Серый кардинал (СИ)

— Если мы его не убьём, он убьёт нас, — пожал плечами молчавший до этого времени Эирвель. У него от виска до угла рта тянулся шрам, полученный в какой-то старой битве. Сегодня двоюродный брат Херендила столкнулся лицом к лицу с врагом и лишь чудом выжил. — Какой смысл рассуждать о народе квенди, если сами себя не сможем защитить? Я видел, на что способен наш противник. Очень сильный маг. И да, это человек, а не дроу. Его лицо закрывал платок, но острых ушей я не заметил.
  
— Он нас не убьёт, — заявил Алласар.
— Почему ты так уверен?
— Послушайте, господа, — обратился Алласар ко всем. — Мы не знаем точно, что задумали наши враги. Но если мы с ними не договоримся, то они придут и сюда, причём очень скоро. Так вот, я отправлюсь в особняк и пообщаюсь с тем человеком, попробую заключить мир. Иного выхода у нас нет.
— Ты оттуда не вернёшься, — покачал головой Мандил.
— А я почему-то уверен, что не только вернусь, но и достигну некого соглашения. Вы же меня знаете. Я умею договариваться. Разумеется, нам придётся что-то отдать взамен…
— Что⁈ — перебил Мандил. — Что мы этим ублюдкам должны отдать?
— Да, нам придётся с чем-то расстаться. Это цена, которую необходимо заплатить, чтобы продолжать наше великое дело. Мы могли бы остановиться раньше, но, увы, вражда зашла слишком далеко. Обещаю, сделаю всё возможное, чтобы цена эта не оказалась неподъёмной. Доверьтесь мне.
— Пусть попробует, — проговорил Эирвиль, обращаясь к Мандилу. — В конце концов, мы должна знать, что враг задумал. Мы потеряли артефакт. Я просил Ломенгура отдать мне медальон, но он не согласился. И вот… теперь мы лишились главного козыря.
— Алласар, — вдруг проговорила Айвэ, и все обратили взоры на молодую эльфийку. — Я не хочу, чтобы это продолжалось. Я не хочу, чтобы вы все погибли, чтобы мой сын погиб. Не надо больше вражды. Прошу, постарайся убедить того человека пойти на мировую. Я знаю, из-за чего он разозлился. Это начал Херендил, он навредил семье Одоевских. Но мы не должны больше умирать. Если ты можешь договориться, будет глупо не сделать этого. Мандил, Эирвиль, я и к вам взываю. Мы все скорбим об утратах. Сегодня ужасный день, многие наши близкие погибли. Но давайте остановимся.
— Разумеется, Айвэ, я это сделаю, — проговорил Алласар с печальной решимостью в голосе. — Я спасу и тебя и твоего ребёнка. Всех нас, наше общее дело. Я пойду и буду говорить с тем человеком. Пусть погибну сам, но вашей смерти не допущу. Клянусь шестью великими богами!
  
Глава 22
 
Мы целый час проторчали в особняке. Всё это время я сидел на диване, и со стороны могло показаться, что парень просто расслабляется, забыв обо всём. Но это было не так. На самом деле внутри шла серьёзная работа по восполнению баланса энергии в ауре. В конце концов, мне удалось частично восстановить силы, и теперь я готов был убить ещё пару-тройку магов. По крайней мере, беспомощным себя больше не ощущал.
А пока я предавался отдыху, развалившись на диване, на базе гвардии клана происходили важные события. Мои наёмники дроу выбили врага из последнего здания. По словам Мэллона, живых там не осталось никого, но нескольким боевикам удалось скрыться. В общей сложности ликвидировали сорок с лишним квенди — почти все, кто дислоцировался сегодня на базе.
Казалось бы, мало, однако это было вполне объяснимо. У меня охрана тоже не вся сидела на базе круглые сутки, а занималась своей прямой работой.
Я предавался отдыху, когда пришла Эрин, наблюдавшая за улицей, и объявила, что к воротам подъехал серебристый седан. Из него вышел какой-то квенди, размахивая белой тряпкой, и попросил «говорить с главным».
Кто это такой, я понял сразу, а когда подошёл к окну на втором этаже, откуда хорошо просматривалась дорога перед воротами, лишь убедился в своей правоте. Это был Алласар собственной персоной. Его появление здесь я никак не ожидал. Думал, он хочет выйти из клана. Тогда зачем он приехал?
Через Эрин я передал гостю, чтобы он позвонил на один из домашних телефонов особняка.
— А, господин Алласар! — сказал я, услышав в трубке знакомый голос. — Вы опять захотели со мной поговорить? Я думал, вы уже далеко отсюда.
— К сожалению, нет, — ответил эльф. — Как видите, мне не только не позволили выйти из клана, так ещё и отправили фактически на смерть. Почему-то мои родственники посчитали, что у меня язык без костей, и я могу договориться с кем угодно о чём угодно.
— Мне кажется, они в этом не ошиблись. Значит, вас отправили в качестве переговорщика, правильно я понимаю?
— Да, совершенно верно. Поэтому я и размахивал под окнами белым флагом. Мой клан просит мира, мои родственники жалеют о случившемся и хотят договориться.
Я не ошибся в своих предположениях. Потери клана оказались настолько критическими, что оставшиеся родственники захотели сохранить свои жизни и сдаться. Можно представить, как они сейчас все напуганы. Они ведь понимают, что я и к ним могу прийти и просто поубивать всех. Значит, пора диктовать свои условия.
— Кто сейчас у вас главный? — спросил я.
— Фактически всё наследство должно достаться семилетнему мальчишке. Однако мне думается, власть в клане захочет взять Мандил — младший брат Херендила. Но прав у него никаких нет, так что… его притязания остаются спорными. А я сделаю всё, чтобы не допустить этого.
— Помнится, вы не собирались оставаться в клане? Что-то изменилось?
— Что-то изменилось? Шутить изволите? Половина клана исчезла, словно их и не бывало. Теперь я чувствую себя здесь гораздо свободнее.
— Так, значить, я вам услугу оказал, перебив вашу родню? — усмехнулся я и, не получив ответа, спросил. — Сколько вас осталось?
— Около сорока родственников, но большинство из них — женщины и дети. Уничтожены почти все сильные маги, кроме двух, уничтожен костяк гвардии, лучшие бойцы погибли. Так что… можно сказать, вы победили. Поздравляю!
— Спасибо. Значит, остатки клана желают капитулировать. Правильно я понимаю?
— Именно.
— Но вы же понимаете, что я запрошу определённую цену за ваши жизни?
— Само собой. Поэтому я здесь.
— Тогда поступим так. Клан отдаёт Одоевским все нефтяные месторождения, НПЗ и трубопровод. Этого будет достаточно, чтобы я о вас больше не вспоминал.
— Всю нефтянку? Это же половина активов клана, если не больше…
— Всего лишь половина активов клана. Насколько мне известно, у клана Унгол вы отобрали всё тридцать лет назад. Мне бы следовало сделать то же самое, однако я решил остановиться на нефтянке. Кстати, клану Унгол вы тоже вернёте активы.
— Что ж, я понимаю. Вы победитель, вы диктуете условия. Единственное, о чём я вас прошу, чтобы вы не забыли о моей помощи.
— Боитесь, что я вашу обувную фабрику заберу? — усмехнулся я. — Не бойтесь. Мне она не нужна.
— И на том спасибо, господин Урук. С остальным проблем не возникнет. Наследник недееспособен, следующие одиннадцать лет он будет находиться под опекой матери, а она не желает продолжения войны. Я уговорю её отдать часть активов.
— Постарайтесь. Это в интересах клана. Если я захочу наведаться в другие ваши дома, от Танг и следа не останется.
— После сегодняшних событий это все понимают. Напоминать нам не надо.
— Тогда просто сделайте то, о чём прошу.
— Само собой. Я поговорю с родственниками и сообщу наше окончательное решение. На какой номер вам звонить?
— На номер Ирины Сергеевны, как и раньше.
Похоже, Алласар передумал выходить из клана. С его пронырливостью он вполне может попытаться захватить власть или занять высокую позицию. Вот только это будет ошибкой с его стороны. Ведь проблемы Танг не закончились. У меня осталась визитка жандарма Загорского и имелись сведения о турецком оружии, которое клан получает в товарных количествах. Третьему отделению будет интересно.
Но это потом. Сейчас важно забрать нефтедобывающую промышленность. А вот когда все месторождения и НПЗ окажутся у нас с Одоевскими, клан можно добить, но теперь уже руками третьего отделения.