы и стихии лекаря.