Зверь. Изменил мне — изменил меня (СИ)

Дина в коме. Всё могло обойтись, если бы не её слабое здоровье. Я таких дел натворила — подумать страшно. Как выйти из этой ситуации — не представляю.
После больницы мы с Тимуром едем в отель. В другой. Надо выдохнуть. Примем душ, позавтракаем и решим, как быть. Слава богу, мой любимый мужчина не стал рубить с плеча. Я серьёзно опасалась, что за такие дела он меня просто вышвырнет из своей жизни.
В номер принесли завтрак, а мне кусок в горло не лезет. Перед глазами стоят ужасные кадры.
Динара очнётся и скажет, что это я её столкнула с лестницы. Меня посадят.
— В душ пойдёшь? — Тимур выходит из ванной.
— Нет, — отворачиваюсь. — Может быть, позже.
— Хватит строить из себя жертву. Ты сама во всём виновата.
— Мне страшно, — признаюсь, прижав ладонь к губам. — Я не хочу в тюрьму. — Едва сдерживаю слёзы.
— Ты только о себе думаешь. — Любимый мужчина смотрит на меня голодным хищником. Готов накинуться и загрызть. — Я по твоей вине мог лишиться всего. Ты этого хотела?
Такое ощущение, что Тимуру плевать, что будет со мной. Его только деньги жены волнуют? Верить в это мне совсем не хочется.
— Я хотела, чтобы мы были вместе, — всхлипываю, опустив голову.
— Я всё для этого делал! — рявкает. — Ты должна была ждать! — Хватает меня за плечо и заставляет встать. — Просто ждать, Алла! А не лезть в мои дела!
— Надо было раньше сказать мне о брачном договоре, — задыхаясь от слёз, пытаюсь оправдываться.
— Есть вещи, которые тебя не касаются!
Тимур берёт меня за горло. Никогда прежде он ничего такого себе не позволял. Пальцем меня не трогал, а теперь… Я не знаю такого Тимура.
— Отпусти… — хриплю, сжимая слабыми пальцами крупные мужские запястья.
— Слава богу, телефон этой стервы у нас, — разжимает пятерню и берёт со стола гаджет. — Тихого развода уже не получится, но я хотя бы получу половину имущества.
— Тимур, я… не успела тебе сказать. — Отхожу подальше от нервного зверя. — Динара куда-то скинула эти фотографии.
— Что ты сказала? — Он за мгновение сминает расстояние между нами. — Куда скинула?
— Я не знаю, — испуганно мотаю головой. — Она сказала, что это надёжное место. Ты не найдёшь. Может, какая-то электронная почта или облачное хранилище.
— Твою мать! — воет Тимур и снова хватается за смартфон.
Поиски ничего не дают. Истории браузеров и приложений девственно чисты.
— Что нам делать? — решаюсь спросить у разъярённого мужчины.
— Ты меня об этом спрашиваешь?!
Тимур так зол… У него глаза кровью налились. Бешеный!
Мой телефон звенит новым сообщением. Быстро хватаю гаджет и читаю смс от Димы. Целую простынь накатал.
— Что там? — с раздражением спрашивает Тимур.
— Дима написал… — поднимаю глаза, а на губах появляется улыбка. — Динара очнулась.
— И чему ты радуешься? — любимый гнёт бровь.
— Она ничего не помнит, Тимурчик! — Бросаюсь к нему, обнимаю.
— Погоди, — отдирает меня от себя. — Как это — ничего не помнит?
— Вообще ничего! Динара даже собственное имя вспомнить не в состоянии. У неё амнезия!
* * *
С накинутым на плечи белым халатом я шагаю в шуршащих бахилах по длинному больничному коридору. Здоровый мужик под два метра ростом и весом больше сотки килограммов, а поджилки трясутся. Просто я никогда не делал ничего подобного.
Я ввязался в афёру. Опасная игра. Особенно если учесть моё прошлое. Но я сделаю это. Ради матери. Иначе такие деньги мне не заработать.
Захожу в палату и упираюсь взглядом в больничную койку, на которой сидит хрупкая девчонка с рыжими волосами. Тощая веточка с пустым взглядом. У меня мотор в груди глохнет на пару мгновений.
— Кто вы? — испуганно спрашивает девушка.
— Я к тебе пришёл, — пытаюсь улыбнуться и демонстрирую ей прозрачный пакет с фруктами.
— Вы меня знаете? — в карих глазах появляются золотые искорки надежды.
Тяжёлый искренний вздох сочувствия рвётся из моей груди, и я шагаю к кровати. Присаживаюсь на тонкий матрас, разглядываю «жертву». Не знаю, за какие грехи девчонке приходится расплачиваться. Мне жаль её, но я должен сделать то, что должен.
  
— Не помнишь меня? — ставлю пакет на тумбочку.
— Нет, — сканирует меня взглядом. — Кто вы?
У меня не было времени придумать, кто я. Чувствую себя как в известной телевизионной игре. Есть вопрос на миллион и несколько вариантов ответа. Сват, брат, муж? Кто же?
— Попробуй вспомнить, — пожимаю плечами. — Или предположи.
— Извините, но я совсем ничего не помню, — отсаживается от меня. — И голова
болит, — отводит взгляд.
— Меня зовут Карим, — начинаю с правды.
— А меня как зовут? — девчонка снова впивается в меня пытливым взглядом.
— Асия… — вру. — Тебя зовут Асия Гаязова. Ты моя сестра.
— Сестра? — она с недоверием выгибает бровь.
М-да… Кажется, я выбрал не самый удачный вариант ответа. Но уже поздно переигрывать.
Девушка встаёт с кровати и по стеночке ползёт к умывальнику, над которым висит зеркало. Еле ходит, бедная. Досталось ей от жизни.
Она долго разглядывает своё отражение, потом смотрит на меня и снова в зеркало. Не верит, что мы родственники. Я бы на её месте тоже засомневался.
— Как-то мы с вами не похожи. — И ползёт обратно.
Рыжая хрупкая девчонка с карими глазами и бородатый черноволосый мужик в пять раз больше неё — так себе сходство. Никакого вообще.
— Много лет назад мой отец женился на твоей матери, — импровизирую. — У нас нет общей крови, но мы выросли вместе.
— Понятно, — задумчиво кивает. — Как, говорите, меня зовут?
— Асия… Гаязова, — сглатываю тугой комок лжи.
— Мои документы у вас? Я хочу посмотреть паспорт.
Твою мать… Этот момент я вообще не брал в расчет.
— Я только что отдал твой паспорт и медицинский полис доктору. Тебе их вернут, но позже.
Всё, что я могу — показать девчонке свой паспорт. Показываю. Она листает странички, поглядывает на меня. А я сижу как на иголках. Надо чтобы она поверила, что я её брат.
— Вы знаете, что со мной случилось? — возвращает мне документ.
— Говорят, ты упала с лестницы и сильно ударилась головой. Память потеряла.
— Вот и врач так сказал. Но я этого не помню. Вы были со мной, когда я упала?
— Нет, меня там не было. Ты поехала в город погулять по магазинам. Я должен был забрать тебя вечером. Но у торгового центра, где мы договорились встретиться, тебя не оказалось. На звонки ты не отвечала. Я пошёл искать. Проходил по магазину почти до закрытия и решил спросить у охранника. Показал ему твоё фото, и он сказал, что похожую девушку несколько часов назад увезла скорая помощь.
— Значит, я упала с лестницы в торговом центре… — взгляд рыжеволосой девчонки сверлит пустоту. — Не помню, — трёт пальцами виски.
— Не надо напрягаться, — осторожно касаюсь лапой хрупкого плеча.
Девчонка вздрагивает. Она как натянутая струна. Можно понять. Я бы в её состоянии вообще на стены лез. Не помнить ни себя, ни собственную жизнь — это жёстко.
— Странно, но доктор не говорил, что меня искали родственники. Я уже хотела обращаться в полицию, чтобы они помогли установить мою личность.
— Не знаю, — мне только плечами пожать и остаётся. — В больницах вечно бардак творится. В любом случае, полиция уже не нужна, — улыбаюсь уголками губ.
— Ну да… не нужна. Мне бы вспомнить о себе хоть что-нибудь, — вздыхает.
— Вспомнишь. Я помогу.
— Правда?
Нет. Я расскажу тебе то, чего с тобой никогда не происходило. Навру с три короба, лишь бы ты не вспомнила себя настоящую. Мне за это хорошо заплатят. Сказать, что я чувствую себя дерьмом — ничего не сказать.
— Не сегодня. Доктор сказал, тебе надо отдыхать и поправляться. Не думай ни о чём. Хорошо?
— Хорошего мало. Но разве у меня есть выбор?
— Ты обязательно поправишься и всё вспомнишь. А сейчас мне пора идти, — встаю с кровати.
— Нет! — девчонка хватает меня за руку. — Не уходите, пожалуйста. Расскажите что-нибудь обо мне.