Очень-очень дальний поход (СИ)

Чтобы «на сухую» не обедать, я по дороге на камбуз зашел к себе в каюту. Сперва хотел щербануть прямо там, но вспомнил, что никто, «никакой Швондер», не запретит мне употребить сто грамм во время приема пищи! Ну или двести — как пойдет. Так что обедать я пришел с бутылкой некоей жидкости, которую Отто всячески рекламировал и которую, по его утверждению, мы потом дегустировали. Судя по тому, что ни дегустаций, ни последствий я не припоминаю, это как раз то, что мне сейчас жизненно необходимо. Доппель кюммель — что-то двойное, в голове вертелся какой-то «доппельгангер», но явно не напиток.
Проснувшись через семь часов, я был в растерянности. Сотку я съел под борщ, ещё одну — под нечто под названием «жаркое по-домашнему» — и всё! Компот, как до каюты добрался — не помню. Действительно хороший напиток! Но пора вставать: Димка там, поди, уже все жданки проел…
Владивосток
— Здравия желаю! Докладываю!
— Не надо так официально. Своими словами, по существу!
— Хорошо. Окно открыто штатно, транспортировка прошла удачно. Сейчас проводятся эксперименты с целью перемещения окна по высоте и расстоянии от первого перехода. Нарабатывается статистика и прочие данные.
— Сроки?
— Делаем всё возможное, однако специфика…
— Понимаю. Не тороплю. Следите за утечками. До связи.
— До связи.
Мужчины «с разных концов географии» большой страны положили трубки и почти одновременно облегченно выдохнули. Один — оттого что его деятельность оценена и оказанное доверие он оправдал. Второй — оттого что желание избавиться от указующей опеки тех, кто в итоге стоит за Орденом, теперь точно имеет шанс на осуществление. И шанс этот растет.
Новая Земля. Море, «Безотказная тревога», каюта заказчика круиза
— Когда расплачиваться будешь?
— Сергеич, вот те прям сейчас надо?
— Я имею полное право поглумиться над проигравшим!
Вздохнув обреченно, Карпсатов потянул с головы форменное кепи, одновременно вытирая им пот. Сергеич, довольно ухая, похрустел сильными пальцами, разминая.
— Готов?
— Давай быстрее! Хорош смаковать!
Два сочных, с оттяжкой, «фофанка» вонзились один за другим в темя Карпсатова.
— Эх, ляпота-а-а!
Карпсатов, прищурившись и улыбаясь, растирал пострадавшее место.
— Сука, не берут тебя годы!
— Гы-ы-ы… А как сам мне целых три отвесил позавчера?
Сергеич, тоже улыбаясь, вытянул из кармана видавший виды блокнотик.
— У меня всё записано. За пятнадцать лет счет — сто восемь на девяносто два. Теперь — на девяносто четыре… Обо что ещё забьемся?
Новая Земля. Море-акиян. Трудовые будни
Ещё почти две недели мы, «обслуживая заказчика», то носились как в жопу укушенные по здешним просторам, то ложась в дрейф. Зато хоть что-то в «модификации» корабля прояснилось — за два дня до команды «курс на Нойехафен» пришедший в себя указатель топлива показал половину «родного» запаса. «Командированного гения» мы больше не трогали и даже вопрос не поднимали: тот оказался реальным «ботаном» с примесью мании величия. Такого надо или под контролем держать непрерывно, или, как предлагалось Каммерера у Стругацких, пользовать с применением электрошока и флеосодержащих препаратов. Я не знаю, что означает «флеосодержащих», но вот сульфазин с галоперидолом ему б не помешал. Как я понял из редких из-за нестыковок вахт объяснений Сереги, «земляне» меняли параметры и, открывая «окна», пропихивали маячки, а мы по ним ориентировались и мчались подбирать. Закончилось всё красивой радужной вспышкой в километре от нас и в двухстах — от побережья… «Начальник экспедиции» объявил круиз завершенным, и мы отправились «домой» — хотя разве ж это дом…
Пришли, привязались, проводили клиентов на берег и сели в кают-компании думать-гадать. Не на сухую, естественно, но и не ради пьянства — так, для смазки мозгов и речевых аппаратов. «Ситуасьон», так сказать, был более чем странным. Вроде бы, по местным меркам, мы были вполне себе обеспеченными людьми, да еще, вдобавок, и судовладельцами. Только вот хорошо и гладко бывает, как правило, недолго. Так и наше благосостояние может пойти прахом через года два-три, а то и раньше — как движки эксплуатировать. Капиталить их? А запчастя где брать? У Ордена — так он лупанет от вольного, плюс «погонные» с «кормовыми», да маржу нарежет — и всё, сдулись мы, как шарики. Посидели, чуть не всплакнули — и вызвали Карпсатова по рации.
 
Пока «клиент» добирался, мы обговорили дополнительные, так сказать, условия. В них входил максимально безопасный и комфортный переезд наших родственников на Новую Землю. Остальное — дело наживное, работа, жилье — это всё решится «в процессе». Руки у бати золотые, без работы не останется, а мама, как последние два года, пусть в домохозяйках и будет. У ребят запросы были схожими: родня — главное, а остальное — пыль… Этим мы Карпсатова, явившегося на пару с Сергеичем, мы и огорошили. Реакция их меня лично удивила — Карпсатов коротко ржанул и, плотоядно как-то глядя на Сергеича, потер руки. Сергеич же прикрыл глаза и застонал, сморщившись, как от зубной боли.
— Что-то случилось?
Сергеич ещё раз издал протяжное «м-м-м!», на этот раз громче.
— Зубы прихватило?
Карпсатов же наоборот — наслаждался.
— Нет! Это — предвкушение! Предчувствие… Но к делу это не относится. Тогда я предлагаю следующее: оформление — завтра, сборы, маршрут, логистика — это всё только после этого. Устраивает?
Мы ответили согласием.
— Тогда — до завтра!
И «сладкая парочка» убыла, распрощавшись до 8:00… А нам что делать? Пошли и мы, закрыв и насторожив всё… Кончилось наше флибустьерство!
  
Глава 21
 
Флибустьерство-то кончилось, а вот за разговорами мы до полуночи местной просидели. Начались они не слишком приятно, и начал их Пашка:
— Народ! Я тут неделю обсасывал… Да погодите ржать! Дело серьезное!
Мы с Серегой из уважения стёб прекратили, а подхихикивания кончились сами.
— В общем, я сухим путем пойду…
Вот-те нате, хрен в томате…
— Погодите навешивать ярлыки и насупливаться!
Серега пожал плечами.
— Ну, излагай давай!
Я молча к нему присоединился.
— Мое место на борту — даже не шешнадцатое, это раз. Особой тяги к клешам и бескам я не испытываю — это два, да и специалист из меня никакой. И третье… Имущество наше куда девать будем?
Ну отказать в некоторой логичности недельного «обсасывания» было нельзя. Я-то, если честно, вообще этим вопросом не заморачивался — как-то не до того было. Серега, судя по всему, тоже.
— И что ты предлагаешь?
— Завтра опосля всех формальностей ставим покупателей перед фактом, так сказать. Они все на перегон один хрен не пойдут! Так что я, с полным кузовом нашего имущества, вместе с ними отправляюсь по маршруту «Нойехафен — Порто-Франко», а оттуда с конвоем в направлении протектората РА. Вы ж туда же попрете?
— Скорее всего.
— Вы прибудете раньше — хорошо, я — еще лучше. Разведаю, что где и как. Ну и…
На этом Павлик слегка вильнул взглядом. Что-то недоговаривает наш друг!
— Паш, скажи пожалуйста…
Я замялся, пытаясь сформулировать свою догадку…
— Пожалуйста!
— Молодец, двугривенный — твой! Но я не совсем про то… Твоя тяга к сухопутному времяпровождению не связана ли с некоей представительницей медперсонала Базы «Россия»?
Пашка как-то посуровел.
— А вот это касается только меня и её, ясно?
Мы с Сергеем переглянулись. Без улыбок и хмыканья.
— Паш, а мы, собственно, к тебе в личную жизнь и не лезем!
 
Серега, блин, с языка снял. Мне оставалось только кивать и одобрительно угукать.
— Когда ты и с кем ты — твое личное дело. Все подобные вопросы не от желания подъебнуть. Мы — вместе, и то, что происходит с одним, касается всех. Надо будет её украсть — поможем.
— Легко! Даже не сомневайся!