То, что ты ищешь (СИ)

— Давай сделаем привал. — Она опустилась на большой камень, и Корри подошла, скинула рядом снаряжение и потянулась. Потом посмотрела на манящую гладь воды и стала раздеваться.
— Что ты делаешь? — удивилась Дайка.
— Хочу окунуться. Легче будет идти.
— Но вода ледяная!
— Ничего, я привычная.
Девушка скинула рубашку, направилась к реке, и эльфийка с жалостью посмотрела на многочисленные шрамы, покрывающие её тело. Раны на спине и вовсе ещё не затянулись и там, где их натёрли ножны, слабо кровоточили; а Корри даже не морщилась. Девушка задержала дыхание и с головой окунулась в воду. Вынырнула уже на середине, отфыркиваясь, откидывая мокрые волосы с лица — холод снял жар и боль с воспалённых плеч, взбодрил, прибавил сил. В принципе, Корри привыкла купаться в родниковой и речной воде, далеко не "парное молоко", но сейчас она чувствовала себя неважно, боялась переохладиться и простыть, поэтому решила долго не плескаться. Девушка поплыла к берегу, туда, где эльфийка радостно размахивала руками. Радостно?
Дайку осенило внезапно. Прозрачная горная вода становилась чуть розоватой у плеч девушки. Тихая заводь. Запах крови, быстро распространяющийся во все стороны. Глубина, выбитая потоком в камнях. Трепыхающаяся жертва на границе воды и воздуха, чётко вырисовывающаяся под лучами яркого солнца.
— Корри, Корри, вылезай немедленно! Плыви к берегу! — Эльфийка стала делать отчаянные предупреждающие знаки руками, но девушка, похоже, их не так поняла.
Корри поплыла быстрее, но до сих пор не чувствовала опасности. Дайка и сама ничего не видела, но она знала, что в таких местах обязательно что-то будет. Эльфийка вынула из сапога кинжал, бросила Корри, чтоб у неё было хоть какое-то оружие — девушка поймала, удивлённо оглянулась по сторонам и, зажав его в зубах, изо всех сил направилась к берегу. Ей казалось, что внизу, под ней, в тёмной толще воды что-то движется, но разглядеть было невозможно.
Выбравшись на камни, Корри первым делом отбежала подальше от воды, выхватила из прислонённых к сумкам ножен меч и, развернувшись, устремила пристальный взгляд на реку. Они с Дайкой замерли в напряжённом молчании, но прошло несколько минут, а ничего не произошло. Корри вздрогнула от холода, подняла с земли и надела свою рубашку.
— Ну и чего ты испугалась? — с издёвкой спросила она у эльфийки. Та виновато опустила голову и заметила:
— У тебя пиявка на ноге. — Девушка смахнула её кончиком меча и пришпилила к земле — та лишь жалобно пискнула. — Странно, они не должны здесь во…
Вода в заводи забурлила, потемнела, и Дайка успела различить только огромную чёрную тень, кинувшуюся на Корри из реки. И пожалела, что, приучив себя к колдовству, совсем позабыла об оружии — прочитать так быстро заклинание эльфийка, конечно, не успела. Корри хватило реакции, чтобы вставить меч как распорку в нависшую над ней круглую пасть с тысячью зубов — то, что её поймало, оказалось огромной жирной пиявкой.
— Говоришь, не водятся? Ой… — Живые кольца вокруг неё стали сжиматься, девушка оказалась связана по рукам и ногам.
Дайка, не растерявшись, схватила пояс с ножами и метнула их в блестящее чёрное тело: пиявка дёрнулась, но клинки отскочили от неё так же, как от пауков, не причинив никакого вреда. Корри уже хватала ртом воздух, начиная задыхаться, тщетно пытаясь высвободить руки, когда внезапно чудовище, с той же быстротой, с которой появилось, бросилось в воду. Спустя мгновение лишь выпавший из рук кинжал, оставшийся на берегу, да стайка пузырьков на поверхности напоминала, что здесь что-то было.
— Корри! — испуганно воскликнула Дайка. Заклинание само всплыло в памяти и, спустя пару секунд, вода на середине заводи расступилась, выказав чёрную тушу, продолжавшую сжимать кашлявшую девушку. Одной рукой удерживая воду, эльфийка направила на чудовище струю огня. И услышала истошный вопль подруги — мокрое тело пиявки не горело вовсе, но девушка такого жара вынести не могла. Дайка закусила губу, прерывая колдовство.
— Корри, превращайся! — выкрикнула эльфийка. — Оборачивайся в волка, ты с лёгкостью порвала Двуликого. — Её привычно передёрнуло от одного лишь воспоминания. — И с этим быстро разберёшься! Корри! Пожалуйста…
 
Девушка подняла на неё помутневший взгляд и с трудом выдавила:
— Не могу…
Кольца сжались сильнее, Корри слабо застонала, и голова упала на грудь. Дайка тихо зарычала от злости и отчаяния. Она выхватила второй кинжал из сапога, полоснула им свою многострадальную руку, да так, что алая кровь брызнула мощной струёй. Сняла с плеча ленту и приложила к ране — пиявка нерешительно кольнула её зубами.
— Давай же, дрянь такая! — прикрикнула эльфийка, направляя на неё заклинание. — Пей до отвала и расти!
Морщась от усилия, она перенесла чудовище с бесчувственной девушкой на берег и теперь удерживала на месте. Лента, обвивавшая её руку, стала больше, тяжелее, Дайке пришлось сесть на землю. В глазах темнело. Ничто не создаётся из ниоткуда, на всё нужно сырьё, но она теряла уже слишком много крови. Дайка с трудом, ногами отогнала пиявку от раны, прижала руку к груди, чтоб как-то остановить кровь, направила все силы на заклинание. Лента продолжала расти.
— Убей её! — слабо произнесла эльфийка, указывая на речное чудище. — Если хочешь ещё крови. Но девушку не трогай!
Лента метнулась к пиявке, и та вынуждена была выпустить свою добычу. Они сцепились, превратившись в один непрерывно движущийся блестящий чёрный клубок. Дайка хотела подойти к Корри, но не смогла подняться на ноги, поэтому подползла на коленях; наклонилась к самому лицу и еле различила слабое дыхание. Судя по тонкой струйке крови изо рта и помятой фигуре, у девушки было сломано не одно ребро. Главное, чтоб не позвоночник.
Эльфийка приложила свои руки к груди Корри, отдавая тепло и силу. Медленно, очень медленно рёбра приняли прежнюю форму, затянулись старые раны на плечах, и девушка задышала глубже и спокойнее. Со звоном ударился о камни меч, выпав из разорванного тела пиявки, и лента, насытившись, нырнула в воду. Ничего, действие заклинания закончится через несколько часов… Дайка ласково убрала волосы с лица подруги и, положив голову ей на грудь, закрыла глаза и затихла.
Корри пришла в себя и открыла глаза. Она с долгожданной лёгкостью смогла сделать глубокий вдох: кости были на месте, а всё тело покалывало, как после лечения магией — видимо, в этот раз Дайка немного перестаралась. Девушка опустила глаза на спящую на груди эльфийку, осторожно потрясла её за плечо — никакой реакции. Она потрясла сильнее, уже испуганно, повернула к себе чересчур бледное лицо. Дайка дышала ровно, но слабо, и никак не хотела приходить в себя.
— Soliar, да что ж с тобой случилось! — Корри, как ни старалась, не могла найти на ней никаких ран, кроме свежего шрама на руке. — Дайка…
Девушка резко замолчала и оглянулась по сторонам: на берегу лежало растерзанное тело пиявки, в воде расплылось алое пятно. Корри увидела свой меч, грязный, но уцелевший, протянула руку — и он скользнул в ладонь. Эльфийка всё же передала ей часть силы. Девушка поднялась с земли, сосредоточилась и замерла.
Неожиданно в воздухе совсем рядом сгустилась тьма, глубокая, как глаза в давно уже преследовавших Корри кошмарах, и посредине этого непроглядного облака возник крылатый мужчина. Истинно человеческой красоты, высокий и статный воин со смуглой кожей и длинными, до пояса, прямыми волосами, такими же чёрными, как всё вокруг него. Тем сильнее не вязались с этим светло-серые, слишком холодные, пронзительные глаза незнакомца, от взгляда в которые по всему телу пробегала дрожь. Корри инстинктивно закрыла собой Дайку и подняла меч.
— Кто ты?! — Мужчина не ответил. Сложил вороньи крылья и, опустившись на землю, шагнул к ним. — Не подходи! — Эльфийка стала дышать тяжелее, и девушка пробормотала: — Галлеан, да что ж с тобой…
— Ничего особенного, просто она умирает, — спокойно пояснил незнакомец низким, чуть хрипловатым голосом. — Исчерпала всю силу. Потеряла слишком много крови. Я заберу её.